Глава 667 - Гробовая тишина
Утро выдалось ясным и солнечным.
Легкий сладковатый аромат коснулся ноздрей Нин Муюня. Открыв глаза, он увидел перед собой милое, белоснежное личико. Ее аккуратный носик мерно дышал, распространяя этот восхитительный запах. Алые губы, пушистые длинные ресницы и белоснежные, словно у сказочного эльфа, волосы!
Нин Муюнь смотрел на Сяобай у себя в объятиях, и ему казалось, будто она сама излучает мягкий, волшебный свет. Ее мягкие ручки крепко обнимали его за талию.
Видя такую очаровательную Сяобай, Нин Муюнь почувствовал, как настроение мгновенно взлетает до небес. За последние дни он привык засыпать в обнимку с ней, словно с живой плюшевой игрушкой.
Когда она полностью очнется и обретет рассудок... вероятно, она уйдет?
Мысль о том, что в будущие ночи рядом не будет Сяобай, отозвалась уколом сожаления. Но держаться за ее бессознательное состояние было бы эгоистично. Ради ее безопасности и счастья она должна прийти в себя.
«Жаль только... больше не получится обнимать ее во сне», — вздохнул Нин Муюнь и невольно сжал девушку чуть сильнее.
Сяобай, будто почувствовав его порыв, проснулась и ответила еще более крепким объятием.
— А-а... А-а...
— Доброе утро, Сяобай. Проснулась? — улыбнулся Нин Муюнь и поднялся с кровати.
Сяобай кивнула и ласково погладила его по щеке.
— Полно тебе озорничать, давай одеваться!
Он помог ей сменить шелковую пижаму на белоснежное платье, а на маленькие ножки надел чистые хлопковые носочки. В этом наряде Сяобай выглядела точь-в-точь как лесная фея.
— Сяобай, ты с каждым днем все красивее!
После умывания и завтрака Хо Ваньлинь и Ли Линлин отправились вместе с Цзи Юньи в больницу, а Нин Муюнь поехал на съемочную площадку завершать последние сцены.
Серебристо-серый «Ламборгини» мчался по улицам Шанхая, привлекая восхищенные взгляды прохожих. Проезжая мимо инвестиционных офисов, Нин Муюнь вспомнил вчерашние новости: банк официально объявил об ужесточении мер и расследовании против Корпорации «Шэньши» и Корпорации «Циньши».
Похоже, для семьи Шэнь наступили черные дни.
Запарковавшись у съемочного павильона ровно в 9:15, Нин Муюнь открыл биржевое приложение. Как он и ожидал, аккредитованные акции Корпорации «Шэньши» сразу после открытия торгов рухнули до нижнего предела! СМИ наперебой публиковали разгромные статьи.
Корпорации «Шэньши» конец. Наконец-то этот день настал!
Нин Муюнь тяжело вздохнул. В прошлой жизни он положил все силы, чтобы сохранить эту империю, а в этой — своими руками разрушил ее. От этого противоречивого чувства на душе было слегка паршиво. Но так даже лучше: под руководством Шэнь Вэньшаня и Бай Янь компания сгнила до основания. Если не уничтожить старое, новое не построить. Возможно, теперь удастся возродить наследие дедушки Шэнь... Впрочем, если Шэнь Юньянь не воспользуется шансом, всё будет напрасно.
Отгнав эти мысли, он набрал в поиске «Корпорация „Циньши“». Банковские санкции касались и их. Должно быть, их акции тоже полетели в пропасть?
Однако глянув на экран, Нин Муюнь обомлел. Акции «Циньши» не просто не обвалились — они даже немного выросли!
Как такое возможно?!
Нахмурившись, он отправил сообщение Секретарю Гао: «Секретарь Гао, что происходит с Корпорацией „Циньши“? И у кого в итоге оказались те акции?»
Выдохнув, он пробормотал:
— Корпорация «Циньши»...
— Господин Нин! Господин Нин, вы где?
— Я здесь!
Убрав телефон, Нин Муюнь направился навстречу Сяоюаню. Сначала надо донять съемки. А с «Циньши» он разберется позже...
***
В гостиной особняка семьи Нин висела мрачная тишина.
Три сестры — Нин Сицзе, Нин Юйянь и Нин Яньцзюнь — молча разглядывали пачку старых документов, разложенных на журнальном столике.
Вчера вечером, уладив дела с Нин Цзибо, Нин Сицзе, получив звонок от Нин Яньцзюнь, срочно вернулась домой. Увидев эти архивы, все три сестры лишились дара речи.
В глазах Нин Сицзе застыла глубокая усталость, а сердце Нин Яньцзюнь сжимала тоска. Лишь Нин Юйянь все еще пребывала в смятении.
— Старшая сестра... Неужели всё это правда?
Нин Сицзе не ответила, лишь взглянула на третью сестру:
— Яньцзюнь, а ты как думаешь?
Нин Яньцзюнь провела рукой по лицу и глухо проговорила:
— Сестра, помнишь, когда мы были маленькими, мама вдруг стала невероятно вспыльчивой? Нам тогда доставалось по поводу и без.
— Помню, — кивнула Нин Сицзе.
— Значит... всё записанное здесь — правда, — вздохнула Нин Яньцзюнь.
Наступило тяжелое молчание.
— Старшая сестра, так нам стоит... — колебалась Нин Юйянь.
— Не спеши! — Нин Сицзе аккуратно собрала бумаги. — Это сейчас не самое главное. Яньцзюнь, ты узнала, где хранятся архивы дедушки?
— Да! — ответила Нин Яньцзюнь. — Вся его документация находится в архиве района XX.
— Забери их, — в глазах Нин Сицзе сверкнул ледяной огонь. — Неважно, всплывет ли эта правда наружу, наша главная цель — заставить их заплатить!
— Поняла. Я поеду прямо сейчас.
Когда Нин Яньцзюнь ушла, гостиную снова накрыла безмолвная тишина.
— Юйянь.
— Ах! — вздрогнула Нин Юйянь. — Что такое, сестра?
— Где сейчас Шусянь?
— Вторая сестра?.. Ее вроде перевели в изолятор временного содержания.
— Поехали, — в глазах Нин Сицзе вспыхнула лютая ненависть. — Навестим её и выбьем всю правду до последнего слова!