Глава 661 - Дурное предчувствие
В залитой светлым солнцем, безупречно чистой больничной палате Цзян Юньфэй смотрела на Нин Муюня глазами, полными искренней тревоги.
— Муюнь-гэгэ, с сестрой Яо правда всё в порядке?
— В полном, — тепло улыбнулся Нин Муюнь. — Пуля не задела жизненно важных органов. Вчера ей перелили кровь, а сегодня утром она уже пришла в себя. Её жизни больше ничто не угрожает.
— Ох, какое счастье! — Цзян Юньфэй облегчённо прижала ладонь к груди и с облегчением улыбнулась. — Главное, что она в порядке!
— Вот и ты не забивай себе голову лишними переживаниями, — мягко пожурил её Нин Муюнь. — Твоя единственная задача сейчас — поправляться и набераться сил. Мы все ждём твоего возвращения!
— Угу, — вспыхнула лёгким румянцем Цзян Юньфэй, застенчиво опуская взгляд. — Я поняла, Муюнь-гэгэ.
— Ну вот и ладно, — хлопая в ладоши, вмешалась Цзи Юньи. — Муюнь, идём. Юньфэй пора отдыхать.
— Набирайся сил, — кивнул Нин Муюнь и поднялся со стула.
Цзян Юньфэй тоскливым взглядом провожала его спину. Когда же она наконец поправится? Как же ей хотелось всегда быть рядом с Муюнь-гэгэ…
***
Закат окрасил горизонт в багрово-золотые тона. Под угасающим небесным сводом протянулись длинные, трепещущие на ветру тени деревьев, а в окнах виллы уже затеплился мягкий, уютный свет.
Покинув больницу ещё утром, Нин Муюнь отправился на новую съёмочную площадку, чтобы отснять финальные сцены. Работа над фильмом выходила на финишную прямую: оставалось сделать лишь один качественный дубль завтра — и картине настанет конец! Тогда и сам Муюнь сможет вздохнуть с облегчением, сбросив с плеч тяжкий груз ответственности.
Машина плавно замерла у главных ворот. Нин Муюнь перевёл взгляд на тёплый свет окон и устало, но удовлетворённо вздохнул. Съёмочный процесс выматывал до предела, но в нём таился особый, ни с чём не сравнимый азарт. Если бы ему представилась возможность сняться в кино ещё раз, он, пожалуй, согласился бы не раздумывая.
Едва он ступил на дорожку, как увидел припарковенный неподалёку спорткар «Сын ветра», принадлежавший Линьлинь. Похоже, Цзи Юньи и остальные уже вернулись.
Однако стоило Нин Муюню переступить порог дома, как на него из темноты прихожей что-то стремительно вылетело! Он едва успел отшатнуться, но, разглядев знакомый седой сноп волос, облегчённо перевёл дух.
— Сяобай! Ты же меня до смерти напугала!
— А-а-а! Муюнь-гэгэ! Ты вернулся!
— Вернулся-вернулся, — Нин Муюнь с недоумением оглядел измазанную в чём-то чёрном девчушку. — Линьлинь, а ты чего в таком виде?
— Кхм-кхм! — виновато кашлянула высунувшаяся из коридора Хо Ваньлинь. — Муюнь-гэгэ, я просто помогала доктору Цзи нанести на Сяобай лечебную мазь! А она услышала шаги и удрала!
Нин Муюнь присмотрелся: на щёчках Сяобай и впрямь красовались тёмные мазки. Он невольно усмехнулся.
— Сяобай, Линьлинь ведь пыталась тебе помочь! Зачем же ты убежала?
— А-а-а! А-а-а! А-а-а! — звонко запричитала Сяобай, судорожно вцепляясь в его рубашку.
Нин Муюнь со вздохом погладил её по шелковистым белым волосам.
— Ладно-ладно. Давай я сам тебя намажу, идёт?
— А-а, — тут же кивнула Сяобай и мгновенно успокоилась.
Видя такую несправедливость, Хо Ваньлинь аж задохнулась от возмущения:
— Сяобай! Вот же вредина!
— Ха-ха! Всё хорошо, — Нин Муюнь ласково погладил Сяобай по спине. — Линьлинь, иди умойся, а я сам позабочусь о наставнице.
— Фыр! — буркнула Хо Ваньлинь, метнув на Сяобай обиженный взгляд, и отправилась мыть руки.
Нин Муюнь посмотрел на затихшую на его груди девушку и тихо вздохнул. Физически Сяобай полностью оправилась от яда, но её разум по-прежнему оставался окутан густым туманом.
— Когда же ты наконец очнёшься, Сяобай?.. — с нежной жалостью прошептал он, гладя её по длинным локонам.
— А?
— Эх, пойдём, намажем мазь.
Нин Муюнь взял Сяобай на руки и направился в аптекарскую комнату. Едва створка двери отворилась, густой, терпкий аромат лекарственных трав ударил в ноздри.
— Дедушка! Я вернулся!
— О, Муюнь! Пришёл!
— Муюнь-гэгэ, с возвращением!
В комнате находились Цзи Тяньмин и Ли Линлин. Отложив инструменты, старик поднял голову:
— Муюнь, как там сегодня девчонка Яо?
— Дедушка, Юньцзин уже в сознании. Идёт на поправку очень быстро!
— Вот и славно.
Нин Муюнь с любопытством уставился на тёмную густую массу, которую они методично толкли в ступке.
— Дедушка, а чем это вы тут занимаетесь?
Цзи Тяньмин, не прерывая работы со ступкой, спокойно пояснил:
— Я тут составил новый рецепт. Возможно, он поможет вернуть Сяобай разум и исцелить её душевный разлад.
— В самом деле?! — взволнованно переспросил Нин Муюнь. — Дедушка, это правда может сработать?
— Сработает или нет — не скажу, — строго ответил Цзи Тяньмин. — Но попробовать стоит. Не можем же мы вечно держать её в таком состоянии. Муюнь, помоги-ка мне.
— Хорошо!
Нин Муюнь передал Сяобай на руки Ли Линлин:
— Линлин, посиди с Сяобай, пока мы закончим снадобье.
— Ага! — Ли Линлин бережно обняла Сяобай, с умилением разглядывая её непонимающую мордашку. — Муюнь-гэгэ, а мы можем завтра взять Сяобай с собой на банкет?
— Исключено! — отрезал Нин Муюнь, качая головой. — Категорически нет! Линлин, ты же знаешь её положение. У Сяобай есть опасные враги, и если кто-то узнает её на банкете — произойдёт катастрофа.
— Эх, жаль… — с разочарованием вздохнула Ли Линлин. — Сяобай такая красивая, а должна сидеть дома…
Нин Муюнь опустил взгляд на измельчённые коренья, и в его глазах блеснул леденящий душу огонь. Это не продлится долго. Как только Сяобай придёт в себя, всё выплывет наружу! И тогда, кто бы ни стоял за покушением на неё, этот человек заплатит сполна!
— Апчхи!
В роскошных апартаментах молодой аристократ внезапно чихнул. Липкое, удушливое чувство тревоги мгновенно охватило его душу, испепеляя остатки хорошего настроения.
— Гань, это седовласое чудовище всё ещё не нашли?
Господин Гань склонил голову, выражая глубокую озабоченность:
— Молодой господин, мои люди прочёсывают каждый метр.
— Ищите быстрее! — лицо юноши потемнело, став мрачнее тучи. — У меня на душе кошки скребут. Такое ощущение, будто происходит что-то очень плохое!
Господин Гань помялся, после чего тихо произнёс:
— Молодой господин… Тех людей из нескольких семейств, что подчинялись нам, арестовала полиция.
— Плевать! — пренебрежительно взмахнул рукой юноша, и в его глазах мелькнула откровенная гордыня. — После завтрашнего банкета всё встанет на свои места. Главное — это седовласое чудовище! Она ни в коем случае не должна появиться снова! Едва увидите её — уничтожьте без колебаний! Слышишь?!
— Слушаюсь, молодой господин!