Глава 499 - Брат Муюнь умер? Как такое возможно?
Шагнув сквозь пространственный разлом, Цзян Юньфэй увидела перед собой саму себя!
Вторая «Цзян Юньфэй» стояла у главных ворот больницы. Она опустила голову, ее плечи опали, а во всём облике сквозило беспросветное, дикое отчаяние.
Глядя на эту девушку, настоящая Юньфэй почувствовала, как сжимается сердце.
«Почему здесь ещё одна я? Почему она так убивается? Это же больница... Как я сюда попала?»
Она помнила эти больничные стены, но ничего не понимала.
Сделав шаг вперед, Цзян Юньфэй осторожно протянула руку, желая коснуться застывшей двойнички. Но едва её пальцы приблизились, как рука без малейшего сопротивления прошла сквозь тело другой девушки, словно сквозь бесплотный туман!
— А-ах?! Почему я не могу до неё дотронуться?!
Испугавшись, Цзян Юньфэй попыталась погладить двойняшку по плечу, по руке — всё попусту. Она шагнула к кусту у входа, попыталась сорвать листок, задеть пролетавшую птицу — результат был один и тот же. Пальцы рассекали воздух.
Она была призраком. Невидимым и неосязаемым наблюдетелем.
Оставив бесплодные попытки, Цзян Юньфэй замерла в растерянности.
«Я... я что, сплю? Это такой сон?»
Пока она недоумевала, стоящая перед ней взрослая «Цзян Юньфэй» внезапно вскинула голову. Настоящая Юньфэй от неожиданности вздрогнула.
Эта другая «Юньфэй» выглядела взрослее, взрослее на несколько лет. Её кожа потеряла прежнюю свежесть, а в тусклых, мертвых глазах застыла такая адская боль, что у наблюдающей Юньфэй физически заныло в груди.
«Почему... почему мне так больно смотреть в её глаза? Что с ней произошло?!»
Вдруг вторая «Цзян Юньфэй» залилась слезами. Из её горла вырвался полный ярости и горя шепот:
— Брат Муюнь... Я не прощу их! Ни за что не прощу! Они убили тебя... Слышишь?! Они убили тебя! Я отомщу за тебя, клянусь! Жди меня... Я скоро приду к тебе!
Взрослая двойняшка круто повернулась и с безумным видом побежала прочь.
А стоящая рядом Цзян Юньфэй застыла, пораженная словно громом!
— Брат Муюнь... умер?! — выдохнула она, и весь её мир пошатнулся. — Как... как он мог умереть?! Этого не может быть!
Дикий, леденящий страх сковал её тело.
«Если брат Муюнь умер... то как мне жить?! Что мне делать?!»
В панике, дрожа всем телом, Цзян Юньфэй кинулась следом за взрослой двойняшкой, которая уже подбегала к парковке.
Та прыгнула за руль роскошной «Мазерати». Настоящая Юньфэй успела проскользнуть на соседнее пассажирское сиденье. Не успела она опомниться, как двойняшка ударила по газам, и машина со скрежетом шин вылетела со стоявки!
Глядя на бешено несущиеся за окном ночные улицы Шанхая, Цзян Юньфэй в ужасе закричала:
— Эй! Куда ты несешься?! Объясни мне! Что значит «брат Муюнь умер»?! Как он мог умереть?!
Она сыпала вопросами, но взрослая двойняшка за рулем ничего не слышала. Она лишь давила педаль в пол, утапливая её до самого предела, а по её щекам непрерывным потоком текли слезы.
— Брат Муюнь... Прости меня! Прости! — рыдала женщина за рулем. — Я не должна была так поступать с тобой! Я не должна была сомневаться в тебе! Это всё моя вина... Вся вина на мне! Брат Муюнь...
Глядя на то, как горько плачет её взрослое «я», настоящая Цзян Юньфэй тоже не удержалась и зарыдала.
«Неужели... неужели брат Муюнь и правда погиб? Но если его больше нет... зачем мне жить?!»
Вдруг рыдания женщины за рулем прекратились. Её потухший взгляд налился кровожадной, сокрушительной яростью!
— Сун Чжаньхао! У Минхой! Шэнь Юньянь! — прорычала она сквозь сжатые зубы. — Грязные ублюдки! Вы убили моего брата Муюня! Я не спущу вам этого! Я разорву вас на куски!
— У Минхой? — Цзян Юньфэй нахмурилась. — У Минхой, Шэнь Юньянь и какой-то Сун Чжаньхао... убили Муюня?! Но как?! Как они посмели?!
Не успела она додумать, как машина снова резко набрала ход. Двигатель «Мазерати» взревел словно раненый зверь.
Юньфэй глянула в окно и вдруг замерла, широко раскрыв глаза.
На огромном 3D-экране, растянутом на фасаде небоскреба, транслировалась рекламная интеграция. С экрана утонченно улыбалась... она сама! Взрослая Цзян Юньфэй рекламировала элитный бренд косметики. Настоящая Юньфэй знала эту марку — лицом такого бренда могла стать лишь суперзвезда мирового уровня! Но ведь сама она сейчас была лишь начинающей актрисой, не имеющей шансов даже на пробы!
«Неужели... это я в будущем?» — Юньфэй обомлела. — «Это... будущее?!»
Присмотревшись к бегущей строке с датой на экране, Юньфэй окончательно потеряла дар речи.
«Это... Шанхай через шесть лет?! Через шесть лет брат Муюнь погибнет?!»
ВЖИХ!
Спортивный кар резко затормозил у ворот роскошного особняка. Юньфэй узнала это место — коттедж Цзян Хунъаня и Гу Цинъян. После приюта она жила именно здесь.
Взрослая двойняшка выскочила из машины, и Юньфэй поспешила за ней. Дом выглядел так же, как и в ее памяти, но времени разглядывать его не было.
Взрослая «Юньфэй» влетела на кухню, схватила с подставки тяжелый, остро заточенный кухонный нож и выскочила обратно!
«Что она задумала?!»
Настоящая Юньфэй едва успела прыгнуть назад в салон «Мазерати». Взрослая двойняшка засунула нож в сумочку и снова выжала педаль газа.
Смотря на её побелевшее лицо, настоящая Юньфэй сходила с ума от тревоги.
«Зачем ей нож?! Что она хочет сделать?!»
Машина снова мчалась по улицам Шанхая. Спустя десять минут «Мазерати» на всём ходу затормозила у подножия огромного стеклобетонного небоскреба.
«Корпорация «Сунши»?» — прочитала Юньфэй вывеску. — «Зачем мы здесь?»
Взрослая двойняшка, не теряя ни секунды, выскочила из авто и с сумкой наперевес устремилась к главному входу.
— Подожди меня! — Юньфэй рванула за ней.
Глядя на застеклённый фасад Корпорации «Сунши», взрослая «Цзян Юньфэй» горела от ненависти, а в её глазах пылал жажда крови:
— Сун Чжаньхао... Я убью тебя!