Глава 373 - Откуда здесь репортеры?!
— Кому сказано, опусти руки!
Грозный рык полицейского всё ещё гремел над ухом. Руки Цинь Хуайли казались налитыми свинцом. В эту минуту ему казалось, что он потерял остатки собственного достоинства.
Взгляд, которым он одарил Нин Муюня, был полон такой ненависти, что мог бы испепелить человека на месте.
«Нин Муюнь! Будь ты проклят! Если бы не ты, я бы не опозорился так! Я запомню этот день навсегда. Если я не отомщу тебе — я не мужчина!»
Как бы сильно ни кипела его кровь, против власти не попрёшь. Скрежеща зубами, Цинь Хуайли был вынужден неохотно опустить кулаки. Лицо его позеленело от злости, а глаза всё ещё с дикой яростью въедались в Муюня.
Однако Нин Муюнь лишь миролюбиво улыбнулся ему в ответ.
— Вот и чудно, господин Цинь. Вы поступаете абсолютно правильно. Мы ведь в отделении полиции, разве можно здесь драться? Это ведь уголовное преступление!
«Сука!» — Хуайли едва не взвыл от бессилия.
Полицейский, видя, что драка предотвращена, немного сбавил тон. Окинув взглядом участников сцены, он строго добавил:
— Предупреждаю всех: здесь полицейский участок, а не ринг! Любая попытка устроить потасовку закончится в камере. Не верите — можете проверить. Всем всё понятно?
— Конечно, офицер, всё предельно ясно, — с готовностью отозвался Муюнь и тут же перевёл взгляд на Хуайли: — А вам, господин Цинь? Вы всё усвоили?
Хуайли так сжал челюсти, что зубы хрустнули. Но пока представитель закона стоял рядом, ему приходилось давить в себе этот адский пламень.
— Хм, — буркнул полицейский и, потеряв к ним интерес, ушёл по своим делам.
Из тёмного угла коридора за этой сценой тихо наблюдала Яо Юньцзин, лишь качая головой.
Едва страж порядка скрылся за поворотом, Нин Муюнь сделал шаг к Хуайли, тихо спросив:
— Ну что, господин Цинь? Может, всё-таки ударишь меня? Я с радостью подставлю щёку, чтобы тебя упекли суток на пятнадцать. Давай же!
— Нин Муюнь! — Хуайли снова дернулся было вперёд.
— Хуайли!
— Брат!
Нин Яньцзюнь и Чжоу Цинцин в два голоса закричали на него, и Цинцин изо всех сил повисла на его руке:
— Брат, не надо!
Сжав кулаки до белизны в костяшках, Хуайли вынужден был отступить.
Муюнь презрительно усмехнулся и неторопливо подошёл к Нин Юйянь, которую Яньцзюнь всё ещё удерживала на полу.
— Нин Муюнь, ты что задумал?! — испуганно пискнула Чжоу Цинцин, прячась за спину Яньцзюнь.
Цинь Хуайли снова вырос перед ним стеной:
— Предупреждаю! Мы в полиции! Полиция только что была здесь! Займёшься рукоприкладством — и сам за решётку сядешь!
Муюнь окинул его ледяным взглядом.
— Цинь Хуайли, ты думаешь, вокруг тебя одни идиоты вроде тебя самого?
— Что ты сказал?!
— Пошёл прочь, — отрезанно произнёс Муюнь. — Мне с тобой говорить не о чем.
— Ты!..
— Хуайли, умоляю, не надо! — Яньцзюнь посмотрела на него со слезами на глазах, и парень, сглотнув очередную порцию желчи, неохотно отшагнул в сторону.
Чжоу Цинцин, утешая брата, с опаской поглядывала на Нин Муюня. Что он собирается делать?
Муюнь не обращал на них внимания. Он медленно опустился на корточки перед бледной как полотно Нин Юйянь.
Нин Яньцзюнь, увидав его холодные глаза, сжалась от страха и инстинктивно заслонила собой сестру.
— Сяо Юнь, четвёртая сестра просит у тебя прощения! Третья сестра... она не со зла! Она просто еще не пришла в себя! Дома я обязательно с ней поговорю! Обещаю, она больше никогда ничего подобного не сделает!
Муюнь даже не взглянул на неё. Его взор был устремлён исключительно на Юйянь.
Та корчилась от боли в животе, но смотрела на него с такой лютой ненавистью, будто перед ней стоял убийца её семьи.
— Ну что, Юйянь... болит животик?
Девушка тяжело дышала, не в силах вымолвить ни слова от боли и злости.
— Сяо Юнь, ты... — попыталась вмешаться Яньцзюнь.
— Я не с тобой говорю! — отрезал Муюнь, не поворачивая головы. — Ну так что, Нин Юйянь, каково тебе сейчас? Приятно?
Задыхаясь от ярости, Юйянь выдавила сквозь зубы:
— Нин... Муюнь... Ты ещё... пожалеешь...
— Ха-ха... — тихо рассмеялся Муюнь. — Да я только этого и жду. С самого первого дня, когда я вернулся в дом Нин и ты дала мне первую пощёчину, я только этого и жду.
— Сяо Юнь, мы... — Яньцзюнь хотела что-то сказать, но вспомнила все те издевательства, которым они подвергали брата, и беспомощно опустила голову.
Ведь тогда над ним издевалась не только Юйянь... На её руках тоже был этот грех.
Взгляд Муюня окончательно застыл, превратившись в ледяную пустыню.
— Посмотри на себя, Нин Юйянь. На кого ты похожа? Ты ведь у нас суперзвезда, чистая дева, идеал непорочности... И во что ты превратилась? Знаешь, что про тебя сейчас говорят на улице?
При упоминании мнения общественности Юйянь вздрогнула. Эти два дня она только и думала об этом! Но слушать подобные слова из уст Муюня было высшим унижением!
— Замолчи! Заткнись!
В глазах Чжоу Цинцин мелькнула жалость. Она видела комментарии в сети — это был сплошной поток яда и грязи. Слово «омерзительно» лишь отдалённо описывало то, как люди поливали грязью бывшую любимицу публики. Для такой знаменитости, как Юйянь, это было подобно смертному приговору.
Понимая это, Нин Яньцзюнь обняла сестру и со слезами обратилась к Муюню:
— Сяо Юнь, умоляю тебя, молчи! Не надо! Четвёртая сестра умоляет тебя!
— Ха-ха... — хохотнул Муюнь, и от этого смеха у Яньцзюнь побежали мурашки по коже. — И что с того, если я замолчу? Нин Яньцзюнь, ты правда думаешь, что если я промолчу, её репутация очистится?
— Я... — Яньцзюнь окончательно побледнела.
Муюнь медленно поднялся и сверху вниз посмотрел на сестёр взглядом, в котором не было ни капли человеческого тепла.
— Всё уже решено. И мне абсолютно всё равно, о чём вы думаете. Раз уж вы решили, что Нин Юйянь будет лучше уйти отсюда — скатертью дорога.
С этими словами он развернулся и пошёл прочь.
Яньцзюнь смотрела ему вслед с тяжелым сердцем, после чего тяжело вздохнула:
— Хуайли, Цинцин... помогите мне поднять третью сестру. Поедем домой.
Цинцин с состраданием взглянула на Юйянь и вместе с недовольным Хуайли помогла ей подняться.
— Сестра Юйянь, пойдём.
Нин Юйянь с немой угрозой смотрела в спину удаляющегося Муюня и слабо кивнула.
Они под руки повели обессиленную девушку к выходу. Но едва подножие ступеней перед центральными дверями участка осталось позади, как слепящие вспышки сотен фотокамер ударили им прямо в глаза!
— Нин Юйянь! Прокомментируйте слухи об употреблении наркотиков!
— Нин Юйянь, правда ли, что вы спали с руководствами агентств?!
— В сети пишут, что роль в новом фильме вы получили через постель с режиссёром! Это правда?!
Стена из десятков микрофонов и выкриков обрушилась на Нин Юйянь.
Глядя на бушующее море людей вокруг, бывшая звезда сжалась от дикого, животного ужаса.
«Почему?! Откуда здесь столько репортёров?!»