Глава 338 - Нин Муюнь: Я просто воспитываю взбесившуюся собаку!
— Чего? — Нин Муюнь остановился и с недоумением оглядел выросшую перед ним компанию.
Кто это такие? Лица вроде знакомые, но вспомнить с ходу не получается… Впрочем, на инстинктивном уровне от них сразу повело гнилью и мерзостью.
Хо Ваньлинь тоже уставилась на размахивающего руками Бай Цзюньцзе:
— Муюнь-гэге, а это кто?
Нин Муюнь качнул головой:
— Понятия не имею.
— Понятия не имеешь?! — Бай Цзюньцзе аж позеленел от злости. — Ты меня не знаешь?! Да эта малявка тебя уже «Муюнь-гэге» зовёт! Нин Муюнь, ты совсем страх потерял — на детей бросаешься?! Ты вообще человек или кто?!
От таких слов Хо Ваньлинь мгновенно залилась краской до самых ушей. Что значит «бросаешься»?! Муюнь-гэге никогда ничего подобного не делал! Она тайком бросила взгляд на Нин Муюня: да, он ей безумно нравился, но он всегда держался с ней предельно уважительно! Как эта тварь смеет порочить его имя?!
В отличие от смущённой девушки, лицо Нин Муюня моментально накрыла мрачная, грозовая тень.
— Ты кто такой и какими правaми тут чушь несёшь?
— Кто я такой?! Да ты совсем без мозгов и воспитания! Как тебя мать растила?!
Глаза Нин Муюня сузились. Но Бай Цзюньцзе, потеряв берега от собственной безнаказанности, продолжал вопить:
— Запомни, я… Кхм! Кхм!
Бай Кээр вовремя подскочила и зажала брату рот ладонью, елейно улыбаясь:
— Зять! Брат просто пошутил! Он вовсе не хотел сказать, что у тебя нет воспитания, он просто… просто… — Мозги девицы судорожно искали отмазку, и тут её осенило: — Зять! Он просто хотел сказать, что тебе не следует заводить любовниц за спиной моей кузины!
Зять?
Услышав это обращение, Нин Муюнь наконец всё понял. Неудивительно, что эти рожи казались знакомыми! Семейка дяди Шэнь Юньянь!
Для Шэнь Юньянь, которая редко кому уступала, эта семейка была самым настоящим злым роком. В прошлой жизни Юньянь еще не порвала с родителями и была «послушной дочерью» в глазах Бай Янь. А для самой Бай Янь, помимо любимого сыночка Шэнь Сюаньи, эта родня являлась главным объектом заботы. Жильё, свадьбы, похороны, покупка домов и даже банальная оплата коммуналки на вилле — Бай Янь тащила всё на своих плечах. Она была самой безумной «сестрой-благодетельницей», какую Нин Муюнь только видел в своей жизни.
Шэнь Юньянь хоть и бесилась от действий матери, но отрыто против неё не выступала. А вот дядину семейку терпеть не могла и фактически прервала с ними общение. Однако после их с Юньянь свадьбы в прошлой жизни паразиты пришли к ней и стали требовать решать их проблемы. Юньянь видеть их не хотела, но Бай Янь давила на дочь, и в итоге Юньянь переложила эту обузу на Нин Муюня.
Именно за пару встреч с ними Нин Муюнь воочию увидел, насколько бездонной может быть человеческая наглость и гниль. Эти твари превзошли всех! Тогда они смогли довести даже добродушного Нин Муюня до желания набить им морды. А после решения их проблем он просто вычеркнул воспоминания о них из головы, как страшный сон.
И надо же — сегодня эти клопы сами приползли!
Если вспомнить хронологию прошлой жизни, сейчас этот здоровый дебил Бай Цзюньцзе как раз собирался жениться. Девица требовала с него восемь миллионов юаней залога и две квартиры в Шанхае. Свадьба, купленная за бабки, принесла ему только позор: женушка позже нагуляла ему темнокожего ребеночка, навесив на лоб рога размером с мачту.
Но какого чёрта они приперлись к нему сейчас?
Нин Муюнь заслонил собой Хо Ваньлинь и холодно спросил:
— Что вам от меня надо?
— Хмырь! — Бай Цзюньцзе вырвался из рук сестры и нагло выпятил грудь: — Нин Муюнь! Ты муж моей кузины! Как ты смеешь шляться с любовницами?! — Он с завистью моргнул в сторону Хо Ваньлинь, но тут же снова принял вид праведника: — Твари кусок! За такие дела надо платить! Требуем компенсацию! Десять миллионов юаней! Иначе я всё расскажу кузине и тётушке!
Бай Лян, стоявший рядом, только крякнул от удовольствия. Сестра говорила, что этот Нин Муюнь без ума от Шэнь Юньянь и ползает перед ней на коленях! Такой слизняк ни за что не захочет, чтобы Юньянь его возненавидела. Шантаж — верное дело!
В голове Бай Ляна вспыхнула гениальная мысль: «А что, если использовать этот компромат постоянно? Зачем ограничиться одним разом? Сестра даст денег, да ещё и этот богатый зятёк будет отстёгивать! Вот тогда наша семья Бай заживёт в абсолютном шоколаде!»
Бай Лян посмотрел на Нин Муюня уже как на курицу, несущую золотые яйца.
Нин Муюнь всё понял. Эти идиоты решили срубить с него бабла, приняв за лоха?
Вместо гнева внутри проснулся спортивный азарт. Он решил немного поиграть с дурачками.
— А если я не дам? — спокойно спросил Нин Муюнь. — Что ты сделаешь?
Бай Цзюньцзе свирепо оскалился:
— Не дашь?! Тогда я сам проучу тебя от имени кузины!
С этими словами амбал замахнулся и рванул кулаком прямо в лицо Нин Муюню!
— Зять! — ахнула Бай Кээр.
— Муюнь-гэге, осторожно! — крикнула Хо Ваньлинь.
Нин Муюнь даже с места не сдвинулся. Он лишь наблюдал, как неуклюжий кулак метит ему в нос. Когда до удара оставалось сантиметров десять, его правая рука молниеносным движением перехватила запястье Бай Цзюньцзе! В то же мгновение Хо Ваньлинь, среагировав на нападение, с разворота влупила амбалу подкованным каблуком прямо по голени!
— А-а-а-а-а-а!
Благодаря их слаженной «работе» Бай Цзюньцзе дико взвыл и брякнулся на пол, словно набитая опилками кукла!
Бай Кээр облегчённо вздохнула, увидав, что Нин Муюнь цел, и тут же мысленно обругала дурака-брата: «Вот нафига сразу руками махать?! Не мог нормально договориться?!»
— Цзюньцзе!
— Сынок!
Бай Лян и Сюй Цинь подскочили к упавшему и с гневом уставились на Нин Муюня:
— Нин Муюнь! Ты чё вытворяешь, тварь?!
Нин Муюнь посмотрел на них взглядом, от которого веяло могильным холодом:
— Что вытворяю? Воспитываю взбесившуюся собаку. Есть возражения?