Глава 303 - Неужто этот паршивец возомнил себя владельцем гарема?!
— Юньи... Как же хорошо, что вы у меня есть, — тихо произнёс Нин Муюнь, прижимая её к себе и смежив веки с чувством глубокого умиротворения.
— А... А-а? Ох... да! — Смущение и восторг переполнили сердце Цзи Юньи, так что она не могла вымолвить ни одного связного слова.
Обычно такая строптивая и недоступная, сейчас в объятиях Нин Муюня Цзи Юньи была покорнее шелкового котёнка. Ей хотелось лишь одного: чтобы время остановилось навсегда и они с Нин Муюнем никогда больше не разлучались.
Чжу Юньроу смотрела, как Нин Муюнь, выпустив её, заключил в объятия Цзи Юньи, и не знала, смеяться ей или досадовать. Но приглядевшись получше, она ощутила лишь глубокую жалость и нежность к парню.
Семья, Шэнь Юньянь, Цзян Юньфэй... Они ранили его слишком глубоко. Такой прекрасный человек вовсе не заслуживал подобной участи! Сейчас Нин Муюнь был похож на маленького ребёнка, отчаянно ищущего тепла и защиты. Сердце Чжу Юньроу сжималось от сострадания, ей самой хотелось обнять его и баловать бесконечно. Но она могла лишь тихо вздохнуть про себя.
Хрусть!
Вдали, в салоне припаркованного роскошного автомобиля, раздался сухой треск переломленной авторучки.
Внутри длинного «Майбаха Пульман» отец Чжу сжимал обломки ручки и со скрипом зубов с яростью уставился на Нин Муюня!
— Чёртов паршивец! Да как он смеет сидеть на двух стульях?! Мало ему было обнять мою Роуроу, так он ещё прямо у неё на глазах сгрёб в охапку другую девчонку! Это же ни в грош не ставить нашу Роуроу! Неслыханная наглость!
Отец Чжу и подумать не мог, что застанет подобную картину! Изначально он с большим трудом выкроил день в своём плотном графике, чтобы вместе с женой тайком приехать на съёмочную площадку, навестить дочь и попытаться загладить трещину в отношениях между матерью и дочерью.
Кто ж знал, что едва они приедут, как увидят этот кошмар?!
Этот наглый мальчишка сперва сжал в объятиях его драгоценную дочурку, а затем, не отходя от кассы, обнял другую! Прямо на глазах у его малышки!
Что этот мерзавец о себе возомнил? Неужто он решил завести себе гарем?!
Отец Чжу горел желанием собственными руками задушить Нин Муюня!
Находясь на пике ярости, он вдруг вспомнил, что в машине сидит жена. Подавив гнев, он поспешно повернулся к ней с утешениями:
— Дорогая! Ты только не кипятись! Наша доченька просто попалась на удочку обманщика...
Отец Чжу говорил и говорил, как вдруг заметил, что супруга застыла неподвижно, будто заворажённая чем-то снаружи.
— Дорогая, что с тобой? Тебе нехорошо?
Офелия качнула головой и, дрожащим пальцем указывая в сторону Нин Муюня, пролепетала:
— Любимый... Посмотри на ту девушку!
— На девушку? — Отец Чжу прищурился. — Дорогая, ты про какую? Про ту, которую этот паршивец сейчас сжимает в руках?
— Нет! Нет! Нет! — Офелия крепко вцепилась в руку мужа. — Посмотри в центр... на ту девушку с льняными волосами!
— С льняными?
Отец Чжу проследил за направлением её руки и вдалеке разглядел онемевшую, стоящую на коленях Цзян Юньфэй. В его душе зародилось сомнение.
— Дорогая, а что с ней не так?
— Любимый... — В глазах Офелии вспыхнул страстный, безумный огонёк. — Тебе не кажется... что она ужасно похожа на нашу младшую дочку?!
— Что?!
Отец Чжу снова вгляделся вдаль, но Цзян Юньфэй была слишком далеко, а черты её лица размывались. Он повернулся к возбуждённой жене и беспомощно вздохнул:
— Дорогая, я знаю, как сильно ты скучаешь по нашей малышке... Но ты не должна так реагировать на каждую встречную. Вспомни ту рыжеволосую девушку в прошлый раз... Роуроу уже столько настрадалась из-за этого, мы не можем снова ранить её сердце!
— Любимый, смотри! — Офелия вцепилась в его рукав ещё сильнее. — Рыжеволосая! Та рыжеволосая девушка из прошлого раза! Она опять здесь!
— Хм?
Отец Чжу глянул в окно: действительно, вдоль дороги к съёмочной площадке неторопливо шагала подтянутая, исполненная мужества рыжеволосая Яо Юньцзин в чёрной куртке, направляясь прямиком к Чжу Юньроу.
— Любимый, это и вправду она... Но при чём тут...
Не в силах сдерживать порыв, Офелия рывком толкнула дверцу машины и выскочила наружу!
— Они обе так похожи на нашу малышку! Я обязана посмотреть на них вблизи!
— Дорогая, стой! Эй! Чёрт бы всё побрал! — Забыв обо всём на свете, отец Чжу выскочил следом и бросился вдогонку. — Дорогая, подожди меня!
Между тем У Минхой, наблюдая, как Нин Муюнь обнимает Цзи Юньи, изошёл ядовитой завистью!
За что?! За что вокруг этого Нин Муюня всегда вьётся столько красоток?! Почему все они липнут к нему?! Чем он, У Минхой, хуже этого нищеброда?! За что?!
Безумная ненависть застлала разум У Минхоя, заставляя его корчиться от зависти.
Боль в животе понемногу утихла. Поняв, что на него никто не обращает внимания, У Минхой поднялся на ноги и с испепеляющей злобой уставился на Нин Муюня:
— Нин Муюнь! Не думай, что ты победил! Говорю тебе: сегодня ничего не закончилось! Рано или поздно я заставлю тебя смыть кровью сегодняшний позор!
Нин Муюнь плавно отпустил Цзи Юньи, медленно распрямил плечи, и взгляд его вновь налился студёным холодом:
— У Минхой, ты правда думаешь, будто я забыл всё, что ты творил раньше? Каждую строчку из нашего счёта я заставлю тебя оплатить сполна. Можешь даже не надеяться сбежать! Линьлинь, вышвырни его отсюда!
— Есть! — Хо Ваньлинь со всего размаху влепила У Минхою сочный пинок под задницу. — Мразь, убирайся отсюда колобком!
У Минхой от пинка едва не растянулся на асфальте.
— Нин Муюнь! Я вам этого не прощу!
Сплюнув, У Минхой, пылая злобой и досадой, поплёлся прочь.
На ходу он судорожно соображал, как бы поболезненнее отомстить Нин Муюню. И тут его взгляд упал на приближающуюся рыжеволосую красотку.
«Ого, какая цыпочка! Раз уж с Цзян Юньфэй пока не выгорело, развлекусь-ка я с этой красоткой!»
У Минхой мгновенно оправил помятый костюм, подхватил нераздаренные розы и, напустив на себя развязный вид, преградил путь рыжеволосой девушке:
— Эй, детка, привет! Я — У Минхой. Может, познакомимся?
— А? — Рыжеволосая красотка повела строгим взглядом, и её острый, как бритва, взор упёрся прямо в У Минхоя. — Ты это мне?