Глава 213 - Посадить его раньше Нин Муюня
— Скатертью дорога, твари, — пробурчал мужчина и наконец отбросил тяжелую мотыгу в сторону. — Господин Нин… так как на самом деле умерла моя сестра?
Выражение лица Нин Муюня стало предельно суровым:
— В её смерти много тёмных пятен. Я видел копию оригинального заключения судебно-медицинской экспертизы.
Мужчина подтянулся, в его глазах вспыхнул опасный огонь:
— И что там написано?!
— В отчёте черным по белому сказано: твоя сестра была мертва ещё до того, как упала с крыши.
Жажда крови мгновенно захлестнула парня:
— Я знал! Я так и знал, что этот ублюдок прикончил её! Я зашибу его! Я своими руками задушу этого гада!
Он брызгал слюной, погружаясь в пучину безумного гнева. Нин Муюнь тихо вздохнул и тяжело положил руку ему на плечо:
— Успокойся. Сгоряча ты лишь сломаешь себе жизнь. Я обещаю: Нин Цзибо гнить в тюрьме до конца своих дней.
— Мне не нужна его тюрьма! Я хочу его смерти! — зарычал тот.
— Смерть — слишком лёгкое наказание для него, — в глазах Нин Муюня блеснул ледяной огонь. — Поверь мне, я сделаю так, что он будет молить о смерти как о высшем милосердии.
Понемногу справившись с приступом ярости, парень подозрительно уставился на собеседника:
— А тебе-то какая выгода? Зачем ты помогаешь мне?
Взору Нин Муюня предстала картина собственного прошлого, полная невыразимой боли и затаённой мести:
— Потому что они когда-то точно так же убили и меня.
— Что? — Мужчина ошеломлённо нахмурился. — О чём ты?
Нин Муюнь лишь качнул головой, не желая вдаваться в подробности, и перевёл тему:
— Что ты сделал с теми двумя, что лежат во дворе?
— Переломал им руки и ноги, — оскалился парень. — А потом вырвал их поганые языки, чтобы больше не смели врать.
Нин Муюнь с невольным уважением окинул его взглядом, достал из внутреннего кармана пластиковую карту и протянул ему:
— Здесь сто тысяч юаней. Пин-код — шесть нулей.
— Господин Нин, вы чего?! — изумился парень, отшатнувшись. — У меня есть сбережения! Мне не нужны чужие деньги!
— Бери, — в голосе Нин Муюня послышались повелительные нотки. — В ближайшие дни найди частную психбольницу и сдай этих двух тварей туда. Пусть остаток своих дней проведут в застенках среди безумцев. А когда уладишь дела здесь — приезжай в Шанхай. Чтобы превратить жизнь Нин Цзибо в ад, мне понадобится твоя помощь. Я буду ждать тебя там.
Мужчина сжал карту в огрубевшей ладони. Из глаз крепкого, двухметрового верзилы неудержимым потоком брызнули слёзы:
— Господин Нин… Спасибо вам! Спасибо, что даёте мне шанс отомстить за сестрёнку! Но знайте: эти деньги я беру в долг! Как только всё закончится — я верну всё до последнего гроша!
— Как знаешь, — Нин Муюнь чуть заметно улыбнулся и уже повернулся, чтобы уйти, но вдруг замер. — Кстати, как тебя зовут?
Парень выпрямился и честно ответил:
— Лю Гэньбао, господин Нин.
— Лю Гэньбао… — повторил юноша. — Хорошее имя. До встречи в Шанхае, Лю Гэньбао.
С этими словами Нин Муюнь неторопливо вышел за ворота.
— Спасибо! Спасибо вам огромное, господин Нин! — Лю Гэньбао долго и низко кланялся ему вслед.
Когда шаги Нин Муюня затихли, на развороченный двор снова опустилась тишина. Лю Гэньбао повернулся к полуживым родителям, и в его глазах вспыхнул жестокий огонь:
— Психушка?.. О нет, я сделаю так, чтобы вы действительно сошли с ума!
Вскоре над двором вновь раздались дикие, исполненные агонии вопли, рассекающие тишину угасающего дня…
***
В просторном, погруженном в полумрак кабинете слышались тихие, разрывающие душу всхлипывания.
Шэнь Юньянь сидела за диваном, уткнувшись лицом в колени. Прошла уже ночь с того момента, как Нин Муюнь вылил на неё ушат ледяного презрения, но боль в груди так и не утихла. Она никак не могла переварить мысль, что человек, которого она считала преданным другом детства, всё это время бессовестно лгал ей. И одновременно с этим она проклинала себя за глупость и трусость — если бы она тогда не ушла, ничего бы этого не произошло!
Гнёт запоздалого раскаяния камнем давил на плечи. Она до смерти боялась, что Нин Муюнь, вернув ей три миллиарда, окончательно вычеркнет её из своей жизни. И одновременно дрожала от мысли, что он исполнит угрозу и отправит её брата, Шэнь Сюаньи, за решётку.
Эта двойная тяжесть подкосила её: казалось, за одну ночь она постарела на десять лет.
— Юньянь!
Дверь кабинета распахнулась, и на пороге появилась Сунь Жунжун. Услышав по телефону рыдания подруги, она бросила все дела и примчалась на помощь.
Шэнь Юньянь, точно утопающий за соломинку, ринулась к ней и вцепилась в её плечи:
— Жунжун! Что мне делать?! Нин Муюнь больше не хочет меня знать!
— Юньянь, да что опять стряслось? — нахмурилась Сунь Жунжун. — Вы же вроде нормально поговорили? Почему он снова отвернулся от тебя?
Задыхаясь от слёз, Шэнь Юньянь выложила ей всё, что произошло во всех красках.
Сунь Жунжун слушала, и с каждой секундой её бровь поднималась всё выше:
— Юньянь! Я же прямо говорила тебе: согласись на все условия Нин Муюня! Почему ты до сих пор тянешь и отказываешься порвать со своей семейкой?!
Шэнь Юньянь беспомощно подняла на неё заплаканные глаза:
— Жунжун, но они же моя кровь! Как я могу публично отречься от родителей и брата?!
— Да какая же ты неадекватная! — всплеснула руками Сунь Жунжун. — Это просто фиктивный ход! Временная мера! Нин Муюнь не верит тебе из-за прошлых предательств! Чтобы вернуть его доверие, ты должна пойти на колоссальную жертву! Только так он поймёт, что ты действительно изменилась! А когда вы помиритесь, когда он снова растает — неужели он станет запрещать тебе общаться с родителями?! Неужели ты не видишь дальше собственного носа?!
— Жунжун… я дура, я всё поняла! — Шэнь Юньянь действительно до смерти боялась потерять Нин Муюня. — Я буду делать всё, что ты скажешь! Помоги мне! Я наконец поняла, какая мразь этот У Минхой! Я больше в жизни к нему не подойду! Но Муюня я терять не могу!
Глядя на искреннее отчаяние подруги, Сунь Жунжун смягчилась. По крайней мере, то, что Юньянь наконец прозрела насчёт У Минхоя, уже было огромной победой.
— Ладно, — вздохнула Сунь Жунжун. — Я помогу тебе ещё раз.
— Правда?! Спасибо тебе, Жунжун!
— Не спеши благодарить, — строго осадила её подруга. — Ты разозлила Муюня слишком сильно. Обычные извинения тут не сработают. Нам придётся пойти на рискованный шаг.
— На какой шаг? — растерялась Шэнь Юньянь.
— Нин Муюнь ведь грозился упечь Шэнь Сюаньи в тюрьму, так?
— Ну да… А при чём тут это?
Сунь Жунжун пристально посмотрела ей в глаза и тихо произнесла:
— Юньянь… А что, если мы опередим Нин Муюня и сами отправим твоего братца за решётку?
— Что?!