Глава 135 - Муюнь! Какое бы условие ты ни поставил, я на всё согласна!
Едва Нин Муюнь разглядел лицо Шэнь Юньянь, как внутри него поднялась отвратительная, бурлящая волна омерзения.
— Шэнь Юньянь! Отпусти меня! — с ледяной яростью вышипел он, пытаясь силой разжать её пальцы.
Одетая в белоснежное платье Шэнь Юньянь от этих суровых слов почувствовала, как её сердце сжимается от дикой обиды.
Ради сегодняшней встречи она специально надела белоснежное воздушное платье, которое так любил Нин Муюнь, и белоснежные туфли на высоком каблуке. Она преобразилась в нежное, чистое создание, подобное сошедшей с небес фее. Притом что сама Шэнь Юньянь всегда терпеть не могла подобный стиль!
Она переступила через себя, нарядившись в то, что обычно никогда бы не надела — всё лишь для того, чтобы порадовать Муюня! Но вместо тёплых слов он даже слушать её не захотел и сразу принялся отпихивать от себя!
Шэнь Юньянь была готова разрыдаться от обиды, но, вспомнить инструкции Сунь Жунжун, сжала кулаки и подавила эгоизм. Она лишь сильнее прижалась к юноше и залилась горькими слезами:
— Муюнь! Я думала об этом всю ночь! Всё то ужасное, что я натворила в прошлом — это моя и только моя вина! Я не смею молить о прощении... Но прошу тебя, не отталкивай меня! Не будь со мной таким чужим!
Именно в этом и заключался первый шаг стратегии Сунь Жунжун: немедленное и безоговорочное признание вины! Учитывая, сколько боли Шэнь Юньянь причинила Нин Муюню в прошлом, рассчитывать на то, что он мгновенно её простит, было бы наивным безумием.
Нужно действовать постепенно! Мелкими шагами, пробираясь сквозь ледяную броню его сердца, шаг за шагом растапливать неприязнь, вернуть его доверие и лишь затем восстановить прежние отношения.
Глядя на заходящуюся в рыданиях девушку, Нин Муюнь ощущал лишь ядовитую иронию.
В прошлой жизни он выворачивался наизнанку ради Шэнь Юньянь, но так и не удостоился от неё хотя бы искренней улыбки. В этой жизни он не сделал ровным счётом ничего — просто выбросил её из своей жизни. И что же? Она сама прибежала, вцепилась в него и рыдает у него на груди!
От этого контраста Нин Муюню становилось тошно при мысли о том, насколько бессмысленны и ничтожны были все его прошлые жертвы.
Но как бы сильно Шэнь Юньянь ни заливалась слезами сейчас, его сердце больше не содрогнётся. Прошлое слишком хорошо научило его, кем на самом деле является Шэнь Юньянь. Он не поддастся на эти фальшивые слезы. Его сердце давно превратилось в непробиваемый айсберг.
— Шэнь Юньянь, отпусти, кому говорю! Тебе самой не тошно от этого цирка?
Ощущая, как её руки силою разжимают пальцы за пальцем, Шэнь Юньянь в панике зарыдала ещё громче:
— Муюнь! Не надо так, прошу тебя! Помнишь, вчера ты просил меня назвать тебя ласково? Я теперь могу! Я могу назвать тебя Сяо Юнем! Я знаю, что была ужасной... Я каждую секунду жалею о содеянном и всем сердцем хочу исправить ошибки! Дай мне шанс! Дай мне шанс загладить вину перед тобой, прошу!
Нин Муюнь не выдержал и холодно усмехнулся:
— Шэнь Юньянь, ты так красиво поёшь. Ну что ж, мне даже стало любопытно. И как именно ты собралась «заглаживать вину»?
Девушка осеклась. Об этом она как-то не подумала. Несмотря на все пламенные порывы вернуть Муюня, она понятия не имела, чем именно может искупить прошлые грехи.
Но Сунь Жунжун четко проинструктировала её: если Муюнь хотя бы заговорит о требованиях, нужно соглашаться не раздумывая!
— Я... я пока не знаю... Но Муюнь! Что бы ты ни назвал, я всё выполню! Я отдам абсолютно всё, лишь бы загладить вину перед тобой!
Услышав её клятвенные заверения, Нин Муюнь лишь презрительно оскалился. Он наклонился к её уху и прошептал тоном, от которого кровь в жилах Шэнь Юньянь мгновенно застыла:
— Шэнь Юньянь, ты точно уверена, что согласишься абсолютно на любое моё условие?
— Да! — зацепившись за эту соломинку, выдохнула она. — Муюнь! Только скажи! Я выполню всё, что угодно!
В своей душе Шэнь Юньянь уже приняла решение. Какое бы дикое требование он ни выдвинул — даже если он потребует немедленно отдать ему свою невинность прямо здесь, на этой траве — она согласится! Лишь бы вернуть его! Всё остальное не имеет значения!
В глазах Нин Муюня блеснул беспощадный, убийственный огонёк.
— У меня всего одно условие, Шэнь Юньянь.
Шэнь Юньянь затрепетала от нетерпения и надежды:
— Муюнь, говори! Я на всё согласна!
Нин Муюнь посмотрел на неё сверху вниз, вложив в голос всю накопленную лютость:
— Шэнь Юньянь! Я хочу, чтобы ты прямо сейчас оборвала абсолютно все связи с семьёй Шэнь! А тридцать миллиардов юаней из целевого фонда, принадлежащие твоей семье, полностью перевела на мой счёт!