Глава 448: «Среди тысяч огней ни один не горит для меня»
Под покровом ночи.
Ци Му следовал за Сунь Ли по бетонной дороге. Миновав клумбу, они подошли к небольшому двухэтажному вокзалу.
У билетных касс царило оживление. Каждые пять метров стояли кадки с маленькими соснами, а в промежутках между ними тянулись ряды скамеек.
Навстречу им то и дело попадались актеры; они переговаривались и смеялись – похоже, только что закончились съемки многолюдной сцены.
Пройдя по этой дороге до самого конца и свернув за угол, они оказались на платформе у путей.
Слева фонари разливали мягкий теплый свет, отчего кроны желтеющих придорожных деревьев подернулись нежным сиянием.
Стоило обогнуть стену вокзала, как взору предстала съемочная группа.
Слева на путях замер маленький красный поезд. Справа возвышалось здание станции, чьи сосны у входа тоже были украшены огнями.
На скамье подле одной из сосен сидел Пэн Сювэнь, исполняющий роль профессора.
— Здравствуйте, учитель Пэн.
— Вы ведь… господин Ци, верно? — Отозвался тот.
— Вы меня знаете? — Ци Му слегка разволновался.
Пэн Сювэнь улыбнулся:
— Слышал о вас от режиссёра Чэня.
— Я слышал, что следующая сцена связана с людьми, — продолжал Ци Му. — Не буду вам пока мешать, готовьтесь. Пойду поздороваюсь с режиссёром Чэнем.
— Хорошо, — Пэн Сювэнь кивнул ему и снова откинулся на спинку сиденья.
Ци Му принялся наблюдать за суетой вокруг.
Оператор выверял положение камеры, осветитель возился с приборами. Казалось, группа только что отсняла дубль и персонал вовсю готовился к следующему кадру.
Лишь спустя некоторое время Ци Му разглядел режиссёра Чэня, стоявшего вдалеке перед монитором.
Он поспешил к нему:
— Режиссёр Чэнь, я на месте.
Чэнь Сяо поднял взгляд и улыбнулся:
— Добрый вечер, учитель Ци.
— Здравствуйте, режиссёр Чэнь. Вы заняты, так что я просто посмотрю со стороны, не буду мешать.
Чэнь Сяо кивнул:
— Да, прошу прощения. Я сейчас выставляю свет для следующего кадра, так что пока не смогу уделить вам время.
— Работайте-работейте, — Ци Му присмотрел себе место чуть позади него – там, где он мог слышать указания, но при этом никому не преграждал путь, и послушно сел.
Сунь Ли, которой как кастинг-директору пока было нечего делать, опустилась рядом с ним.
Помня, что Ци Му – ее младший коллега по компании, она любезно пояснила: — Мы только что закончили снимать сцену, где щенок выпадает из багажной полки и в растерянности мечется среди прохожих. Сейчас снимаем встречу щенка с профессором – его будущим хозяином. Только что на крупных планах отсняли реакцию щенка. Теперь будем снимать профессора с нижней точки, используя субъективную камеру, чтобы имитировать взгляд собаки.
Ци Му с благодарностью отозвался:
— Теперь понятно, спасибо, режиссёр Сунь.
Хоть он и не учился на операторском факультете, о субъективной камере он слышал.
Такой прием позволяет увидеть мир глазами персонажа, давая зрителю возможность полностью погрузиться в его чувства; обычно это используется для усиления эмоционального отклика.
Очевидно, что следующий кадр должен был заставить зрителя ощутить себя на месте пса, впервые встретившего своего хозяина.
Прямо перед ними Чэнь Сяо сел в кресло, не сводя глаз с монитора.
Он поднял голову и крикнул Пэн Сювэню, сидевшему неподалеку: — Учитель Пэн, пожалуйста, пройдите на точку, мне нужно посмотреть, как это выглядит в кадре.
— Без проблем, — Пэн Сювэнь встал, расправил пальто, разгладил складки на одежде и замер на обозначенной позиции. Услышав команду «начали», он медленно пошел вперед.
На мониторе перед Чэнь Сяо возникла картинка с камеры, установленной у самой земли – на уровне глаз щенка.
В мягком желтоватом сиянии появилась фигура; замшевые туфли становились все ближе и ближе.
Камера повела вверх, и в кадре показалось лицо профессора. Благодаря работе осветителя, оно было залито теплым янтарным светом.
Чэнь Сяо потер подбородок и обратился к осветителю:
— Позади профессора, слева направо, дайте холодный контровой свет на серебристую обшивку поезда.
— Помощник осветителя, передвиньте «теплый» уличный фонарь на пятнадцать сантиметров в эту сторону, чтобы он светил чуть выше головы профессора слева.
— Слушаюсь, — осветитель с помощником тут же принялись за дело.
Спустя десять минут два луча были отрегулированы, позиционирование проверено еще раз. Объективы и камера – всё было наготове.
Помощник режиссёра прокричал:
— Всем приготовиться!
(Актуальные главы без задержек — только на сайте LiNovel.ru)
Вокруг мгновенно воцарилась тишина.
Ци Му поспешно пододвинул стул поближе к Чэнь Сяо и, затаив дыхание, уставился в монитор.
Один за другим прозвучали голоса помрежа, фокус-пуллера и ассистента по звуку.
Хлопнула хлопушка.
Слева спереди донесся голос Чэнь Сяо:
— Мотор.
…
На экране монитора.
Человек шел медленным шагом. Камера поднялась, являя зрителю доброго мужчину средних лет. Он говорил по телефону; бросив в трубку пару фраз, он плавно присел на корточки: — Эй, малыш, ты что, потерялся?
У Ци Му потеплело на душе при виде этой сцены.
Не успел он осознать причину этого чувства, как услышал крик Чэнь Сяо: — Еще дубль!
Ци Му прижал ладонь ко лбу.
Ведь сцена длилась всего секунд тринадцать-четырнадцать.
Реплики ветерана сцены были предельно просты, так почему же они вызвали такой отклик?
Его настроение неуловимо изменилось, он был тронут.
Но почему?
Только он собрался повернуться к Сунь Ли с вопросом, как помощник режиссёра скомандовал: — Тишина на площадке!
Ци Му глубоко вздохнул и вновь впился взглядом в монитор.
Съемка вот-вот начнется, разговаривать нельзя – придется разбираться самому!
«Думай, голова, соображай быстрее!» – подстегнул он себя.
— Сцена один, кадр семь, дубль два, — прозвучал голос вместе с хлопком.
— Начали!
На мониторе по диагонали перед ним.
Земля была залита теплым желтым светом уличных фонарей – где-то ярче, где-то тусклее. Профессор шел неспешно.
Однако на этот раз сцена не принесла чувства покоя.
Холодный свет, падающий на правую сторону поезда, добавил всей композиции нотку одиночества. В мгновение ока возникло гнетущее ощущение: вокруг тысячи огней, но ни один не горит для меня.
Прохожий остановился, и камера двинулась вверх.
На этот раз слева вспыхнул яркий акцент – уличный фонарь теплых тонов.
Картинка заметно «согрелась».
Профессор с добрым лицом улыбнулся прямо в камеру и произнес в трубку: — Да, я тоже тебя люблю. Пока.
Он медленно опустился на корточки:
— Эй, малыш, ты что, потерялся?
…
Чэнь Сяо, сидевший впереди слева, скомандовал:
— Хорошо, снято!
Ци Му внезапно всё понял.
Этот ракурс – взгляд щенка.
Режиссёр Чэнь использовал субъективную точку зрения, играя со светом и тональностью.
Он заставил сцену смениться: от общего теплого колорита, разбавленного зябким холодом, к абсолютному, еще более глубокому теплу.
Это была подсказка для зрителя: пес прошел путь от одиночества до встречи с «теплым» человеком.
Среди тысяч огней нашелся тот единственный дом, что приютил меня, и по всему телу разлилось тепло.
Ци Му восхищенно кивнул.
Но тут же в нем всколыхнулось любопытство, и он шепотом спросил Сунь Ли: — Режиссёр Сунь, но ведь собаки видят цвета иначе, чем люди. Неужели их бы так тронуло увиденное?
— Что? — Сунь Ли опешила от вопроса. — С чего бы собакам… смотреть кино?
Ци Му неловко замахал руками:
— Я не о том, чтобы щенок смотрел эту сцену. Я слышал от режиссёра Фана, что в некоторых эпизодах фильма цветокоррекция будет подстроена под зрение собаки.
— А-а… В этом кадре ничего не меняли. У каждого кадра своя цель. Этот нужен для того, чтобы зритель через чувства щенка ощутил всё тепло встречи с профессором.