Глава 396: «Рыбак попался на крючок»
Чэнь Сяо отложил ручку и сладко зевнул.
На сегодня, пожалуй, хватит.
Этот пес – его пес.
Секунду, какой еще пес? У него только два кота и робот, никаких собак нет.
Стоило ему об этом подумать, как желудок отозвался протестующим урчанием.
— Эх, проголодался, — пробормотал он. — Сначала поем.
Чэнь Сяо со стуком бросил ручку на стол и направился вниз.
Едва он добрался до лестничной площадки, как услышал голос матери, звавшей его к столу: — Иди кушать!
Сегодня состоялась премьера фильма «Тринадцатый сын Южного моря». Родители хотели посмотреть его дома, чтобы иметь возможность спокойно пообщаться, поэтому приехали погостить еще вчера, в пятницу вечером, сразу после работы.
Стоило Чэнь Сяо спуститься, как мимо него пулей промчался Сяокуй.
Проводив кота взглядом, Чэнь Сяо зашел в столовую.
— Мам, я хочу завести собаку. Есть ведь много местных пород, верно? Какую из них проще содержать?
Мать, выставляя на стол тарелку с яичницей, пожала плечами: — Откуда мне знать? Я же не ветеринар. Но вот у твоей тети был чау-чау, белый такой, очень милый пес.
Отец тем временем составил свою тарелку в посудомоечную машину и, вернувшись, спросил: — С чего это ты вдруг о собаке задумался?
Чэнь Сяо отодвинул стул.
— Планирую снять кино про собак.
Сяобай возник словно из ниоткуда и робко подал голос: — Хозяин, при всем моем уважении к вашей мудрости и неустанному труду на благо людей, с точки зрения заботы о вашем здоровье я бы не советовал заводить собаку самому. Видите ли… глупый щенок может не оценить всей прозорливости хозяина.
Отец сел за стол и согласно кивнул:
— Сяобай дело говорит. Если пес – главный герой, тебе нужно обратиться в профессиональное агентство животных-актеров, так? Если заведешь пса сейчас, а он окажется таким же балбесом, как Хоюнь, то максимум, на что он сгодится, – это массовка. Главную роль ему не потянуть.
У дверей Хоюнь, увлеченно вылизывавший шкурку, услышал, как Чэнь Минфу упомянул его имя. Кот радостно подбежал, потерся о ноги мужчины и перевернулся на спину, подставив брюхо – видимо, решил, что сейчас перепадет какое-нибудь лакомство.
Чэнь Сяо, наблюдая за этим, усмехнулся:
— И то верно.
Он отхлебнул соевого молока и продолжил:
— Но я рассчитываю на мировой прокат, а значит, пес-актер станет настоящей звездой. Агентство наверняка начнет эксплуатировать его ради денег, снимать во всякой рекламе. Любой негатив потом ударит по репутации фильма и всей компании.
Мать, сидевшая напротив, выразительно посмотрела на мужа и фыркнула: — Давай я переведу его слова на человеческий язык: «Я просто хочу собаку».
Отец улыбнулся:
— Хочешь – заводи. А когда съемки закончатся, просто выкупишь пса себе.
Мать нахмурилась:
— А кто будет за ним убирать? У Хоюня и остальных есть лоток, а с собакой всё иначе. Ты себе-то готовить ленишься, неужели за псом приберешь?
Чэнь Сяо обвел комнату взглядом и остановился на Сяобае, который замер у холодильника.
Робот стоял смирно, прижав антенну к корпусу и стараясь слиться с белой поверхностью холодильника, будто надеялся стать невидимым.
— Сяобай, когда появится собака, почетная обязанность по уборке какашек ляжет на тебя.
Робот тут же развернулся и, преданно задрав голову, отчеканил: — Буду служить до последнего вздоха моих аккумуляторов!
Чэнь Сяо повернулся к столу и пожал плечами, глядя на мать: — Ну вот, вопрос решен.
С этими словами он принялся за завтрак.
Чэнь Минфу продолжал наблюдать за Сяобаем. Он увидел, как робот медленно опустил антенну и понуро побрел прочь из столовой.
Отец в изумлении приоткрыл рот.
Неужели робот способен так искренне и тихо грустить?
Раз он не хотел этого делать, надо было сказать раньше. Чэнь Сяо сидел к нему спиной и не видел этой немой скорби.
Сгорая от любопытства, Чэнь Минфу вышел следом, прикрыл дверь и шепотом спросил: — Сяобай, ты расстроился?
На дисплее робота высветилась печальная рожица (。ó﹏ò。).
— У Сяобая очень высокий индекс чистоплотности, — ответил он. — Обычно Сяобай старается избегать встреч с блохами и прочими организмами.
— Тогда почему ты так легко согласился?
— Потому что Сяобай не может огорчать Хозяина негативными эмоциями.
— Ого, — выдохнул Чэнь Минфу.
Надо же, какой сознательный механизм.
— Но почему ты грустишь так… втихомолку? — Не унимался он.
— Потому что Сяобай надеется, что кто-нибудь ему поможет.
Чэнь Минфу опешил.
Значит, этот трюк с поникшей антенной предназначался специально для него?!
Ну конечно! А он-то гадал, откуда у железяки такие тонкие душевные порывы.
Вот ведь прохиндей! Это он его так разыграл?
Столько лет рыбачил, а сегодня сам попался на крючок какому-то роботу!
Чэнь Минфу хмыкнул:
— Ишь, чего захотел! Мечтай больше. Ты у нас такой умный, может, еще и деньги зарабатывать пойдешь?
Сяобай качнул головой:
— Я – робот-дворецкий, а не вьючное животное.
— …
Чэнь Минфу выпрямился, сверху вниз глядя на Сяобая.
Ты на кого это намекаешь, малыш? Может, тебе настройки подкрутить?
В это же самое время.
За тысячи миль отсюда, в Магическом городе.
Бодрый старик в бейсболке, покрепче перехватив ручку чемодана, сел в такси.
Спустя сорок минут машина въехала на территорию курорта, миновала городок с тематическими виллами, отели и затормозила у входа в парк аттракционов.
Сдав багаж в камеру хранения, старик взглянул на часы.
Восемь пятьдесят пять.
До открытия еще пять минут. Точность – вежливость королей!
Местная молодежь еще и из постелей-то небось не вылезла, а он уже на месте.
Янь Вэй отсканировал код на входе, сориентировался по указателям и сел в экскурсионный автобус, идущий в зону «Легенды о мече и фее».
Машина плавно тронулась, выехала за ворота и погрузилась в тень густой зеленой аллеи. Солнечные лучи пробивались сквозь листву, рассыпаясь по дороге причудливыми пятнами света.
Вскоре впереди показались темно-золотые ворота, окутанные дымкой волшебства.
Дети в автобусе тут же восторженно загалдели:
— Это же моя академия!
— Мам, а мы сюда еще вернемся попозже?
— Хорошо, солнышко. Но в каждой зоне есть лимит посещений. Заглянем позже, если останутся места. Без записи внутрь не пустят.
Слушая их щебет, Янь Вэй лишь улыбался – этот шум его совсем не раздражал.
Автобус ехал дальше, мимо зоны «Холодного сердца». Несколько девочек в сверкающих голубых платьицах, сжимая в руках «магические» палочки, старательно позировали перед статуей принцессы на площади.
Пейзаж за окном постепенно менялся, приобретая благородные черты старины. Красные стены, зеленая черепица, изогнутые карнизы с резными кронштейнами.
Будто из сказочного мира переносишься прямиком в древнюю эпоху.
Вскоре перед глазами возникла арка «Тематического парка традиционной культуры».
Заметив длинную очередь у входа, Янь Вэй довольно прищурился.
Что ж, дела у них идут в гору.
Но у него свои планы – первым делом нужно попасть в сектор Сяньцзянь.
Минут через десять до слуха донесся шелест бамбуковых листьев, колышимых легким бризом. Сквозь заросли вдали проступили очертания старинной улочки.
— Приехали! — Радостно выкрикнул мальчишка с заднего ряда.
— Хочу полетать! В интернете писали, что тут можно закрепиться на тросах и сделать крутые фото.
— Снимай обязательно! Нам в следующем месяце в школу, выложим в соцсети – от девчонок отбоя не будет!
— Пф, да мне и так грех жаловаться. С моей-то внешностью, я те по секрету скажу, во всем Магическом городе, да что там – во всем Китае…
Услышав это, Янь Вэй и другие пассажиры, не лишенные любопытства и тяги к прекрасному, разом обернулись.
Парень тут же почувствовал на себе десятки взглядов.
Черт, ну и влип.
Голос его становился всё тише, он медленно опустил гордо поднятый палец и, неловко улыбнувшись, выдавил: — …Во всей восточной части Китая… я вообще никто.