Глава 376: «Ваш запах слишком уж реалистичен»
Пока фанаты и пользователи сети, следящие за индустрией развлечений, вовсю сокрушались на просторах интернета, съёмочная группа хранила молчание, лишь призывая всех дождаться выхода картины.
Тем временем полным ходом шла интенсивная подготовка.
Двадцатого марта в Кантонском оперном театре провинции Гуандун команда провела скромную церемонию открытия и официально приступила к съёмкам.
Вскоре пролетел почти месяц.
Пятнадцатое апреля, Гонконг.
Небо затянуло хмурыми тучами, вот-вот должен был хлынуть дождь.
В старинной усадьбе, выстроенной в стиле прошлого века, густо зеленели деревья.
В центре двора возвышалась вилла. Внутри, слева от старомодного дивана, стоял стол из красного дерева, на котором красовался граммофон, похожий на цветок ипомеи. Перед диваном примостился маленький обеденный столик.
Неподалёку, в другом конце комнаты, рабочие подготавливали площадку и выставляли свет.
В актёрской комнате по соседству гримёр подправляла образ артиста.
Дом кипел жизнью, а снаружи тем временем к дверям подкатил автомобиль.
Из машины вышла элегантная дама и улыбнулась Чи Юю, ожидавшему у входа.
Чи Юй шагнул вперёд и, слегка поклонившись, протянул руку:
— Здравствуйте, председатель Чжун. Я давно наслышан о вас.
Перед ним стояла Чжун Хуэйин, директор Кантонского оперного театра и партнёр фильма. В этом году ей исполнилось почти пятьдесят, но благодаря тщательному уходу за собой и начитанности она выглядела на добрый десяток лет моложе. Несколько лет назад она без малейшего намёка на несоответствие возраста исполнила роль Бай Сучжэнь в «Легенде о Белой Змее».
Чжун Хуэйин пожала ему руку и ответила с улыбкой:
— Секретарь Чи, вы слишком вежливы. Мы ведь уже общались по телефону.
— Директор Чжун, режиссёр Чэнь должен закончить съёмку до начала дождя, — пояснил Чи Юй. — Он так занят, что не смог выйти лично. Прошу прощения, что встречать вас пришлось мне.
Чжун Хуэйин понимающе качнула головой:
— Пустое, не стоит церемоний. Он только что звонил мне и предупредил. К тому же я приехала на час раньше. Не нужно подстраивать график под меня. Самое важное сейчас – хорошо снять кино.
Чи Юй приглашающим жестом проводил её во двор. На ходу он спросил: — Желаете сначала немного отдохнуть? Или сразу отправимся на съёмочную площадку?
— Мой визит не помешает работе? — Уточнила она.
— Директор Чжун, вы шутите, — улыбнулся секретарь Чи. — Сегодня мы снимаем сцену воссоединения господина Сюэ Цзюэсяня и Шисаньлана. В кадре актёр кантонской оперы и её сценарист – ваши советы будут как нельзя кстати.
— Вы мне льстите. Что я могу понимать в съёмках кино?
Обмениваясь любезностями, они прошли по цементной дорожке через изумрудный сад и вошли в виллу из красного кирпича.
Но стоило ей ступить на ступени, как Чжун Хуэйин невольно отпрянула от резкого, тошнотворного запаха.
Навстречу им из дома вышел человек.
Приглядевшись, она узнала исполнителя главной роли Се Мина.
Волосы Се Мина напоминали воронье гнездо, лицо под очками с одним выбитым стеклом было покрыто грязными пятнами. Выглядел он как настоящий нищий: поношенная короткая рубаха, выцветшая до темно-синего цвета, вся в латках и подтёках. Жилетка и штаны тоже знавали лучшие времена.
В отличие от остальных, одетых по-зимнему, он стоял босиком в ветхих соломенных сандалиях. От него исходило тяжёлое амбре.
Чжун Хуэйин не решилась подойти ближе, застыв в метре от него и с удивлением оглядывая актёра. Дело было не в брезгливости – она боялась случайно задеть его и испортить этот пугающе реалистичный костюм бродяги.
Она читала сценарий и знала, что в поздний период жизни Шисаньлан стал скитальцем.
Но этот запах… он казался слишком уж настоящим.
— Учитель Се, неужели ваш костюм настолько проработан? — Вырвалось у неё.
Не только запах, но и кожа на лице казалась грубой, обветренной, а волосы выглядели так, будто их не мыли несколько недель.
Се Мин, обхватив себя руками, спустился к подножию лестницы и вздохнул: — Директор Чжун, честно говоря, я в этом облачении бегал каждый день, чтобы хорошенько пропотеть. Не стирал одежду и не мылся целую неделю. И действительно побродил по улицам несколько дней.
— А? Вот оно что… — Чжун Хуэйин от удивления приоткрыла рот.
Какая самоотдача, неудивительно, что запах такой натуральный.
— Что ж, — выдавила она улыбку, — это определённо добавляет достоверности.
Се Мин кивнул:
— Да, когда сидишь на земле, движения становятся привычными, легче поймать нужное состояние, когда закуриваешь сигарету. Да и реакция других актёров, на которых несет этим духом, получается совершенно искренней.
— Хорошо, продолжайте в том же духе, — поощрила его Чжун Хуэйин.
Её саму только что едва не сшибло с ног этим амбре, но из вежливости она не подала виду.
Она хотела было поднять руку, чтобы ободряюще похлопать его по плечу, но тут же передумала: — Я не буду к вам прикасаться, чтобы случайно не смазать слой пыли.
К ним подошёл помреж и с улыбкой произнёс:
— Учитель Се, вас ищет гримёр.
— Сейчас буду, — Се Мин улыбнулся гостье. — Председатель Чжун, прошу меня извинить.
— Ступайте, работа превыше всего.
Чжун Хуэйин поднялась по внешней лестнице и вошла в гостиную на втором этаже. Поздоровавшись с Чэнь Сяо, она устроилась в углу.
Мимо как раз пробегал скрипт-супервайзер, и она поманила его рукой: — Сяо Лю, какую сцену сейчас готовите?
— Одну минуту, — он подскочил к соседнему столу, выхватил сценарий, быстро перелистнул страницу и протянул ей. — Директор Чжун, вот эта сцена. Почитайте пока, а я побегу готовить хлопушку.
— Иди, иди, — кивнула она, принимая бумаги.
В этом эпизоде описывалось, как Шисаньлан, неспособный примириться с реальностью, постепенно терял рассудок. После освобождения Гуанчжоу Тайши-гун, опасаясь, что бредни Шисаньлана навлекут беду, отослал его в Гонконг.
Там он превратился в нищего: бродил без крова, бормоча под нос бессвязные речи.
В тот день старый друг нашёл его и пригласил к себе в дом, чтобы накормить.
Предстояло снимать момент, где Шисаньлан, не желая оставаться, пускается в бега.
А её любимую сцену отсняли ещё утром.
Пока она вникала в текст, рядом раздался голос помощника режиссёра: — Председатель Чжун, за стеной как раз монтируют этот фрагмент. Мы начнём съёмку через двадцать минут. Не хотите взглянуть?
— У вас такой плотный график? — Она подняла глаза и улыбнулась.
— Привыкаешь, когда работаешь вместе долго. На самом деле всё не так уж страшно. Скоро пойдёт дождь, поэтому с трёх часов дня у актёров выходной. Режиссёр Чэнь вместе с монтажёром и колористом займутся постпродакшном. Сейчас там как раз должны загружать материал в программу.
— Тогда я, пожалуй, посмотрю. — Она вернула сценарий Сяо Лю и направилась в монтажную комнату по соседству.
Поприветствовав присутствующих, она увидела на экране тот самый, свой любимый момент.