Глава 30
Спустя полчаса после начала сеансов пользователи сети, не успевшие попасть в кинотеатры, пребывали в полнейшем замешательстве.
Когда первый крупный блогер опубликовал пост, назвав «Титаник» шедевром, все решили, что ему просто заплатили.
Но когда десятки лидеров мнений заговорили в том же духе, а один из тех, кто прежде громче всех обвинял съёмочную группу в отмывании денег, и вовсе публично извинился, настрой сетевой общественности сменился. Вместо злорадного ожидания провала и брезгливости пришли недоверие, смешанное с любопытством, и крайняя степень недоумения.
Самое странное заключалось в том, что все эти блогеры, выплеснув восторги, тут же исчезали из сети и не отвечали на вопросы!
Никто не понимал, что происходит.
Пока в сети плодились догадки и слухи, толпы людей бросились скупать билеты на завтрашний день – День образования КНР, – решив во что бы то ни стало выяснить правду самостоятельно.
…
В это же время в фойе одного из кинотеатров.
Двое мужчин средних лет, скрыв лица под защитными масками, подошли к контролёру.
— Поверить не могу, — проворчал толстяк, явно недовольный происходящим. — Старина Цай, тебе правда приспичило смотреть это кино? Ну и скука тебя, должно быть, одолела.
Цай Цзи усмехнулся:
— В конце концов, я когда-то был частью этой команды. Решил внести свою лепту в кассовые сборы.
Его спутник лишь хмыкнул.
Как близкий друг Цай Цзи, он прекрасно понимал истинную причину этого визита.
Вчера Капоне, нынешний оператор-постановщик «Титаника», выложил в Weibo пост, где благодарил судьбу за подвернувшуюся возможность, которая «изначально ему не принадлежала». Старина Цай, человек вспыльчивый и гордый, тут же заподозрил, что Капоне над ним глумится. Стерпеть такое он не мог.
Он пришёл сюда с проверкой: хотел найти в фильме операторские огрехи, чтобы нанести ответный удар.
Да уж… странная всё-таки подобралась группа: оба оператора-постановщика, и бывший, и нынешний, славились своим ядовитым характером.
Толстяк, покачав головой и едва сдерживая улыбку, поспешил вслед за Цай Цзи в кинозал.
Едва они переступили порог и прикрыли за собой дверь, как толстяк чуть не врезался в друга.
— Да проходи же ты, старина Цай!
Он с недоумением посмотрел на Цай Цзи, но тот застыл как вкопанный, не отрывая взгляда от экрана.
Толстяк проследил за его взором.
На огромном полотне в лучах заходящего солнца под тягучую, мелодичную музыку двое стояли на самом носу корабля.
Женщина широко раскинула руки.
Мужчина обнимал её сзади за талию. — Хорошо, открывай глаза, — прошептал он.
Девушка распахнула веки и удивлённо, счастливо улыбнулась.
В багряном мареве заката море искрилось миллионами огней, а лёгкий бриз гнал волны, разбивавшиеся о борт лайнера.
— Я лечу, Джек! — Смеясь, воскликнула она.
Камера сменила ракурс на общий план: облака и громада круизного судна были окрашены в чистое золото.
В сочетании с нежной музыкой эта сцена казалась воплощением романтики.
Стоявший в зале толстяк вытаращил глаза.
Он покосился на Цай Цзи и понял: старина Цай уже горько жалеет о своём уходе. Даже непрофессионалу было ясно, а уж знатоку тем более: за камерой в этом фильме стоял настоящий мастер!
Он похлопал друга по плечу:
— Хватит столбом стоять, ищи место, сядем.
Цай Цзи пришёл в себя; на его лице читалось глубокое потрясение.
Сделав пару шагов, он запнулся и чуть не налетел на железную ножку кресла в первом ряду.
Найдя свободное место, он медленно опустился в него, всё ещё не в силах отвести взгляд от происходящего на экране.
Тёплый оранжевый свет сменился холодным синим.
Величественный нос корабля, на котором только что целовались влюблённые, превратился в ржавые обломки.
В кадре появилась пожилая женщина.
Цай Цзи хмурился всё сильнее, а в его душе росло изумление.
(Примечание: оригинальный и бесплатный перевод читайте на LiNovel.ru)
Это же… искусное переплетение временных пластов.
Используя образ носа корабля – то сияющего, то разрушенного, – автор добился невероятно плавного перехода между прошлым и настоящим.
Работа с линзами, контроль света, цветокоррекция, композиция, чувство ритма… всё было на высочайшем уровне!
— Это точно снимал не Капоне! — Пробормотал он.
Неужели…
Цай Цзи приоткрыл рот, сердце его пропустило удар.
Неужели тот пост Лео в Weibo был чистой правдой?!
Главный режиссёр действительно эксперт в операторском деле?!
Но как это возможно? Он же видел этого парня, ему от силы лет двадцать!
Однако, кроме таланта главного режиссёра, другого объяснения не находилось.
Дрожащими руками Цай Цзи вытер пот со лба.
Если бы он тогда не ушёл, то сейчас именно он значился бы оператором этого шедевра…
С такой картинкой он вполне мог претендовать на Премию «Лучший оператор».
Тяжело вздохнув, Цай Цзи продолжал всматриваться в экран. В голове его билась подлая, отчаянная мысль: «Пусть сюжет будет хорош, пусть картинка великолепна, но умоляю – пусть всё остальное, хотя бы актёрская игра, будет ужасным!»
В противном случае фильм станет оглушительным хитом.
И тогда он сойдёт с ума от сожаления…
В десяти километрах оттуда.
В самом роскошном VIP-зале Кинокомпании «Цзяхао» тоже шёл показ «Титаника».
Места в зале занимали тяжеловесы киноиндустрии.
Господин Ван Чжань, прославленный актёр Цзэн Вэй, кинодива Кей Си, исполнившая роль Молли…
Если бы сюда заглянул случайный человек, он был бы крайне удивлён, увидев симпатичного юношу, который сидел в самом центре, окружённый звёздами первой величины.
Чэнь Сяо и правда чувствовал себя немного не в своей тарелке. И виной тому было… огромное ведро попкорна в его руках.
Он наивно полагал, что под «мы» Лео имел в виду их двоих. Они были ровесниками и неплохо ладили, так что перед началом Чэнь Сяо прихватил перекусить.
В итоге, когда он ввалился в зал в обнимку с ведром, знаменитые актёры и сам господин Ван синхронно поднялись, чтобы поприветствовать его.
Чэнь Сяо в душе поминал Лео не самыми добрыми словами. Сидеть в центре с такой бандой в руках было чертовски неловко.
Он порывался уступить почётное место Ван Чжаню.
Однако тот, зная, что директор Ли лично просил парня снять кино, относился к нему теперь не просто как к дарованию, а с глубочайшим почтением.
Ван Чжань настоял, чтобы Чэнь Сяо сидел в центре.
Что ж, от столь настойчивого приглашения отказаться было трудно.
Так что Чэнь Сяо пришлось остаться среди знаменитостей и тихонько уминать свой попкорн.
Со стороны казалось, что только он, видевший этот фильм бесчисленное количество раз, по-настоящему пришёл просто посмотреть кино.
Глядя на сцену, где Джек и Роза «летели» на носу лайнера, маститые коллеги оборачивались к Лео и восхищённо шептали: — Лео, какой прогресс! Так блестяще отыграть столь светлую роль… тебя ждёт великое будущее.
— Твоя микромимика уже лучше, чем у иных ветеранов сцены. Продолжай в том же духе, и Премия «Лучший актёр» рано или поздно будет твоей.
— Мне уже тридцать, а я всё ещё не дотягиваю до твоего уровня!
Лео, чуть смутившись, улыбнулся и почесал затылок, после чего перевёл взгляд на Чэнь Сяо.
— Это всё благодаря брату Чэню, — сказал он. — Поначалу я хотел играть более экспрессивно, но он вовремя указал мне, что я пытаюсь идти по лёгкому пути. Он лично разбирал со мной каждую сцену и наставлял во время съёмок. Без него я бы никогда не добился такого результата.
Присутствующие посмотрели на Чэнь Сяо с нескрываемым уважением.
Тот лишь кивнул и сдержанно улыбнулся:
— Лео слишком скромничает.
Все вежливо закивали в ответ и снова уставились на экран.
Как люди, съевшие собаку на съёмочных площадках, они прекрасно понимали: Лео не скромничает, он говорит чистую правду.
Их главный режиссёр Чэнь Сяо – настоящий монстр своего дела!