Глава 298: «Сяодао, я просто пью послеобеденный чай, не пойми меня неправильно»
Ей тоже хотелось стать волшебницей, совсем как Гарри Поттер.
Если быть точнее – волшебницей, у которой есть собственная маленькая сокровищница и аура главного героя.
Внезапно пришла мысль, что романы способны восполнить то, чего людям так не хватает в реальности.
Ее четыре года в колледже оказались совсем не такими, какими она их воображала до поступления. Все было обыденно, и на нее почти никто не обращал внимания.
Разве что когда преподаватель выкрикивал ее имя по списку.
Ее никогда не выбирали всем сердцем, никто не любил ее без оглядки, и у нее не было друзей, готовых пойти ради нее в огонь и в воду.
Единственное, чем можно было похвастаться, – это фото с режиссером мирового уровня. Жаль только, что саму ее никто не знал.
Несколько дней назад, когда она проходила стажировку, она проснулась утром с тяжелой головой. По привычке натянула вязаную юбку в женственном стиле, легинсы и… ярко-зеленые носки с обезьянами, и в таком виде отправилась в компанию.
Это было настолько нелепо, но никто даже слова не сказал. То ли все вокруг были слишком тактичными, то ли ее «присутствие» в этом мире было настолько призрачным.
Она до безумия завидовала Гарри. Ей тоже хотелось им стать.
При этой мысли Цю Синьюй подперла щеки руками, на ее лице промелькнула беспомощная улыбка, и она продолжила листать страницы.
Как она и ожидала, школьная жизнь Гарри началась под пристальным вниманием каждого встречного.
Еще до того, как он переступил порог школы, в поезде на него сбегались посмотреть зеваки. В конце концов, история его жизни и испытаний разнеслась по всему волшебному миру еще когда он был младенцем.
Гарри быстро обзавелся друзьями – Роном и Гермионой.
Эту троицу определили на факультет Гриффиндор, и они официально начали свой путь, полный учебы, приключений и потери баллов для своего факультета.
Цю Синьюй полностью погрузилась в мир Гарри Поттера, вместе с ним посещая уроки зельеварения, травологии, полетов и трансфигурации. Подгоняемая любопытством к его судьбе, подозрениями насчет странного поведения профессора Снейпа и азартом к победе в квиддиче, она быстро читала дальше.
В комнате общежития стояла тишина, прерываемая лишь шелестом страниц и ее редким восторженным смехом.
Два часа пролетели незаметно.
В тот момент, когда она читала, как Гарри уверенно и гибко лавирует в воздухе на уроке полетов без всякого учителя, слыша крики девочек и восхищенные возгласы друзей внизу, дверь в комнату распахнулась.
Обернувшись, она увидела соседку, которая ходила в библиотеку править курсовую.
— Синьюй, ты чего такая красная? — Удивленно спросила та.
Цю Синьюй прижала ладони к щекам и неловко улыбнулась: — Да что-то жарковато.
Соседка опешила и, указав на радиатор, возразила:
— С этими нашими вечно дохлыми обогревателями? И тебе жарко?
— Э-э, ну, я просто оделась слишком тепло.
Соседка бросила рюкзак и, облокотившись на стол, спросила: — Уже почти двенадцать, обедать пойдешь?
Цю Синьюй развернулась к ней и умоляюще сложила ладони: — Можешь прихватить мне что-нибудь? Я хочу дочитать…
Она кашлянула и добавила:
— Нужно продолжать битву!
— Давай карту, — охотно согласилась соседка. — Что брать?
— Как обычно. Люблю тебя!
Соседка забрала карту, показала жест «ОК» и вышла. Но перед тем как закрыть дверь, она снова заглянула внутрь: — Слушай, а «Восточные медиа» разве не просили фанатов Даогэ вести себя потише? Ты что-то слишком вошла в раж в этой битве. Не стоит так много ругаться, а? Может, остынешь?
— Да с моим-то воспитанием – и ругаться?
— Ой, да ладно! — Соседка пренебрежительно фыркнула. — А кто в прошлый раз так костерил хейтеров, что те рыдали и о пощаде просили? — С этими словами она вышла и закрыла за собой дверь.
В комнате Цю Синьюй облегченно выдохнула.
Она перевела взгляд на лежащую перед ней книгу «Гарри Поттер и философский камень».
А ведь она чертовски хороша.
Но как же ее «испытание» и ее битва в сети?
Да ладно, подождет еще пару часов.
Решив так, она снова склонилась над столом и с азартом погрузилась в чтение.
После обеда соседка легла вздремнуть, а она всё читала.
Половина третьего дня.
Цю Синьюй уже добралась до последней главы.
Гарри и его друзья уверены, что профессор Снейп, который их невзлюбил, спелся с Волан-де-Мортом, чтобы украсть Философский камень, дарующий бессмертие.
Ситуация критическая, и троица решает рискнуть жизнью, чтобы остановить злодея.
Пройдя через испытания трехголовым псом, дьявольскими силками, летающими ключами, магическими шахматами и разгадав загадку с зельями, Гарри наконец вбегает в последнюю комнату.
Однако там он видит вовсе не профессора Снейпа, а совсем другого человека – профессора Квиррелла.
Цю Синьюй замерла в оцепенении.
Вся цепочка событий до этого указывала на Снейпа, да и выводы Гарри о Философском камне были верны.
И вдруг в самом финале враг меняется.
Это что, ради неожиданного поворота автора заставили сменить злодея?
Цю Синьюй недовольно надула губы.
«Эй, постой, это же отличный повод для критики!»
При этой мысли ей стало и радостно, и немного грустно одновременно.
Раз книга дает такую осечку, не вини ее за беспощадность.
Цю Синьюй продолжила читать, но последующий текст внезапно связал все нити воедино. Точнее, это не было просто логическим завершением – это был взгляд на всё под другим углом.
Словно плод карамболы: с одной стороны – звезда, а с другой – обычный овал.
Все улики вели к одному подозреваемому.
Но когда в итоге выяснилось, что истинный преступник – другой, она осознала: те самые «неоспоримые» улики допускали и иное толкование.
Какой сильный автор…
Нож… то есть Рид… нет, Сяодао… Ай, ладно, не хочу я его «резать».
Пусть пока живет.
Цю Синьюй читала дальше.
Когда тайна раскрылась, Гарри оказался на грани жизни и смерти.
Как-никак, он проучился всего один семестр, куда ему тягаться с профессором?
В критический момент неведомая сила превратила его ладони в беспощадное оружие, способное обжечь Квиррелла. Гарри мертвой хваткой вцепился в лицо врага.
Но из-за разницы в физической силе Квиррелл все же отшвырнул его.
Гарри провалился в беспамятство. А когда очнулся, то обнаружил себя в больничном крыле.
Оказалось, директор прибыл как раз вовремя.
Но история на этом не закончилась. Разговор между ними породил еще больше вопросов.
Почему Волан-де-Морт хотел убить Гарри?
Что связывало профессора Снейпа и родителей Гарри?
Цю Синьюй коснулась оставшихся тонких страниц и почувствовала, как по телу разливается онемение.
«Серьезно? У этой книги нет финала?!»
Проклятье!
Убить его мало.
«Убить…», – у Цю Синьюй в голове будто что-то щелкнуло.
Зачем она вообще взялась за книгу?
Кажется, чтобы разнести этот роман в пух и прах.
Но сейчас, если не считать того, что у истории явно намечается продолжение, критиковать было абсолютно не за что.
Цю Синьюй украдкой взглянула на свою фотографию с Чэнь Сяо. В душе она тяжело вздохнула: «Сяодао, ну и натворил же ты дел, а?»
Думал, будешь безнаказанно разбивать нам сердца, а теперь у тебя появился достойный соперник.
Ох уж эти чертовы маркетинговые аккаунты.
Если бы они не втянули ее в это, она бы никогда не стала противопоставлять «Гарри Поттера» творчеству Сяодао и делать такие нелепые заявления.
Теперь ей было даже как-то неловко читать «Гарри Поттера» прямо перед портретом Сяодао.
Она вздохнула и потянулась к фоторамке.
«Сяодао, я просто перекушу и скоро вернусь, не пойми меня неправильно».
И в этот самый момент.
За ее спиной соседка с противоположной кровати отдернула шторку и зевнула: — Ох, как я устала, завтра еще на стажировку, просто смерть…
На полуслове соседка осеклась.
Она увидела, что Цю Синьюй зачем-то развернула рамку с фото Чэнь Сяо… прямо к монитору?!