Глава 273: «Учитель Сюй, обязательно посмотрите это сегодня, желательно – перед сном!»
После премьеры они втроем вместе с толпой зрителей вышли из кинотеатра, дошли до парковки и сели в черный автомобиль.
Как только двери закрылись, Сюй Бинь стянул маску и, разочарованно откинувшись на спинку сиденья, проворчал: — Я-то рассчитывал увидеть, как люди рыдают в голос, а они чего такие спокойные?
Фан Жун зевнул.
— Полагаю, там много старых зрителей. Они привыкли к твоим «ножам» в сердце, так что нарастили крепкую броню.
— Хочу почитать, что пишут.
С этими словами Сюй Бинь достал мобильный телефон и зашел в соцсети.
Немного поколебавшись, он открыл страницу Чэнь Сяо в Weibo.
Если бы он увидел, как отчаявшиеся зрители образно пинают босса, он был бы счастлив вдвойне!
Сюй Бинь кликнул на раздел комментариев под последним постом Чэнь Сяо, и, конечно же, там уже вовсю обсуждали фильм.
— Брат, почему ваша съемочная группа вырывает слова из контекста? «Жить»? Да это должно называться «Не жить». Смайлик_улыбка.JPG.
— Мои Фэнся и Юцин… Почему книга выходит только послезавтра? Я больше не вынесу, неужели нельзя было начать продажи сегодня?
— Брат Дао, ты что, был несчастлив в прошлом году? За что ты так со мной? Это же мой первый день зимних каникул! Рыдаю навзрыд.
— Я еще не смотрел, неужели там всё так остро? После ваших слов я уже боюсь идти.
— Как бы это сказать? Сюжет и правда бьет по больному, я прочувствовал и боль разлуки, и горечь эпохи, но в то же время в нем есть капля тепла.
— Не бойтесь, смотреть можно. Сначала было не по себе, но через некоторое время на душе стало теплее.
— У меня тоже возникло чувство, будто во мне пробудилось что-то человеческое.
— Когда я вышел из кинотеатра, мне показалось, что солнце греет как-то по-особенному. Кто расстегнул мой мешок для трупов?
— А? А мне вот после этого «супер-ножа» очень паршиво.
— Знаете, в каком-то смысле я даже завидую Фугою. Почти все люди вокруг него – добрые, простые и искренние. У него мудрые родители, любящая жена, послушные дети и преданный зять. Он любит свою семью, и семья любит его. И пусть некоторые ушли в иной мир, эта любовь останется с ним навсегда.
— Да-да! В этом вся суть. Хоть автор и «зарезал» нас сюжетом, за эти два часа я почувствовал тепло, исходящее от связи между людьми.
— Даже на поле боя у него было то, ради чего стоило жить.
— Не врите мне!
— Честное слово, не вру. После «Прощай, моя наложница» я несколько дней ходил сам не свой, и весь мир казался серым. Но после этого фильма чувствуешь, что жизнь прекрасна, и нужно ценить настоящее.
Сюй Бинь нахмурился.
Почему эти люди такие серьезные?
— Что ты там высматриваешь? — Раздался сзади голос Фан Жуна.
Сюй Бинь повернулся и протянул телефон, показывая экран.
Фан Жун мельком глянул и сказал:
— О, если хочешь увидеть, как босса ругают, тебе нужно идти в горячие запросы. А под его постами обычно пишут преданные фанаты.
Сюй Бинь внезапно прозрел и уже собирался похвалить Фан Жуна за сообразительность, как вдруг вспомнил, что Чэнь Сяо сидит рядом.
Он тут же сменил тон и пафосно произнес:
— Режиссёр Фан, как вы могли такое подумать? Как вам не стыдно? Вы… вы просто невозможный человек! Я в вас разочарован.
Фан Жун только и смог выдать:…??
В этот момент на телефоне Сюй Биня всплыло уведомление.
Он посмотрел на экран: пришло два сообщения от «Восточных медиа»…
«17-го числа в 8:00 утра подлинное издание книги „Жить“ поступит в продажу во всех официальных онлайн-магазинах и некоторых книжных лавках, открывая вам иную сторону жизни Фугоя».
«18-го числа в 20:00 состоится интервью с основной творческой группой, ждем вас там!»
Сюй Бинь обернулся и спросил:
— Иная сторона жизни Фугоя… режиссёр Чэнь, что это значит?
Чэнь Сяо кашлянул и посмотрел в окно.
— В истории больше деталей, и потом… в книге его семья еще вырастила корову.
Чэнь Сяо умолчал о второй части фразы – о том, что в итоге остались только Фугой и эта самая корова.
Но Сюй Бинь, не зная подвоха, серьезно закивал.
У Фугоя была реплика о том, как цыплята вырастают в гусей, гуси – в овец, а овцы – в коров. В конце фильма остается только коробка с цыплятами, а в книге, выходит, появляется и корова.
Похоже, книжный финал будет посветлее.
Неудивительно, что Чэнь Сяо не давал ему читать сценарий раньше – разные концовки могли повлиять на его понимание персонажа.
Только он об этом подумал, как услышал вопрос Чэнь Сяо:
— Хочешь почитать? Я пришлю тебе экземпляр чуть позже.
— Хорошо.
— Доставка по городу, так что к вечеру привезут. Ты свободен сегодня? Книгу можно проглотить за два-три часа перед сном. Советую тебе вникнуть поглубже, я могу спросить об этом на интервью восемнадцатого числа.
Сюй Бинь, не почуяв подвоха, охотно согласился:
— У меня сегодня званый ужин. Почитаю, когда вернусь.
Как раз перед сном – самое то.
…
Вернувшись домой, Чэнь Сяо взял книгу и отправил её курьером.
Когда он зашел в гостиную, телефон пискнул уведомлением.
Чи Юй прислал ссылку, сообщив, что один блогер-пятимиллионник из раздела кино и телевидения задает в комментариях определенный настрой, и спросил, нужно ли давать разъяснения.
Чэнь Сяо сел на диван, слегка нахмурившись.
Настрой?
Обычно такими вещами занимается отдел маркетинга, до него подобные вопросы доходят редко.
С серьезным видом он кликнул по ссылке, мельком глянул на содержание и вдруг невольно усмехнулся.
Неизвестно, кто первый пустил этот слух, но блогер его подхватил, и всё это начало выглядеть чертовски правдоподобно.
Блогер под псевдонимом братец Моюй сделал репост новости «Восточных медиа» о публикации книги и написал: «Сегодня Моюй ходил на „Жить“. Исторический фон проработан великолепно, эмоции настоящие и трогательные. Настоятельно рекомендую!»
«Выходя из зала, я слышал, как все вздыхали о том, какой Фугой несчастный».
«Однако Моюй считает, что, если смотреть с его субъективной точки зрения, его жизнь наполнена любовью, и он очень счастлив».
«В анонсе „Восточных медиа“ сказано, что роман представит иную жизнь Фугоя».
«Моюй рискнет предположить: возможно, повествование в книге пойдет от первого лица. Мы увидим всё глазами самого Фугоя, узнаем больше деталей и проживем его жизнь вместе с ним. Со стороны его судьба кажется трагичной, но для него самого в ней было немало моментов счастья».
«Если Моюй прав, ставьте лайк и подписывайтесь!»
Чэнь Сяо потер подбородок.
В чем-то он прав, так это и можно истолковать.
Вот только его слова направили общественное мнение в весьма специфическое русло.
Заглянув в комментарии, он увидел именно то, что и ожидал…
— Пёс Чэнь в этом году на удивление мил.
— Это точно, я обревелась вся. Он даже книгу написал, чтобы нас утешить.
— Логично! Взгляд со стороны фиксирует разлуку, а первое лицо дает почувствовать духовную связь.
— Послезавтра в Бинчэне обещают снег, как раз книга меня согреет, хе-хе.
Чэнь Сяо почесал лоб.
Чи Юй снова спросил, что делать.
А что тут делать? Блогер настроен дружелюбно, похоже, он из фанатов, и ничего крамольного не написал.
Тогда… стоит поставить ему лайк!
Чэнь Сяо пролистал пост вниз и нажал на значок «большой палец вверх».
Хе-хе, еще один день активного взаимодействия с фанатами. Чудесно!
Поклонники ведь будут рады это увидеть, верно?
…
В ту же ночь, в 23:45, в спальне небольшой виллы в столице.
На прикроватной тумбочке высилась небольшая кучка использованных бумажных салфеток.
Сюй Бинь отложил книгу, тяжело вздохнул, взял еще один листок и звучно высморкался.
Откинув одеяло, он нащупал на тумбочке зажигалку и пачку сигарет, вышел на балкон и в тишине закурил.
Сегодня ему явно не уснуть…
Пёс Чэнь.
Теперь понятно, почему он запрещал ему читать это во время съемок.
Фугой из книги и Фугой из фильма – это два довольно разных характера.
В романе Фугой-молодой господин был куда более распутным и в нем было меньше человеческого. А в зрелом возрасте отпечаток эпохи в его сознании ощущался гораздо тяжелее.
С точки зрения художественной ценности, книжный образ лучше вписывается в исторический контекст и пробирает до глубины души.
Но если говорить о симпатии, то как муж и отец он вызывает куда меньше сочувствия, чем киноверсия Фугоя.
Можно сказать, это два разных человека.
Беда в том, что Сюй Бинь последние месяцы провел на съемочной площадке, а сегодня еще и посмотрел фильм.
И когда он читал книгу, он невольно подставлял туда собственное лицо!
Так что теперь он боялся даже зайти в ванную и взглянуть в зеркало – опасался, что не сдержится и влепит самому себе пощечину.
Сюй Бинь глубоко затянулся и выпустил длинную струю дыма.
Пёс Чэнь… Он ведь специально велел ему прочитать это перед сном.
Стоит закрыть глаза, как перед ним проносится эта невыносимо горькая жизнь. Ну и как теперь спать?
Бесстыдник! Он просто не человек.
Так и подмывает написать пост и обложить его матом! Как же быть?