Глава 264: «Если случайно выроешь ему яму, он загонит туда прессу, а после прихлопнет сверху»
Чэнь Сяо отложил микрофон, и в зале воцарилась тишина.
Лишь немногие репортеры – из тех, кто обычно придерживается духа прагматизма и поиска истины – выпрямились и посмотрели на Чэнь Сяо с нескрываемым восхищением.
Но большинство либо едва заметно прикрыли глаза, выдавливая натянутые улыбки, либо уткнулись в разложенные на столах материалы и мобильные телефоны. Они старались лишний раз не вздыхать, боясь привлечь к себе его внимание.
В конце концов, на сцене стоял не какой-то заурядный режиссёр.
У него был и статус в индустрии, и соответствующий бэкграунд. К тому же в первой половине года он выпустил фильм, который буквально размазал прессу по стенке.
Более того – сейчас шёл прямой эфир.
Судя по его настрою, он вполне мог навести справки о каждом из присутствующих заранее.
Стоит ему начать ворошить старое и ткнуть пальцем в конкретное издание – и этому СМИ несдобровать.
Присутствующие украдкой поглядывали на молодого человека, который только что задал вопрос, и в душе оплакивали его. — Зачем ты вообще вылез перед ним? — Читалось в их глазах.
Сам же интервьюер готов был разрыдаться.
Он вовсе не собирался расставлять ловушки для Чэнь Сяо – просто сработала профессиональная привычка, вопрос вылетел подсознательно.
Он даже не заметил, как в своей формулировке подменил понятия.
Черт бы побрал эту привычку, она его и погубила.
Как говорится, часто ходишь по берегу – ноги не замочить не получится.
В зале висела мертвая тишина, но в чате трансляции творилось нечто невообразимое.
— Красавец, отлично осадил!
— Всё, я его фанат! — Брат Дао никого не ругал, он просто разложил всё по фактам.
— Боже, у меня прямо грудь освободилась, так легко стало.
— Давно хотел высказаться на эту тему, но моё мнение никому не интересно. Наконец-то публичный человек озвучил это вслух.
— Некоторым СМИ вообще нельзя называться прессой. Режиссёр Чэнь прав: образование дано им, чтобы они могли ясно выражать мысли, а не для того, чтобы извращать факты!
— Чэнь Сяо такой смелый? Я подписываюсь.
— Здорово приложил. Меня тошнит от некоторых рекламных аккаунтов. Они что, за собаку меня держат?
Пока пользователи сети делились ссылками, число зрителей в прямом эфире стремительно росло.
Даже те, кто обычно за ним не следил, поспешили зайти на стрим.
Тем временем в зале прессу бросало в холодный пот.
Репортер Не, сидевший у окна, плотно сжал губы.
Теперь он наконец понял, почему у старшего коллеги по соседству только что было такое серьёзное лицо.
Тут не то что говорить – дышать было страшно.
Обычно публичные фигуры боятся прессы.
Перед вспышками камер и под пристальными взглядами публики обычные люди легко теряются и попадают в расставленные ловушки.
Но с момента выхода «Шоу Трумана» каждый раз, когда Чэнь Сяо давал интервью, нервничать приходилось именно журналистам.
И сейчас это был уже не просто мандраж, а настоящий страх.
Ведь если ты случайно выроешь ему яму, он сам может столкнуть тебя в эту яму и еще пару раз прихлопнуть сверху лопатой.
Он уже и так сидел тише воды, ниже травы, только бы его пронесло…
В этой напряженной и слегка гнетущей атмосфере интервью продолжалось.
Правда, на этот раз, когда Чи Юй по протоколу предложил задать следующий вопрос, количество поднятых рук в зале резко сократилось.
Теперь руку тянули лишь процентов двадцать от тех, кто рвался в бой вначале.
Был выбран журналист, среагировавший быстрее всех. Он встал и спросил: — Здравствуйте, режиссёр Чэнь, я корреспондент Huaxia Entertainment. Не могли бы вы рассказать, что послужило поводом или какова была цель запуска проекта «Холодное сердце»?
Чэнь Сяо кивнул.
Цель – заработать денег.
Но нельзя же говорить об этом так прямо.
Чэнь Сяо поднес микрофон к губам:
— С точки зрения рынка, зрителей, которым интересны подавленные, покорные и слабые героини, становится всё меньше. При этом ниша сильных женских персонажей всё ещё относительно пуста, поэтому мы создали эту работу, чтобы удовлетворить потребности аудитории.
Репортер усмехнулся:
— Режиссёр Чэнь действительно прямолинеен и ничего ни от кого не скрывает.
— Всё в порядке, — улыбнулся Чэнь Сяо. — Я и сам надеюсь, что хороших работ в этом жанре станет больше.
Скрывать тут было нечего.
Кто в индустрии не знает о пустующих нишах?
Но знать – это одно, а уметь написать сценарий и снять – совсем другое.
Даже если коллеги начнут снимать нечто подобное, это не имело значения.
Тот, кто заходит на пустой рынок первым, забирает основной куш, а те, кто приходят следом, лишь доедают остатки.
К тому же на рынке оставалось еще много незанятых тем: боевые искусства, военная драма, саспенс. Он планировал немного замедлить темп съемок в будущем, так что не было нужды зацикливаться на одном жанре.
Кто сможет это снять – пусть снимает.
…
В элитном жилом комплексе столицы в одном из кабинетов горел свет.
На стене висело семейное фото на четверых и почетные грамоты.
Рядом, в изящной рамке, стояла фотография молодого человека, который ни капли не походил на членов этой семьи.
Женщина лет пятидесяти наклеила на рамку стикер в виде смайлика и удовлетворенно улыбнулась: — Чем больше я смотрю на этого парня, тем больше он мне нравится.
Еще два года назад она и министр У считали, что Чэнь Сяо и его компания будто одержимы.
Они вечно сталкивались, когда дело доходило до фото.
Но после смены курса они поняли, что этот парень – настоящий бог богатства.
Если вовремя поймать волну, то даже «доедание остатков» принесет целое состояние.
Позади неё министр У, не отрываясь от компьютера, сжимал в руке ручку: — Жена, иди к себе, я думаю.
Супруга прищурилась.
Вообще-то это старина У позвал её сюда «поесть арбуза» и обсудить сплетни.
Можно подумать, она сама мечтала тут торчать и мешать его работе.
Но, видя, как серьезно муж делает пометки, она не стала спорить и вышла из кабинета.
Министр У остался сидеть с крайне суровым видом.
Вице-президент компании, отвечающий за производство, уходит на пенсию в следующем году.
Если он сможет выдать ещё несколько хитов, возможно, это кресло достанется ему!
При этой мысли министр У глубоко вздохнул и посмотрел на фото на стене.
— Брат, ты уж постарайся, работай над новыми проектами, не отдыхай, — прошептал он. — Я рассчитываю на то, что смогу у тебя списать!
…
Интервью продолжалось.
К этому моменту не только репортеры в зале, но и зрители всё уяснили.
С начальством и лидерами нужно вести себя так: давать им право выбора из нескольких вариантов, предлагать планы на утверждение.
Но с Чэнь Сяо – только прямые вопросы и ответы, никаких «выборов без выбора». Иначе он приложит тебя лопатой так, что в глазах потемнеет.
— Режиссёр Чэнь, со вчерашнего дня и по сей день горячий запрос «сопереживание Эльзе» не сходит с первых строчек. Это тронуло не только девушек, но и парней. Что вы об этом думаете?
Чэнь Сяо улыбнулся.
Что он думает?
Главное его опасение заключалось в том, что люди будут не только сопереживать, но и действовать.
В ближайшее время наверняка появятся нелепые косплеи, вычурные версии, смешные пародии на Эльзу и выступления с искусственным снегом из баллончиков.
Эх…
Но об этом лучше не упоминать, иначе сегодня всё внимание переключится не на то.
— То, что все сопереживают Эльзе – это нормально, — начал он.
— …В сети пишут, что Эльза невероятно надломленная, красивая, сильная и несчастная. Так и есть.
— …На начальном этапе она подавляет себя. Она скована своим положением, подавляет свои мысли и порывы, прячет личность, желания и эмоции, ведет себя с окружающими холодно.
— …Но на самом деле она человек, который жаждет любви. Снеговик, которого она создала, любит лето и объятия.
— …В реальности большинство людей живут так же. Ради статуса или чтобы вписаться в коллектив, они душат свою индивидуальность. Но в глубине души мы все надеемся проявить своё истинное «я».
— …В середине истории Эльза разрывает оковы, забирает контроль над своей жизнью у внешних обстоятельств и становится собственной хозяйкой. А в финале она примиряется с магией внутри себя и открыто выходит на свет.
— …Это именно то, к чему мы все стремимся.
— …Я как-то читал одну историю. Человек, глядя на вещи, постоянно придумывал бесчисленные мотивы для преступлений. Он ужасно мучился и боялся, что станет преступником. И что же он сделал в итоге?
— …Он стал полицейским.
— …В целом, этот фильм призывает каждого почувствовать и высвободить собственную силу, а также побуждает принять своё несовершенство или свои отличия от большинства.
С этими словами Чэнь Сяо отложил микрофон.