Глава 246
Закончив наставлять Чжун Яовэня, Чэнь Сяо покинул актёрскую комнату отдыха и направился наверх.
Оказавшись на лестничном пролёте, он бросил мимолётный взгляд на дверь внизу, а затем посмотрел в сторону второго этажа. С чего это вдруг ему сегодня приходится работать штатным психологом?
Впрочем… это закономерно. Теперь он не просто режиссёр, он – босс. Говорят, боссы делятся на пять уровней. Первые три можно смело пропустить. Четвёртый – это тот, кто умеет привлекать таланты, честно делить прибыль и уважать рядовых сотрудников. А пятый уровень – это созидание других. Такой босс раскрывает потенциал каждого работника, взращивает сильных личностей и спокойно уходит в тень. Именно к этому пятому уровню Чэнь Сяо сейчас и стремился.
Достигнув этой ступени, можно будет со спокойной душой уйти на покой пораньше. С этими мыслями он поднялся на второй этаж.
Дверь в верхнюю комнату отдыха была приоткрыта. Чэнь Сяо дважды постучал и вошёл. Чи Юй стоял у входа: в одной руке он держал электрический чайник, осторожно подливая кипяток в заварочный чайник. На диване в центре комнаты сидел Фан Жун; услышав шаги, он повернул голову и выпрямился.
— О, режиссёр Чэнь! — Воскликнул он. — А я думал, вы сегодня не заглянете. Присаживайтесь, у нас ещё десять минут перерыва, можно немного передохнуть.
Заметив его бледность, Чэнь Сяо слегка встревожился и опустился на диван напротив.
— Режиссёр Фан, прошу вас, не гоните коней. С «Легендой о Чжэнь Хуань» спешить некуда. Если в жизни возникли какие-то трудности – мы ведь давно знакомы, – говорите прямо.
Фан Жун с улыбкой махнул рукой:
— Да нет же. Просто… — Он на мгновение замолчал и неловко усмехнулся. — Скажу без обиняков: я очень хочу закончить постпродакшн до Чуньцзе. Чтобы в следующем году успеть к вашему новому фильму.
— На съёмочной площадке в последние дни что-то случилось? — Прямо спросил Чэнь Сяо.
Фан Жун поджал губы. Чэнь Сяо попал в точку: проблемы действительно были. Последние пару лет он не выступал в роли главного режиссёра, и весь груз ответственности обходил его стороной. К тому же первые три проекта были под крылом Министерства культуры, а в четвёртом, помимо Чэнь Сяо, работал ещё и Шазелл. Нагрузка тогда была пустяковой.
Но теперь, став во главе процесса, он столкнулся с тем, что человеческие отношения обрушились на него подобно свирепому зверю или вышедшей из берегов реке. Это было куда жёстче, чем раньше. Тот, кто решит окунуться в пучину киноиндустрии, неизбежно получит раны. Он хотел лишь одного – делать качественный продукт, но вместо этого приходилось возиться с интересами капитала. Усталость… безмерная усталость. Порой хотелось просто уснуть, словно зарыться в могильную тишину.
— Если честно, я просто мечтаю взять ещё пару наград, — признался Фан Жун полушутя, хотя в глазах читалась горькая правда. — А сейчас я – лишь игрушка в руках инвесторов: слабый, жалкий и беспомощный.
Чэнь Сяо стало не по себе от этого признания.
— После того как закончим «Легенду о Чжэнь Хуань», станет легче. Не волнуйтесь, работайте в своём темпе. После съёмок фильма «Жить» я тоже планирую взять перерыв.
— Отдых? — Изумился Фан Жун. — Да сколько вам лет? Не рановато ли впадать в праздность?
— Ну, разве не вы говорили? Если предаваться удовольствиям в молодости, то к старости обнаружишь, что жалеть тебе, в общем-то, не о чем.
Фан Жун лишь безмолвно покачал головой.
— Это будет всего лишь несколько месяцев, — продолжил Чэнь Сяо. — Хочу попутешествовать, поискать вдохновение, может, присмотрюсь к отделу развлекательных шоу. В любом случае к маю или июню я вернусь в строй.
На самом же деле ему нужно было время, чтобы «Гарри Поттер» успел обрасти армией фанатов перед экранизацией. Конечно, он мог бы снять ещё одну картину в промежутке, но лень брала своё. Куда приятнее было просто отдыхать, делая вид, что пишешь сценарий. В последнее время ему часто доводилось видеть места, максимально далёкие от реальности и земной суеты, и теперь ему хотелось расширить горизонты.
Истинная причина босса для отпуска: мир так велик, а я его ещё не видел!
— Значит, в следующем году вы снимете только один фильм? — Уточнил Фан Жун.
— Да, всего один.
— Эх, на пенсию он собрался в таком-то возрасте… А вообще – это правильно. Будь я на вашем месте, я бы, наверное, года на два-три укатил путешествовать.
Фан Жун смотрел на Чэнь Сяо с неприкрытым восхищением и завистью. Поймав этот взгляд, Чэнь Сяо сверился с часами.
— Вы ведь занятой человек. Говорите прямо, у нас осталось пять минут.
Фан Жун отбросил шутливый тон, и его лицо стало серьёзным.
— Да, я просил вас зайти именно поэтому. У меня действительно есть дело. Племянник господина Лю из «Лэчжун Энтертейнмент» метит на роль. Скажу как есть: парень проблемный. Ради качества сериала я бы его и близко не подпускал, но я в долгу перед одним человеком, и мне неудобно отказывать самому.
— Снова этот «Лэчжун»? — Поморщился Чэнь Сяо.
— Почти все акции этой компании в руках одной семьи, и куча их родственников и друзей ломанулась в индустрию развлечений.
— Вот оно что… Ладно, посмотрим на него позже.
***
Внизу располагались пятнадцать актёрских комнат отдыха. Десять из них, те, что ближе к выходу, использовались для ожидания. Актёры лихорадочно просматривали сценарии, репетируя вместе со своими агентами или коллегами. Однако в самой восточной комнате царила иная атмосфера.
Там актёр лет тридцати вальяжно развалился на центральном диване, закинув ногу на ногу. Потягивая кофе, он не умолкая разглагольствовал, окружённый стайкой молодёжи. Несколько юных дарований восторженно поддакивали:
— Учитель Цинь Тао, вы совершенно правы! Я смотрел ваш «Линьюньчжи», нам есть чему у вас поучиться.
— Вы мой кумир! Всего в тридцать лет – и уже столько наград!
Цинь Тао благосклонно кивал, одаривая их улыбкой:
— Ну что вы, пустяки.
В этот момент к одному из молодых людей подошёл агент. Вежливо отодвинув подопечного, он с поклоном обратился к звезде:
— Учитель Цинь, мы не помешали вам читать сценарий? Вы следующий по очереди.
Остальные тут же подхватили:
— Если господин Цинь не побрезгует, я могу подыграть вам в репетиции!
Цинь Тао усмехнулся:
— Всё в порядке, я готов. Моя уверенность непоколебима. Пусть смотрят. Что мне этот Чэнь Сяо?
Он собирался войти и с порога заявить, что его прислал дядя, дабы сразу обозначить статус и напомнить Фан Жуну о договорённостях. Но он понимал, что перепрыгнуть через голову Чэнь Сяо и говорить только с режиссёром Фан Жуном не получится. Сначала нужно было соблюсти формальности с Чэнь Сяо.
Поколебавшись мгновение, он всё же вошёл и поприветствовал их привычным тоном:
— Здравствуйте, режиссёры. Я – Цинь Тао.