Глава 19
Он вздохнул и поднялся на ноги.
— Пойду разыщу Силин. Старина Фан, придержи музыку в секрете.
— Обижаешь, всё будет в лучшем виде. Найди как-нибудь возможность познакомить меня со своим режиссёром! — Крикнул Фан Вэнь вслед уходящему Цзэн Вэю.
Тот лишь неопределённо махнул рукой, показывая, что всё понял, и скрылся за дверью.
Раздался резкий хлопок закрывшейся двери.
Фан Вэнь перетянул ползунок проигрывателя в самое начало и снова переключил звук на наушники.
Жаль, что пока нет вокала. Как же хочется послушать полную версию!
При этой мысли Фан Вэнь вдруг поймал себя на том, что ждёт этот рекламный ролик с нетерпением. Старина Цзэн уже не раз твердил ему, что фильм получается великолепным, но эти рекомендации не шли ни в какое сравнение с тем предвкушением, которое подарила музыка.
Когда реклама выйдет в свет, он первым же делом посмотрит её, чтобы прочувствовать саундтрек в действии!
Фан Вэнь снова надел наушники, закрыл глаза и отдался во власть мелодии, в которой пока не было ни единого слова.
…
Три дня спустя в студии звукозаписи на базе постпродакшена тридцатилетняя примадонна Селин стояла перед микрофоном и пела, вкладывая в каждое слово всю душу:
— Near, far, wherever you are, I believe that the heart does go on…
Голос её летел, неся в себе простое и вечное: неважно, как далеко или близко мы друг от друга, моё сердце всегда будет с тобой.
…
По другую сторону смотрового окна, за пультом управления, сидел Чэнь Сяо, сосредоточенно вслушиваясь в звук в наушниках.
Учитель Си безупречно владела своим голосом: от низких, тягучих переливов до пронзительно высоких нот – всё было выверено до мелочей. И всё же эмоций не хватало. Несмотря на то, что он уже показывал ей черновой монтаж «Титаника», в исполнении всё равно чувствовалась некоторая недосказанность.
Когда музыка стихла, Чэнь Сяо взял микрофон, посмотрел на Селин сквозь стекло и с мягкой улыбкой произнёс:
— Учитель Си, ваш тембр и чувство ритма просто великолепны. Однако я бы предложил начать чуть мягче, чтобы громкость и чувства нарастали постепенно.
— Без проблем! Давайте ещё раз, — Селин показала жест «ОК» и согласно улыбнулась.
Её мнение об этом композиторе стало ещё чуточку выше. Честно говоря, перед встречей она ожидала увидеть в лице Чэнь Сяо молодого и заносчивого выскочку. В конце концов, режиссёр и композитор в двадцать с небольшим лет имеет все основания для гордости. Но он оказался на удивление скромным.
Он говорил очень тактично. Это было лишь предложение, но оно прозвучало так, что у неё не возникло ни тени раздражения. После такого замечания работа пошла куда слаженнее.
Когда вновь зазвучал аккомпанемент, Селин закрыла глаза и снова погрузилась в мир музыки.
…
Работа над саундтреком и финальный монтаж шли гладко.
Десять дней спустя, ровно в восемь утра, Чэнь Сяо вернулся в компанию, сжимая в руках готовый Blu-ray диск с «Титаником».
Он поднялся на лифте на верхний этаж и, постучав, вошёл в кабинет дяди Чжана.
— Сяо Чэнь, давненько тебя не было, — дядя Чжан передал чайник на столе своему секретарю.
Он уселся на диван напротив Чэнь Сяо, улыбаясь, хотя в глазах его читалась тень беспокойства.
— Прошло всего два месяца? Не ожидал, что вы закончите так быстро.
Он помнил, что по первоначальному плану релиз намечался через три месяца. И когда вчера вечером Чэнь Сяо позвонил и сказал, что фильм готов, он невольно задался вопросом: а не пострадало ли качество из-за такой спешки? Скоро должно состояться собрание руководства, и если фильм окажется посредственным, ему будет трудно смотреть коллегам в глаза.
Чжан Цзяньхуа внезапно почувствовал лёгкое сожаление о том, что не заглядывал на съёмочную площадку почаще.
Чэнь Сяо улыбнулся:
— Всё готово, дядя Чжан. Вот диск. Хронометраж – три часа двадцать минут.
В его прежнем мире «Титаник» длился три часа четырнадцать минут. Но здесь, поскольку формально снимался рекламный ролик, было добавлено несколько сцен с Сердцем Океана, что увеличило длительность на шесть минут.
— Дай-ка взгляну. Ты столько дней трудился без продыху. Сходи в соседнюю комнату отдыха, вздремни немного.
— Хорошо, приятного просмотра, — Чэнь Сяо закрыл дверь и вышел.
Оставшись в кабинете, Чжан Цзяньхуа взял пульт, задвинул шторы и включил проектор.
…
В комнате отдыха Чэнь Сяо немного вздремнул в массажном кресле, а проснувшись, зашёл в игру, которую давно не запускал. Время тянулось медленно, минута за минутой, пока стрелка на настенных часах не доползла до двенадцати.
Чэнь Сяо слегка нахмурился и в недоумении покосился на дверь. Почему его до сих пор никто не позвал? Неужели дядя Чжан про него забыл?
Он вышел в коридор и только собрался постучать, как дверь распахнулась.
Дядя Чжан с покрасневшими глазами улыбнулся ему:
— А я как раз собирался тебя искать. Заходи.
Чэнь Сяо показалось, что дядя Чжан как-то изменился. Вроде бы… его веки заметно припухли?
Он подошёл к дивану и, садясь, вдруг заметил в мусорной корзине целую гору использованных бумажных салфеток. Что ж, дядя Чжан оказался истинным любителем кино и очень эмоциональным человеком. Видимо, припухшие веки были результатом слёз.
Дядя Чжан нажал на кнопку пульта, раздвинул шторы и сел напротив:
— Очень трогательно. Очень… сильно.
Он вздохнул и посмотрел в окно. Трагедия была по-настоящему прекрасна, а её эмоциональный заряд – невероятно мощным! Будь то история любви или столкновение человеческого величия и низости перед лицом смерти – всё это пробирало до глубины души. После просмотра ему потребовалось больше десяти минут, чтобы просто прийти в себя.
Чжан Цзяньхуа глубоко вздохнул и улыбнулся:
— Неплохо, очень хорошо. Это превзошло все мои ожидания. — Он похлопал по лежащему на столе диску. — Сегодня вечером я заставлю этих стариков протереть глаза!
Чэнь Сяо опешил:
— Сегодня вечером? Неужели у руководства найдётся свободное время?
Чжан Цзяньхуа хитро прищурился.
— Об этом не беспокойся, у дяди Чжана свои методы. Ступай домой, хорошенько отдохни и готовься к релизу!
Сегодня днём должно было состояться общее собрание топ-менеджеров. Вице-президент Ли, с которым у него были натянутые отношения, последние два месяца только и делал, что попрекал его этими съёмками на каждой встрече. Теперь, когда фильм получился таким выдающимся, Чжан Цзяньхуа просто обязан был пустить пыль в глаза. И сделать это нужно было при максимальном скоплении народа!
Он планировал на собрании сделать вид, будто немного смущён тем, что фильм уже готов. Председатель наверняка захочет посмотреть материал. А раз сегодня соберутся все руководители, момент будет идеальный – председатель сам предложит устроить просмотр. Чтобы не ударить в грязь лицом, вице-президент Ли наверняка соберёт целую свиту. Ха-ха, предвкушение того, как вытянется лицо Ли от шока и раскаяния, бодрило похлеще контракта на сто миллионов!
Чэнь Сяо, глядя на тайно радующегося дядю Чжана, догадался о его планах процентов на семьдесят.
В конце концов, компания вложила в фильм тридцать пять процентов от общего бюджета в сто пятьдесят миллионов, а это пятьдесят два с половиной миллиона юаней. Дядя Чжан наверняка испытывал колоссальное давление, и помочь ему восстановить авторитет было бы делом правильным.
— Дядя Чжан, я планирую переговорить с киносетями по поводу графика показов. Хочу выпустить фильм к Дню образования КНР.
Чжан Цзяньхуа на мгновение задумался:
— Погоди немного. Я дам тебе знать сегодня вечером.
Чэнь Сяо кивнул.
Хотя он не понимал, чего именно нужно ждать, один день роли не играл. Попрощавшись, он вышел из здания компании.
Наконец-то с постпродакшеном покончено. Что дальше? Дальше – переговоры о сотрудничестве. Раз дядя Чжан велел подождать, значит, так тому и быть. А пока нужно оповестить актёров и проследить за производством сопутствующих товаров. Фильм скоро выходит, пора начинать зарабатывать.
Чэнь Сяо зевнул.
Достав телефон, он открыл рабочий чат с актёрами и отправил сообщение: «Постпродакшен завершён! Время и каналы релиза уточняются. Спасибо всем за поддержку!»
Отправив текст, Чэнь Сяо поймал такси, доехал до дома, пообедал и с наслаждением провалился в сон. Два месяца напряжённой работы давали о себе знать – несмотря на действие эликсира укрепления тела, хронический недосып брал своё.
Чэнь Сяо проспал до самой ночи. И во сне он даже не подозревал, что эта его «реклама» уже начинает вызывать бурные дискуссии в сети и за её пределами.