Глава 186
Вскоре наступило восьмое число первого месяца по лунному календарю.
В восемь тридцать утра Чэнь Сяо приехал в офис компании.
За время каникул в Чуньцзе он успел подготовить двуязычный сценарий и продумать идеальные сцены. Раскадровка ещё не была готова, но с этим он решил не спешить.
Что касается партнёров, то во время поездки на Венецианский кинофестиваль он обменялся визитками со многими руководителями среднего и высшего звена из международных кинокомпаний.
После того как в интервью в прямом эфире промелькнула информация о его планах снять артхаус, многие компании сами прислали ему предложения о сотрудничестве.
Просмотрев почту, он насчитал более сорока предложений: от азиатских студий из Японии и Южной Кореи до крупных игроков из Северной Америки.
Его приоритетным вариантом оставался Шазелл – талантливый режиссёр русско-американского происхождения, возглавлявший жюри в Венеции.
Положение Шазелла во многом напоминало его собственное: тот владел контрольным пакетом акций развлекательной компании и, хотя был боссом, предпочитающим не вникать в мелкую операционку, сохранял за собой решающее слово.
Благодаря прошлым контактам и наведённым справкам Чэнь Сяо знал, что Шазелл, хоть и родился в стране М, много лет прожил в стране Е. У него не было жесткой привязки к национальным интересам; как он сам любил повторять: «Искусство превыше всего».
В работе с такими людьми обычно возникает меньше идеологических конфликтов.
Но вот загвоздка… Почему Шазелл до сих пор не ответил на письмо?
— Ладно, разберемся с этим позже, — пробормотал он себе под нос.
Этим утром в компании у него были дела поважнее.
Ещё до Нового года в агентстве начались тренинги для артистов. Сегодня Чэнь Сяо планировал лично провести двухчасовое занятие по актерскому мастерству, чтобы оценить уровень подготовки и выявить слабые места подопечных.
Прокручивая в голове план урока, он заехал на корпоративную парковку.
Поднявшись на лифте на второй этаж, Чэнь Сяо остановился в коридоре и достал телефон, чтобы уточнить в чате номер репетиционного зала – кажется, где-то в двадцатых номерах.
Едва он открыл мессенджер, как из комнаты отдыха за тонкой стеной донеслись голоса двух девушек.
— Ты видела в трендах? Ли Минъюэ теперь в нашей компании.
— А? Серьёзно? Я думала, мы берем только тех, кто умеет играть.
— Я видела её имя в списках участников сегодняшнего выпуска «Актёры, прошу на сцену», и там в графе «агентство» указаны мы.
— Ох… Но она же типичный «актер-декорация»! Как её вообще подписали?
— Вот-вот, нетизены уже вовсю точат зубы, готовясь к скандалу…
Чэнь Сяо нашёл нужное сообщение – зал 203. Не дослушивая сплетни, он направился в сторону учебных классов.
Имя Ли Минъюэ было ему знакомо, но лица он не помнил. Кажется, какая-то звезда второго эшелона.
Пройдя буквально пару шагов, он столкнулся с директором департамента по работе с артистами.
— Господин Чэнь, вы уже здесь, — поприветствовал тот начальника.
В частных компаниях такого типа должности председателя не существовало. Чэнь Сяо был законным представителем и владельцем, поэтому сотрудники из уважения называли его либо «господин Чэнь», либо «режиссёр Чэнь».
Кивнув в ответ, Чэнь Сяо спросил:
— Министр Сюй, что там с Ли Минъюэ? Говорят, с актёрским мастерством у неё беда.
Министр Сюй сокрушённо кивнул и принялся объяснять:
— Да, она действительно у нас, и талантом, честно говоря, не блещет. Но внешность у неё выдающаяся, на роли второго плана в качестве украшения кадра идёт отлично. Когда мы подписывали контракт, то ориентировались на ваши требования – в первую очередь смотрели на характер. К её человеческим качествам претензий нет. Что касается личности… её семья не бедствует, но родители развелись рано, толком ей никто не занимался. В школе её травили, так что она немного замкнутая. Но интроверсия – это не приговор.
Он сделал небольшую паузу и добавил:
— Если говорить прямо: индустрии развлечений тоже нужны «актеры-декорации». Грамотно выстроенный образ «красивой пустышки» может приносить компании стабильный доход. Сегодня вечером она пойдёт на шоу, чтобы поднять охваты. Девочка она скромная, лишних проблем не создаст, так что не беспокойтесь.
Чэнь Сяо выслушал объяснения и понимающе кивнул. В этом была своя логика. Образ в шоу-бизнесе – это ярлык, который помогает аудитории запомнить артиста и выделиться из толпы.
Кто-то строит из себя интеллектуала, кто-то – заядлого гурмана, кто-то – «рубаху-парня» или голос разума.
Пока Ли Минъюэ не решит лечь под нож пластического хирурга, её статус «декорации» будет оставаться непоколебимым.
— Она сегодня здесь?
— Э-э… Я её не вызывал, раз уж у неё такое амплуа. За все эти годы я ни разу не видел, чтобы она хоть как-то работала над игрой.
— Понятно.
Они вместе вошли в тренировочный зал.
Внутри за столом сидели четверо: три девушки, среди которых была Хэ Сюй, и один парень.
Увидев руководство, все четверо тут же вскочили, чтобы поздороваться.
— Оставьте формальности, садитесь, — бросил Чэнь Сяо, окидывая взглядом помещение.
Зал площадью около ста квадратных метров был оборудован всем необходимым. На стене напротив входа висело огромное зеркало, над ним – свернутый проекционный экран. Вдоль стен стояло по пять комплектов столов и стульев, а центр комнаты оставался свободным для репетиций.
Пока он осматривался, за спиной раздался удивленный голос министра Сюя: — Минъюэ? А ты что здесь делаешь?
— Я… я не специально. Я просто пришла за компанию с Хэ Сюй.
Чэнь Сяо обернулся. Рядом с Хэ Сюй сидела девушка лет двадцати с небольшим. Она робко покосилась на министра и тут же опустила голову, пряча бегающий взгляд.
У Чэнь Сяо внутри что-то екнуло.
Глаза. У этой актрисы были невероятные глаза.
Огромные, сияющие «персиковые очи» – такие редко встретишь даже в топ-листах первых красавиц индустрии.
В ту же секунду в голове режиссёра вспыхнул образ – первая любовь Трумана.
«Неужели обладательница такого взгляда совсем не умеет играть?» – промелькнула мысль.
«Что ж, посмотрим, насколько всё плохо».
Пока он предавался размышлениям, Хэ Сюй, услышав свое имя, обернулась и недоуменно указала на себя пальцем: — А? Я?
Ли Минъюэ, вцепившись в стакан с водой, мельком взглянула на подругу и поспешно отвернулась: — Ну да. Ты же в этой тусовке совсем недавно, никого не знаешь… Вот я и решила тебя поддержать, со всеми познакомить.
— Ого, сестрица Минъюэ, ты такая добрая!
Чэнь Сяо не удержался и мысленно передразнил её восторженный тон: «Ого, ну ты и дурочка».
Было очевидно, что Ли Минъюэ пришла на занятие ради себя, а Хэ Сюй смотрела на неё с таким обожанием и благодарностью, будто та совершила подвиг. Этой девчонке явно не помешало бы прибавить в сообразительности.
После нескольких минут общей болтовни, ровно в девять, тренировка началась.
Всего в зале собралось восемь артистов.
Все разные: разный возраст, разный опыт и уровень мастерства.
Была Хэ Сюй, которая снялась только в «Разборках в стиле кунг-фу» и была практически чистым листом. Была двадцатисемилетняя Ли Минъюэ с солидным списком ролей в сериалах. Был и парень, выпускник актерского факультета прошлого года, у которого голова была забита одной лишь теорией.
Глядя на них, Чэнь Сяо окончательно сформулировал план на сегодня.
— Сейчас каждый из вас покажет один или несколько своих лучших или недавних этюдов. Хронометраж – не более трех минут. Перед началом озвучьте тему. Я буду оценивать вас по ряду критериев: работа с текстом, наблюдательность, концентрация внимания, воображение, чувственность, адаптивность, выразительность и чувство правды. Самые грубые ошибки мы разберем и исправим прямо на месте, остальное будете дорабатывать самостоятельно.
Он обвел присутствующих строгим взглядом.
— Когда выступают другие, смотрите внимательно. Скорее всего, их ошибки – это и ваши ошибки тоже. Даю вам десять минут, чтобы определиться с фрагментом. Подыгрывать я не буду. Можете выбрать монолог или договориться с кем-то о парной сцене. Понятно?
Все восемь человек синхронно кивнули.