Глава 98 Бегство Ли Цзычена и Гао Инсяна
После того, как Ли Джи вступил в сражение, театр военных действий поменялся кардинально. Чаша весов качнулась в сторону правительственных войск.
Любой мало-мальски понимающий в военном деле человек мог увидеть, что разбойники вот-вот будут разбиты Ли Джи. На восточном фланге больше не было мятежных войск, которые могли бы ему угрожать. После того, как 7000 разбойников были побеждены, вопрос их полного разгрома был лишь делом времени.
Если бы танские всадники с западного фланга, развернули своих коней и направились на бой с Ли Джи, возможно тогда они смогли бы сокрушить его войско. Однако битва растянулась почти на 5 ли, и Ли Цзычэну и Гао Инсяну потребовалось бы больше 10-ти минут, чтобы обойти весь западный фронт и прийти на помощь разбойникам на восточном. Даже понимая, что как только восточный фронт рухнет, тут же рухнет и вся армия разбойников, они не решились на это.
Время было не на стороне мятежников, поэтому их армия была обречена.
Разбойники с надеждой смотрели на запад, на своих главарей, уповая на то, что они смогут придумать какой-нибудь блестящий план и изменить ситуацию.
В этот критический момент Гао Инсян и Ли Цзычэн показали свою лучшую боевую способность – побег.
С того момента, как Гао Инсян и Ли Цзычэн подняли мятеж, они везде преследовались правительственными войсками. Они уже и сами не считали сколько раз им приходилось сбегать. После убийства генерала Цао Вэньчжао боевой дух разбойников поднялся высоко, и они были уверены, что смогут победить Лу Сяншэна и некоторое время успешно теснили правительственные войска. Но теперь ситуация изменилась и они снова вынуждены были бежать. Они твердо верили в то, что пока будут живы, то всегда смогут вернуться.
Гао Инсян и Ли Цзычэн больше не командовали армией разбойников на западном фланге. Они развернули своих коней и вместе с девятью тысячами танских всадников бросились бежать на север, оставив 20 000 разбойников-ветеранов сражаться насмерть. Когда они атаковали, то были подобны порыву ветра. Когда он бежали, то были еще быстрее. В одно мгновение беглецы преодолели сотни метров.
Разбойники-ветераны, которые сражались на поле боя, не знали, что их уже бросили и продолжали сопротивляться правительственной армии до последнего.
Когда офицеры и солдаты правительственных войск громко крича передавали друг другу новость о побеге Ли и Гао, разбойники тоже узнали об этом и поняли, что не дождутся конной подмоги. Прошло всего несколько минут, а конница Гао и Ли уже отошла на 2-3 ли.
Главари бросили их и убежали!
Армия разбойников была подобна тугому стеклу, которое вдруг хрустнуло и рассыпалось на осколки.
Во-первых, разбойники с западного фланга были свидетелями того, как тысячи разбойников на восточном фланге были разбиты и сбежали на сервер. За несколько секунд рухнула и без того хрупкая линия обороны восточного фланга. После того, как Ли Джи разгромил и обратил в бегство 7000 разбойников, оставшиеся мятежники уже не могли сдерживать правительственные войска. Во-вторых, они услышали о том, что командиры бросили их и сбежали. Разбойники-ветераны поняли, что побеждены.
Вскоре 10 000 разбойников из центральной части поля боя, которые сражались с Лу Сяншэном, тоже сдали свои позиции.
При виде этого 20 000 разбойников с западного фланга побросали свои доспехи и оружие и бросились наутек.
Еще совсем недавно генералы официальной армии сражались, будучи на пороге жизни и смерти, как вдруг оказалось, что они победили. Они растеряно озирались по сторонам, не веря в реальность происходящего.
Не теряя времени генералы приказали своей пехоте преследовать беглецов, но солдаты официальной армии были слишком для этого измотаны. Только 5000 кавалеристов еще имели силы, чтобы преследовать и уничтожить врага.
Однако таким малым составом кавалерия не осмелилась на долгую погоню. Правительственная армия прекратила преследование, опасаясь быть отрезанной от основного состава войск.
Если кавалерия разбойников решит вдруг вернуться, то правительственная кавалерия, которая была почти вдвое меньше, могла понести огромные потери. Все, на что они осмелились, так это только преследовать медленных разбойников-ветеранов и рубить медлительную пехоту мятежников.
Лу Сяншэн и генералы остановились. В битве при Жочжоу Лу Сяншэн привел армию к великой победе. Трое главарей были разбиты. Ма Шоуин погиб в бою, Гао Инсян и Ли Цзычэн бежали, а правительственные войска преследовали и убивали дезертиров еще десятки ли. В этой компании правительственная армия убила 13 000 разбойников, при этом потеряв 2000 солдат личного состава.
На второй день после военных действий Лу Сяншэн позвал в палатку руководство для обсуждения дальнейших дел.
Возле палатки, как гора, громоздились 10 000 голов разбойников. Впереди на деревянном шесте висела голова Ма Шоуина. Несколько специальных солдат обрабатывали известью головы и остатки трупов. Вокруг кучи голов повсюду ходили солдаты, переговариваясь и обмениваясь информацией о предыдущей битве.
«Все получилось только благодаря солдатам из Тяньзиня. Если бы не они, то нас бы добили люди Ма Шоуина».
«После того, как солдаты из Тяньзиня победили старого хуэйхуэя, они отправились на главное поле битвы, чтобы поддержать нас».
«Если бы солдаты Тяньзиня не уничтожили разбойников на правом фланге, сражение было бы проиграно».
«Я бы был мертв, если бы солдаты из Тяньзиня не подоспели вовремя».
В армии всегда уважали силу, тем более, если эта сила спасала тебе жизнь. После этой битвы все уважали солдат из Тяньзиня и повсюду о них говорили. Солдаты из других батальонов вели себя более осторожно, когда проходили мимо лагеря воинов Тяньзиня, и даже когда им было очень любопытно, что же происходило в лагере, самое большее, что они могли себе позволить, так это только посмотреть издалека.
Ли Джи взял с собой командиров батальонов и нескольких солдат и шел в штаб правительственных войск. Позади него солдат нес флаг Тяньзиня с иероглифом Ли. Где бы они не проходили, солдаты из других военных лагерей почтительно уступали им дорогу, пропуская Ли Джи и его отряд первыми.
Глядя на это Ли Джи с улыбкой сказал: «Эти солдаты знают что произошло».
Джен Кайчен его поддержал: «Если бы мы не появились на поле боя, битва была бы проиграна. Это лишь малая толика благодарности за спасение жизни!»
Ли Джи подошел к главной палатке Центральной армии и вошел один, оставив командиров батальонов и солдат снаружи.
Как только он вошел, заместитель генерала Шанхайгуаня Ли Чунчжэнь громко объявил: «Офицер обороны здесь!»
Ли Джи опешил и хотел уже было что-то сказать, как Ли Чунчжэнь уже поклонился ему и улыбаясь сказал: «Благодарю за помощь солдат Тяньзиня! Если бы не вы, наши войска были бы разбиты на правом фланге фронта! Как только прибыли войска обороны, ситуация резко изменилась. Если бы не ваша поддержка, эта битва была бы проиграна!»
Хоть Ли Джи и был всего лишь заместителем тысяцкого, а Ли Чунчжэнь заместителем генерала, он все равно благодарил его. Ли Джи, улыбаясь, поспешил помочь ему подняться: «Заместитель генерала, пожалуйста, не нужно лишних церемоний. Мой долг – поддерживать дружественную армию, и мне не нужны за это благодарности».
Ли Чунчжэнь выпрямился и сказал: «Это долг и благородство!»
Глядя на то, как Ли Чунчжэнь благодарит Ли Джи, остальные смутились и задумались, должны ли она так же кланяться, как заместитель генерала?
Вчерашняя ситуация показала, что если бы не помощь Ли Джи, то битва действительно могла закончится поражением.
Однако еще несколько дней назад все презирали Ли Джи, как можно было вот так сразу его благодарить? Генералы были не готовы изменить свою точку зрения.
Повисла долгая тишина, когда вперед вышел Цзу Куань генерал Ляодуня.
Несколько дней назад он повсюду оскорблял Ли Джи, но вчера тот спас ему жизнь. Глядя на него Цзу Куань покраснел. Дородный ветеран вздохнул и громко сказал хриплым голосом: «Усилия защитника обороны тяжелы, а заслуги огромны! Если бы вчера защитник обороны не пришел мне на помощь, сегодня этот старик был бы уже трупом, погибшим от ножа разбойника!»