Глава 85 Лидер партии Дунлинь Цянь Цяньи
Ли Джи улыбнулся и стал ждать возвращения стражника.
«Господин свободен. Следуйте за мной».
Ли Джи последовал за слугой вдоль стены и вошел в первый двор. Он повернулся и посмотрел на западное крыло, и действительно там ждали несколько людей. Получается, что он срезал очередь.
Войдя в главный зал, Ли Джи увидел худощавого старика, одетого в повседневную одежду, который сидя на хозяйском месте, отдыхал с закрытыми глазами. Официальная карточка Ли Джи была открыта и лежала рядом с ним на чайном столике.
Пожилой человек был средней комплекции, невысокий и очень худощавый. Лицо было гладким, ни усов, ни бороды. Глаза были глубоко посажены в глазницах, а две носогубные складки доходили до основания носа.
Так выглядел лидер партии Дунлинь Цянь Цяньи. (очень знаменитый китайский политический деятель)
Ли Джи некоторое время продолжал стоять в главном зале, но увидев, что старик не собирается открывать глаза, он поклонился и сказал: «Ли Джи – военный атташе Тяньзиня. Рад приветствовать почтенного старшего!»
Услышав его голос, Цянь Цяньи открыл глаза.
Как только пожилой человек посмотрел на него, Ли Джи увидел горящий взгляд, который заставил его занервничать. Несмотря на то, что Цянь Цяньи уже много лет не работал, он продолжал оказывать огромное влияние, как бывший лидер партии Дунлинь. В его жестах, взгляде и поведении чувствовалась властность.
Цянь Цяньи посмотрел на Ли Джи и, не позволив ему сесть, сказал: «Зачем вы пришли меня увидеть?»
Ли Джи жестом приказал слугам принести подарочные коробки и сказал: «Я давно восхищаюсь господином и сегодня только приготовил подарки. Больше ничего».
Ли Джи открыл коробки, выставляя на обозрение оленьи рога, женьшень, два своих стеклянных сервиза и посмотрел на Цянь Цяньи.
Женьшень и оленьи рога были обычным делом. Пожилой человек только бросил на них взгляд, но задержал свое внимание на стеклянных наборах. Поднявшись, он достал из коробки стеклянный бокал для вина, посмотрел на него и сказал: «Это бесцветное стекло из Западного мира? Привезти эти два комплекта должно быть было очень сложно. Во сколько лян серебра вам это обошлось?»
Ли Джи покачал головой и ответил: «Это прозрачное стекло было произведено в моей мастерской. Цена одного комплекта 32 ляна, а за 2 – 60 лян!»
«Это прозрачное стекло произвели вы?»
«Так и есть!»
Цянь Цяньи еще раз взглянул на Ли Джи и спросил: «У вас такое дешевое стекло, где вы его продаете?»
Это было то, чего Ли Джи ждал. Он быстро ответил: «Оно продается в магазине семьи Ли в Тяньзине. Когда приедете в Тяньзинь, сможете легко найти, спросив любого!»
Цянь Цяньи улыбнулся и перевернул крышку парчовой коробки, прочитав на ней несколько иероглифов: «Семейное производство Ли, Тяньзинь. 32 ляна за комплект».
Цянь Цяньи проницательным взглядом посмотрел на Ли Джи, он понял его намерения и только сказал: «Интересно!»
Ли Джи так удивился его догадливости, что даже не нашелся, что ответить.
Сказав «интересно», Цянь Цяньи достал стеклянную чашку из другой коробки и стал ее разглядывать.
«Действительно прекрасная вещь! Изысканная и изящная, как жемчужина!»
Посмотрев на нее еще некоторое время, Цянь Цяньи поставил чашку в коробку и легко сказал: «Хорошо, я понял! Вы можете идти!»
Ли Джи занервничал, когда увидел, что Цянь Цяньи догадался, о его намерениях использовать его для рекламы. Но пожилой человек сказал, что это интересно, тем самым похвалив его продукт. Казалось, что он вовсе не разозлился на Ли Джи за то, что тот захотел сделать из него живую рекламу.
Прокрутив в голове такие мысли, он поклонился и вместе со слугами покинул дом Цянь Цяньи.
В тот же день вечером в дом Цянь Цяньи пришел министр министерства обрядов и ученый университета Дунгэ, всегда в суете и измученный хлопотами, Цзян Шишэн.
Ученый университета Дунгэ – это одна из должностей кабинета министров. В конце правления династии Мин была введена кабинетная система. Сначала министры кабинета были только секретарями императора, которые консультировали в составлении приказов и не имели права принимать решения. Однако во время поздней эпохи правления династии Мин, власть государственных служащих расширилась. Министры кабинета стали гражданскими лидерами вне кабинета, и у них появилась возможность принимать решения. Постепенно они стали важными и известными вельможами.
Цзян Шишэн и Цянь Цяньи хорошо знали друг друга и встречались раз в несколько дней. На этот раз Цзян Шишэн пришел в особняк друга с пустыми руками. Как только стражник дома увидел его, то побежал встретить и сразу проводил в главный зал.
Через некоторое время через задний двор вошел Цянь Цяньи, поприветствовал его и сел на место хозяина. Устроившись в кресле, он повернулся к слуге и сказал: «Используйте новый сервиз, чтобы выказать гостеприимство министру».
Стоявший рядом слуга кивнул и пошел готовить чай.
Цзян Шишэн посмотрел на Цянь Цяньи и перешел прямо к теме, беспокоившей его: «Принимающий, император благосклонен к предателю, мы не можем больше допускать это!»
Принимающий – это был Цянь Цяньи. Цзян Шишэн назвал его так, чтобы выразить уважение. Что же касалось предателя, то в устах Цзян Шишэня это был Вэнь Тижэнь главный помощник кабинета министров.
Цянь Цяньи улыбнулся: «Как в этом мире человек может оставаться непоколебимым?»
Цзян Шишэн продолжил: «В прошлый раз усыпальница императора в Фэнъяне была разрушена. Предатели Вэнь Тижэнь и Ван Инсюн выгораживают губернатора Фэнъяна Ян Ипэна и инспектора Ву Чжэньина. Мы делегировали управляющего канцелярией Чжен Эра сказать, что Ху Цзян обвиняет Ван Инсюна в нанесении вреда стране. Чжен Эр сказал это, после чего Ху Цзян вызвал гнев императора и был понижен».
В пятнадцатый день первого месяца года, разбойники захватили Фэнъян, разрушив гробницу императора. Это событие наделало много шума. Губернатор Фэнъяна Ян Ипэн и инспектор Ву Чжэнин естественно считались в этом виноватыми. Если брать во внимание характер императора Чунчжэня, то их должны были обезглавить. Тем не менее Ян Ипэн и Ву Чжэнин были в хороших отношениях с Вэнь Тижэнем и Ван Инсюном, которые удерживали доклад о том, что гробница в Фэнъяне была уничтожена. Они удерживали доклад до тех пор, пока не пришел другой доклад из Фэнъяна о том, что город вернули обратно и только потом подали оба доклада на рассмотрение. Я надеюсь, что император не убьет губернатора и инспектора, когда увидит, что императорская гробница была разрушена и восстановлена».
Действия Вэнь Тижэня и Ван Инсюна явно шли в разрез с законом. Члены партии Дунлинь воспользовались этой уникальной возможностью и сосредоточили всю свою огневую мощь, чтобы атаковать первого помощника кабинета министров Вэнь Тижэня и канцлера Ван Инсюна.
Управляющий канцелярией Чжен Эр говорил о Ху Цзяне – мелком чиновнике. Именно он стал для партии Дунлинь камнем, с помощью которого они проверяли обстановку, чтобы проложить свой дальнейший путь.
Однако в настоящее время император все еще полагался на Вэнь Тижэня. Он очень разозлился на мелких чиновников, которые осмелились написать донос на Вэнь Тижэня и Ван Инсяна, поэтому применил к ним наказание в понижении статуса и временного отстранения от должности.
Гнев императора потряс Цзян Шишэна, но нисколько не удивил Цянь Цяньи, который за много лет пережил различные взлеты и падения, и у которого был богатейший опыт политической борьбы. Он сразу увидел путь.
Цянь Цяньи равнодушно спросил: «Управляющий канцелярией Чжен Эр, тот который говорил, и Ху Цзян, что теперь с ними?»
Цзян Шишэн ответил: «Эти двое сделали для нас большое дело, которое вызвало гнев императора, и сейчас они временно понижены в должности. На первый взгляд эти двое терпят убытки, а на самом деле зарабатывают репутацию. Когда спадет всеобщее внимание, мы естественно найдем возможность для их продвижения».
Цянь Цяньи насмешливо усмехнулся: «Два управляющих канцелярией выступили с обвинениями против министра, и император не убил их. Это большой успех!»
Когда Цзян Шишэн услышал слова друга, то сразу увидел солнце в конце пути, и его глаза загорелись.