Глава 75 Дом Ян Сюнян
В середине февраля последние 300 работников текстильной фабрики переехали на проживание в поселение.
Это были те самые сотрудники, супруги которых имели работу в Тяньзине и не могли без проблем переехать в поселение, благодаря различным обстоятельствам.
В настоящий момент покупательская способность жителей поселения была очень высокой. Ежедневно ели и пили более 2000 каменщиков, 1300 рабочих семей, переселившихся в поселение ранее каждый день тратили деньги на различные товары. Отборные бойцы в количестве 2000 солдат расходовали свои зарплаты в поселении, потому что могли лишь изредка выезжать куда-либо.
Потребление нескольких тысяч людей стимулировало спрос в различных областях промышленности, благодаря чему поселение разносторонне развивалось и процветало. Продавцы риса, овощей, масла, мяса, х/б ткани и шелка, портные, гончары, кузнецы, мастера по фарфору, мастера по производству палочек для еды, продавцы ящиков, дров, мебели, дверных замков, платков и шляп, рестораны, чайные сады, театры, рассказчики, оперные певцы, частные школы и различное преподавание, всевозможные другие магазины и места открывались различными торговцами из Тяньзиня.
Все эти новые магазины находились в 40-ка ли от города, поэтому хозяева не могли нанимать персонал оттуда, иначе им пришлось бы каждый день приезжать на работу, проделывая долгий путь и времени на сон совсем бы не оставалось. Магазинам приходилось нанимать местный персонал, что создало огромный спрос на рабочую силу в поселении.
Однако все жители поселения – это ремесленники и рабочие. Очень немногие из них могли в свободное время выйти на другую работу, чтобы удовлетворить потребность работников в разных сферах услуг. Торговцы в поселении почувствовали дефицит персонала.
Только после того, как Ли Джи перевез последних 300-та рабочих с их семьями, потребность в рабочей силе в поселении намного сократилась. На рынке труда появились 300 супругов тех рабочих, и они сразу же были привлечены на различную работу, где чувствовалась особо острая нехватка.
Например, после того, как Хуан Гуй - супруг рабочей текстильной фабрики Ян, переехал в поселение, он вскоре нашел работу в ресторане, где каждый день готовил обед, получая при этом от 1 до 4 лян в месяц. Эта зарплата была намного выше той, что он получал в городе.
С новой работой Хуан Гую не было нужды возвращаться в родной город, и он быстро интегрировался в жизнь поселения.
Той ночью Хуан Гуй дождался закрытия ресторана, вымыл руки и пошел на свою виллу на улице Чунву.
Семья Хуан Гуя арендовала виллу целиком.
Жена Хуан Гуя - Ян, работала на текстильной фабрике, и ее зарплата была 2 ляна в месяц, плюс питание. С ее доходом и доходом Хуан Гуя семья зарабатывала 3-4 ляна в месяц. Этого было достаточно для семьи, состоящей из четырех человек.
Когда семья Ян переехала в поселение, она сказала, что ей нравится чистота в доме, поэтому настояла на том, чтобы они сняли целую виллу. Хуан Гуй так и не смог ее переубедить.
Однако арендная плата оказалась не слишком высокой, а семья Ян сейчас могла себе это позволить.
Хуан Гуй шел домой и увидел, как его дочь Дайя и сын Шиши играют с другими детьми в лунном свете перед домом. Играли они в арест людей. Когда двое детей увидели, что их отец возвращается домой, они перестали играть и подбежали к нему.
«Папа дома!»
Хуан Гуй коснулся черноволосой головки и спросил Дайю: «Вы уже ужинали сегодня?»
Девочка ответила: «Мы зачерпнули рис с овощами из кастрюли и съели его! Мы сыты! А еще я съела половину мясных булочек из чашки и поделилась с Шиши!»
Как только Шито захотел что-то на это сказать, как Дайя стукнула его, и все что он мог, только молча смотреть на Хуан Гуя с широко открытыми глазами.
«Ваша мать вернулась?»
Дайя поспешила ответить: «Мама вернулась. Она зажгла лампу наверху, чтобы кое-то рассмотреть».
Хуан Гуй удивился: «На что смотрит ваша мама?»
Девочка ответила: «Я не знаю».
Хуан Гуй позволил детям и дальше играть, а сам толкнул дверь и вошел внутрь. Наверху горел свет, и Хуан Гуй отправился туда.
На маленькой вилле было 4 комнаты. Хуан Гуй и госпожа Ян жили в комнате внизу. Двое детей жили в комнате наверху, и еще одна комната стояла пустой без дела. Именно из этой комнаты и лился свет.
Хуан Гуй подошел ближе и увидел радость на лице Ян, она с улыбкой смотрела на неизвестную бумагу. Над лампой с тунговым маслом склонилось лицо двадцатишестилетней Ян Ши, на котором играли золотые блики. Картина была очень красивой. Сердце Хуан Гуя забилось сильнее.
До того, как они поженились, его жена была необыкновенной красавицей. Все эти годы, перенося тяготы рядом с ним, она сохранила эту чистую красоту. Так, глядя на нее, думал Хуан Гуй.
Внезапно Ян почувствовала, что на нее смотрят, резко повернулась и, увидев мужа, смутилась и спрятала бумагу за спину.
«Ты уже пришла с работы».
Ян Ши покачала головой: «Да, пришла!»
Хуан Гуй снова спросил: «Как там дела с коллегами? Что нового?»
«Ничего нового! Каждый день только ткешь и ткешь».
«Это довольно скучно каждый день делать одно и то же».
Ян Ши посмотрела на Хуан Гуя и ответила: «Разве это не просто ткачество? Трудно найти такую высокооплачиваемую работу. С такими деньгами вполне можно содержать семью».
Хуан Гуй улыбнулся: «Правильно, с тех пор, как мы пошли работать на семью Ли, наша жизнь с каждым днем становится все лучше и лучше».
Ян Ши тоже улыбнулась. С тех пор, как она пошла работать на ткацкую фабрику, их семейное положение значительно улучшилось. Сейчас ее муж разговаривает с ней нарывных и не спорит по пустякам.
Подумав об этом, Ян Ши достала лист бумаги, который держала за спиной, положила его на стол и показала мужу: «Вот, смотри!»
Хуан Гуй увидел, что жена, наконец, готова поделится с ним и с интересом поднес лампу ближе. Он увидел лист бумаги, густо исписанный мелким шрифтом, а внизу был отпечаток ладони. Хуан Гуй ни слова не понял.
«Мать твою, что это?»
Госпожа Ян с гордостью указала на два имени в нижней части бумаги и сказала: «Ты знаешь эти два имени, верно? Это твое имя – Хуан Гуй, а это мое – Ян Сюнян!»
Хуан Гуй кивнул: «Я знаю эти два имени».
Ян гордо выпятила грудь и громко сказала: «Это право собственности! Это право собственности на наш дом!»
Хуан Гуй на время опешил, после чего, наконец, понял: «Ты не послушалась меня и все-таки купила этот дом?»
На секунду Ян Ши отбросила свою гордость и снисходительно посмотрела на мужа: «Я не хочу больше слушать твои возражения о покупке дома! Ты больше не хочешь жить со мной?»
Хуан Гуй беспомощно возразил: «Почему это я не хочу с тобой жить?»
Услышав это, Ян Ши рассмеялась: «Все в порядке! Смотри. У нашей семьи теперь есть дом, а эти подписи говорят о том, что эта прекрасная вилла теперь наша! Как же я счастлива!»
«Разве я не говорил тебе не покупать его? Лучше было просто арендовать».
Ян Ши не желала его слушать и лишь качала головой: «Чтобы арендовать этот дом, нужно платить каждый месяц, и владелец возместит его стоимость уже через 15 лет. Дальше нам все равно придется платить аренду, а дом так и будет оставаться его. При покупке дома все совсем по-другому. Я занимаю у владельца 52 ляна на покупку дома, а потом еще 50 на покупку мебели, расставленную владельцем. Проценты рассчитываются по ставке 4 %. Через 15 лет выплаты долга дом уже будет наш и больше ничего не придется платить!»
«Хуан Гуй, ты говорил, что можно купить дом под 6 % в месяц. Наша сделка намного выгоднее, она самая лучшая в мире! Разве не глупо не воспользоваться этой возможностью?»
Хуан Гуй молча сел на кровать.
Ян Ши недовольно спросила: «Хуан Гуй, ты думаешь над тем что я сказала?»
Хуан Гуй сердито ответил: «Еще несколько дней назад, когда ты настояла на том, чтобы арендовать целую виллу, ты уже решила выкупить ее, так?»
Ян немного смутилась, посмотрела в лицо мужа и ничего не ответила.
Хуан Гуй сердито продолжил: «Платеж 4 цяня в месяц (1 цянь = 1/10 серебряного ляна)! Если, купив этот дом, мы не будем справляться с оплатой?»
Когда госпожа Ян услышала эти слова мужа, она вздохнула с облегчением и ответила: «У главы семьи достаточно денег. За исключением ежемесячного погашения владельцу, у нашей семьи еще будут оставаться 2 ляна 9 цянь, что достаточно даже когда у нас будет на одного человека больше. Это большое дело, поэтому давай немного экономить и сделаем на несколько комплектов новой одежды меньше. Если все же денег будет мало, мы сможем сдавать эту неиспользуемую комнату в аренду».
«Кроме того! Дом такой большой, что в будущем, когда Шиши жениться, нам не придется покупать ему новый».
После того, как Хуан Гуй услышал, что Ян собирается родить ему еще одного ребенка, его лицо немного разгладилось. А когда она стала говорить о будущей свадьбе Шиши, ему вообще стало хорошо на душе.
«Если ты родишь мне еще одного ребенка, то я соглашусь с тобой».
«Если у меня будет свой дом, то я рожу еще одного ребенка. Если мы будем снимать жилье, то я не стану рожать!»
Камень упал с души Хуан Гуя, и он улыбнулся. Наклонившись в свете масляной лампы, он принялся вместе с женой изучать документ, подтверждающий их право собственности.
«С этим документом дом принадлежит нам?»
Ян ответила: «Конечно! Посмотри на эти два слова, они читаются как «Земельный акт», а здесь написано «Ли джи» - имя заместителя тысяцкого. Этот документ означает, что заместитель тысяцкого Ли Джи продает нам этот дом!»
Хуан Гуй пробормотал: «Я даже представить себе не мог, что у нашей семьи когда-нибудь будет такой хороший дом!»
Ян Ши от этих слов только улыбнулась: «Да, у нашей семьи тоже может быть такой хороший дом! Посмотри на эти стены, на эту крышу! Что за чудесный дом!!! До того, как я начала работать на семью Ли, я даже подумать не могла, что наша семья будет жить в таком хорошем доме!»