Глава 74 Продвижение
В середине января вышел приказ Военного Министерства о награждении.
Хэ Шишоу послал за Ли Джи, чтобы тот явился в ямэнь губернатора для получения официальной формы.
Встретил он его громким и радостным приветствием: «За помощь в важном деле и за образцовое управление поселением сотник Ли Джи повышается до звания заместителя тысяцкого! Сочно переодевайся в новую официальную форму!»
Слуги Хэ Шишоу уже были готовы и подали Ли Джи новые вещи. Тот с улыбкой принял одежду и переоделся в отдельной комнате.
Заместитель тысяцкого – это военный атташе пятого ранга. Официальный халат был синего цвета. Нашивка на груди была вышита благоприятными облаками и волнами, а по центру красовался скорпион.
Ли Джи рассмотрел поближе висящий на поясе значок и увидел, что это было позолоченное серебро. В отличие от значка сотника, здесь была другая надпись: «Победить зло и подчинить тигра». Эти слова звучали куда более внушительно. На обратной стороне жетона по-прежнему были выграверованы слова Мин Тайцзу. На лицевой стороне было выгравировано: «Небо, лейб-гвардия Тяньзиня, Ли Джи, заместитель тысяцкого». Это был нынешний официальный чин Ли Джи.
После повышения он был в хорошем настроении и насвистывал себе под нос.
Закончив одеваться, Ли Джи натянул на себя черную шелковую шапку, и вернулся в главный зал, где его встретили веселым хохотом: «Ха-ха! Вот и он – могущественный военный атташе!»
Ли Джи сделал несколько шагов, сложил руки чашечной и вежливо поклонился: «Это все благодаря помощи губернатора».
Сказав это, Ли Джи вынул 1000 лян серебра и отдал Хэ Шишоу.
Нынешнее его положение полностью завесило от губернатора, естественно, что он был щедр к нему. Хэ Шишоу дал ему должность заместителя тысяцкого, а Ли Джи отдал ему 2000 лян. 1000 по приезде и сейчас 1000. Таким образом, он получил приятный отклик в его сердце. Личная мораль Хэ Шишоу была как на ладони. Получив так много преимуществ от Ли Джи, он будет заботиться о нем в будущем, и продвигать вперед.
Под опекой губернатора никто в Тяньзине не посмеет причинить ему вред.
Хэ Шишоу посмотрел на банкноту в 1000 лян, о чем-то задумался, а потом рассмеялся: «Заместитель тысяцкого интересный человек! Я слышал, что ты строишь городскую стену вокруг поселения и строишь новый город».
Ли Джи сложил руки в уважительном жесте и ответил: «Подчиненный хочет сосредоточить все свои производства в поселении под единое управление, поэтому стены требовалось расширить. Окружность новой городской стены теперь составляет 6 ли».
«Тск-тск! Заместитель тысяцкого такой смелый! Но для молодых людей хорошо быть целеустремленными!» После паузы Хэ Шишоу сказал: «Ты строишь город и строишь стену, это хорошо для страны и людей! Если Шаньгуань будет снова усложнять тебе жизнь, приди и найди меня, где бы ты ни был!»
Ли Джи улыбнулся: «Когда сам губернатор заботится обо мне, никакие чиновники не посмеют меня тронуть!»
Перекинувшись еще несколькими словами, Ли Джи попрощался и покинул ямэнь губернатора.
Вернулся в поселение он уже в новой официальной форме. Перед самым входом в Официальный Зал его догнал слуга и сообщил: «Господин, офицер Ю Хуачао в гостях!»
Так как Ли Джи был назначен офицером обороны поселения, Ю Хуачао больше не являлся его начальником, теперь они были равными. У Ли Джи не сложилось хорошего впечатления о нем, поскольку тот был типичным никчемным чиновником. Он не собирался водить с ним дружбу, поэтому спрашивал себя, что же ему тут понадобилось?
Ли Джи спрыгнул с лошади и передал поводья слуге. Он уже собирался войти в Официальный Зал, но увидел, как Ю Хуачао вместе со слугой направляются к нему. Увидев его в новой официальной форме, Ю Хуачао громко крикнул: «Поздравляю господина Ли с повышением до заместителя тысяцкого! Сегодня действительно счастливый день!»
Ли Джи засмеялся и ответил: «Господин тысяцкий очень хорошо осведомлен!»
Ю Хуачао улыбнулся: «Вы отправились на подавление бандитов и одержали блестящую победу несколько дней назад. Я был уверен, что вас повысят до моего уровня! Сегодня я случайно услышал, что вы направляетесь в ямэнь губернатора, поэтому и понял, что награда, наконец, нашла своего героя. И вот, я здесь, чтобы поздравить вас!» После паузы Ю Хуачао продолжил: «Вчера младший брат все еще был подчиненным этого глупого старшего брата. Сегодня младший брат уже мне ровня. Скорость продвижения младшего брата беспрецедентна!»
Ю Хуачао взял коробку из рук слуги и сказал: «Это всего лишь небольшой подарок от брата Ю своему добродетельному брату Ли».
Ли Джи знал, что только его повышение сделало Ю Хуачао более оптимистичным и побудило искать с ним дружбы. Про себя Ли Джи подумал, что тот совсем не заботился о нем, когда он был еще подчиненным, а теперь уже поздно льстить.
Но Ли Джи уже знал, что если человек приходит к нему с улыбкой и приносит подарок, то он просто не сможет его прогнать. Взяв протянутую коробку, Ли Джи открыл ее и обнаружил там корень женьшеня, который стоил 20-30 лян серебра. Улыбнувшись, он сказал: «Тысяцкий знатно потратился!»
«Милый брат, о чем ты говоришь? Это лишь знак признательности!»
Ю Хуачао был так воодушевлен, что Ли Джи не смог его прогнать, тем более после того, как он принял подарок, поэтому в Официальный Зал они вошли уже вместе.
По дороге, опередив немного Ли Джи, Ю Хуачао спросил: «Милый брат получил звание офицера обороны и теперь его непосредственный начальник лейб-офицер Тяньзиня Ло Лицзун. Знает ли милый брат его предпочтения?»
Ли Джи не знал и решил ответить честно: «Я не знаю!»
Ю Хуачао хлопнул в ладоши и гордо выпрямился: «Не переживай, мудрый брат, глупый брат тебя всему научит! Шоубэй (столичный воевода при династии Мин) любит каллиграфию и увлечен коллекционированием известных каллиграфических прописей. Если ты найдешь ему хороший подарок, он будет по-другому к тебе относиться».
Услышав это, Ли Джи даже немного заволновался. Где ему искать знаменитые каллиграфические прописи? Но, в конце концов, он решил, что коли водит дружбу с самим губернатором, то ему совсем не нужно быть слишком снисходительным к шоубэю, поэтому достаточно отправить обычные подарки.
Приняв решение, он стал искать повод, чтобы избавиться от Ю Хуачао, который пришел лишь с тем, чтобы льстить ему.
На следующий день Ли Джи приготовил обычный подарок в размере 100 лян и отправился в Тяньзинь, чтобы встретиться со своим начальником Ло Лицзуном.
Казарма воинской части шоубэя находилась к югу от городской стены. Помещение, в котором размещались защитники генерал-губернатора Тяньзиня ничем не привлекало внимания, но, несмотря на это все знали, что воинская мощь их была достаточно сильной.
Ли Джи известил о своем приходе стражников и вскоре за ним пришел сержант, чтобы отвести во второй официальный зал. Во втором зале начальник Ли Джи Ло Лицзун, одетый в официальный наряд, уже ждал его.
Когда Ли Джи поднял голову после приветствия, то он увидел, что Ло Лицзун был мужчиной от 40 до 50 лет. С длинной бородой на остроконечном лице и стройным телом он выглядел не как военный офицер, а как ученый-литератор.
«Младший офицер Ли Джи отдает дань уважения шоубэю!»
Ли Джи был всего лишь мелким защитником пятого ранга, который по сравнению с шоубэем третьего ранга был всего лишь сушеной креветкой. Однако оказалось, что Ло Лизун знал прошлое Ли Джи, поэтому не стал относится к нему пренебрежительно, а встал и помог подняться. «Прошу встань, заместитель тысяцкого! Зачем такие церемонии?»
Поднявшись, Ли Джи вручил список подарков Ло Лизуну: «Это небольшие подарки!»
Ло Лицзун пробежался по нему глазами и с улыбкой принял: «Заместитель тысяцкого изрядно потратился! Прошу, присаживайся!»
Ли Джи последовал приказу и сел на стул.
Ло Лицзун тоже сел. Немного подумав, он сказал: «Я слышал, что заместитель тысяцкого строит новый город в поселении».
Ли Джи честно ответил: «Продолжается строительство городской стены окружностью в 6 ли. К настоящему моменту она почти завершена и ее покрывают кирпичом».
«Это поистине беспрецедентный случай, когда сначала сотник, а теперь заместитель тысяцкого использует свое личное богатство для строительства общественной стены. Даже этот чиновник восхищается таким поступком!»
Ли Джи ответил: «Вы перехваливаете меня, уважаемый, подчиненному стыдно! Все мои производства были перенесены в новое поселение, поэтому строительство городской стены также защищает частную собственность подчиненного».
Ло Лицзун сказал: «В любом случае, это строительство нового города и защита земли, что достойно похвалы. Я так же слышал, что мемориальный ордер о награждении заместителя тысяцкого был опубликован в ямэне губернатора всего 10 дней назад, я не ожидал, что само назначение произойдет так скоро. Видимо губернатор придает большое значение заместителю тысяцкого».
Сказав это, Ло Лицзун посмотрел на Ли Джи очень добрыми глазами.
Шоубэй для Ли Джи – высокопоставленный чиновник, но он и в подметки не годился губернатору. Все губернаторы несли ответственность за назначения на политические посты, полицейские посты, посты заместителей генералов и т.д. Шоубэю было трудно даже просто войти в ямэнь губернатора. Вдруг Ло Лицзун сказал, что знает о новостях из ямэна губернатора и догадывается об их с Ли Джи близких отношениях. Это могло означать только то, что он тоже был связан с губернатором, как и Ли Джи.
Ли Джи не был дураком, конечно же, он сразу понял смысл слов Ло Лицзуна. Кивнув, он сказал: «Оказывается, шоубэй часто посещает ямэнь губернатора».
Ло Лицзун рассмеялся. Было видно, что он очень гордился отношениями с губернатором. Подумав немного, он спросил: «Я слышал, что заместитель тысяцкого на самом деле родственник губернатора».
Услышав это, Ли джи рассмеялся и ничего не ответил.
Когда Ло Лицзун увидел, что Ли джи не торопится отвечать, он не смог понять его намерений. Однако было совершенно точно, что губернатор всегда помогал Ли Джи, поэтому он решил для себя относится к нему, все-таки как к его родственнику.
Ло Лизуну нравился художественный стиль, поэтому поговорив немного о делах, он переключил тему на поэзию и каллиграфичскую живопись. Ли Джи не особо интересовался этими вещами, поэтому ему было тяжело поддерживать беседу, отчего она была неловкой и пустой.
Как собирался военный атташе, любящий поэзию и литературу, сопротивляться монголам, которые неизбежно нападут в будущем? Не понимающей всей этой лирики Ли Джи внутренне был возмущен.
Увидев, что атмосфера была немного натянутой, он не стал задерживаться и, попрощавшись, ушел. Однако Ло Лицзун был весьма воодушевлен знакомством и провожал его до самых ворот.