Глава 57 Современное медицинское обследование
Требования к вербовке солдат были куда серьезнее, чем к найму рабочих. Это должны были быть крепкие мужчины в возрасте от 18 до 24 лет без проблем со здоровьем. Более того, эти люди должны были по первому требованию уйти из дома, чтобы отправиться на войну, где был высокий риск погибнуть в бою. Это было не тоже самое, что работать в безопасном тылу, как рабочие, поэтому ежемесячная оплата, которую установил для них Ли Джи была высокой: 3 ляна в месяц, и как у всех других работников обязательное 3-х разовое мясное питание.
Ли Джи попросил написать объявления о найме дзядинов и указать ежемесячную оплату. Так же сказал особо подчеркнуть, что нанимателем является глава семьи Ли из восточной части Тяньзиня. Весть о его высоком благосостоянии и о прорывных мастерской и фабриках уже разлетелась по всем окрестностям. Семья Ли из восточной части Тяньзиня – была своего рода уже известной торговой маркой, само собой, что Ли Джи хотел это использовать.
Когда объявления были готовы, Ли Джи попросил дзядинов быстро расклеить их в Тяньзине и близлежащих к нему уездах и городах. Так же распорядился об организации места для физического осмотра и собеседования за пределами поселения.
Как только Хуа Чжан увидел объявление о приеме на работу, вывешенное рядом с официальным залом сотника в поселении, он немедленно помчался к дому Цзян Чуна.
«Цзян Чун! Цзян Чун! Сотник набирает дзядинов!»
Цзян Чун вышел, одетый в свою самую лучшую одежду, на которой было меньше всего заплаток и сказал: «Понятно».
Хуа Чжан вздохнул и спросил: «Так ты уже знаешь?»
Цзян Чун ответил: «В последнее время я часто прохожу мимо официального зала, поэтому, когда в полден объявление вывесили, я сразу увидел его. Я не знаю маленьких иероглифов, которые были написаны внизу, но большие, те, что в верхней части, я смог прочитать. Там говорилось о том, что нанимают дзядинов».
Хуа Чжан кивнул в знак того, что он все понял и сказал: «Я слышал от грамотного старика Лю из официального зала, что на этот раз сотник нанимает дзядинов. 3 ляна в месяц и трехразовое питание! Нет ничего лучше этих условий!»
Цзян Чун не мог читать слишком много иероглифов, поэтому не понял деталей из объявления. Но, когда Хуа Чжан рассказал ему о том, что там на самом деле было написано, вздрогнул от радости, но другу ответил спокойно: «Семья Ли из восточной части города нанимает людей всегда на хороших условиях!» Немного помолчав и подумав, он продолжил: «Пошли! Сходим к южным воротам, чтобы подать заявку в новобранцы. Если нам удастся поступить на эту службу, то через несколько лет, накопив достаточно денег, мы сможем жениться и завести семьи!
«Пошли!»
Они вместе направились на место проведения вербовки, которая проводилась не далеко от поселения и увидели там несколько больших палаток. Друзья присмотрелись у увидели, что у каждой палатки стояло около дюжины столов, а за ними сидели работники семьи Ли. Помимо столов в палатках стояла различная непонятная утварь.
Несмотря на то, что объявление было только что опубликовано, уже много людей пришли подать заявку. Цзян Чун взглянул и прикинул, что перед палатками стояло около трехсот человек.
Некоторое время они оглядывались вокруг, когда к ним подошел молодой человек и спросил: «Вы здесь, чтобы подать заявку?»
Хуа Чжан поспешно ответил: «Да, мы здесь для этого, но не знаем, как это сделать».
Молодой работник подал им две картонки, на которых были нарисованы пустые таблички: «Возьмите эти картонки и идите в первую палатку на медосмотр. Пусть там проверят ваше физическое здоровье и поставят печать. Затем идите ко второй палатке и так далее. Везде вам должны поставить печати. А в последней палатке, при наличии всех печатей с вами проведут собеседование».
Цзян Чун посмотрел на картонку в своей руке и безучастно пробормотал: «Что если я не пройду медосмотр?»
Молодой работник улыбнулся и ответил: «Тогда вы не подходите и можете идти домой».
Цзян Чун ухмыльнулся и больше не говоря ни слова направился к первой палатке. Хуа Чжан шел следом. Зайдя внутрь, Цзян Чун остановился, увидев пять странных больших мерных линеек. Все они были установлены на подставке с подвижной доской. Люди стояли в очереди перед этими линейками, а когда приходило их время, разувались, вставали на платформу, где им измеряли рост.
Цзян Чун впервые увидел такой профессиональный прибор для измерения роста. На таком оборудовании вам нужно только отрегулировать подвижную доску, чтобы получить точное число для измерения высоты. Это было действительно невероятно. Глядя на эти линейки, Цзян Чун вдруг с полной ясностью ощутил, что их командир был очень необычным человеком.
Что говорить об идее создания очередей? Это действительно удобно и экономит всем время.
Цзян Чун и Хуа Чжан действуя, как все остальные, выбрали очередь, в которой было меньше всего людей, и встали в ее конец. Через какое-то время подошел их черед. Цзян Чун снял обувь и встал на платформу. Человек, который занимался измерением, подтянул подвижную дощечку к его голове. Приглядевшись, он монотонно пропел: «Один метр, семьдесят сантиметров. Годен». Затем другой человек, взял у Цзян Чуна картонку и поставил на ней печать.
«Идите к следующей палатке».
Цзян Чун обрадовался, взял протянутую ему картонку, и направился ко второй палатке, где он увидел дюжину странных табличек, на каждой из которых были нарисованы сотни стрелок. Эти стрелки были сгруппированы в три ряда и все указывали в разные стороны. Стрелки в верхнем ряду были самыми крупными, а в нижнем – самыми маленькими, размером с ноготь большого пальца.
Соискатели стояли на расстоянии трех фунтов от них, и, прикрыв один глаз ложкой, одним глазом определяли стрелку, на которую указывал медэксперт деревянной палочкой, а затем показывали направление стрелки руками. Цзян Чун присоединился к одной из групп и встал в очередь. Понаблюдав некоторое время, он понял, что это медицинский осмотр для проверки зрения.
Такая проверка зрения будет использоваться только в следующих поколениях. Где бы Цзян Чуну ее видеть раньше? Он стоял в очереди и думал про себя, что этот метод тоже очень необычный. Он мог сразу определить уровень зрения и исключить тех, кто плохо видит. Семья Ли из восточной части города была действительно потрясающей! Откуда они взяли столько необычных эффективных методов?
Наконец, настала очередь Цзян Чуна, и он изо всех сил старался правильно определить направление стрелок. Но чем ниже опускалась указка проверяющего, тем труднее ему было. Нижние стрелки он уже никак не мог разглядеть.
Цзян Чун боялся, что его исключат, поэтому сильно нервничал, когда услышал, как медэксперт пропел: «5.3, 5.2. Годен!» Другой медэксперт, сидевший сбоку, взял печать и шлепнул на карточку Цзян Чуна, поставив букву «А» во вторую графу.
С огромным облегчением, Цзян Чун взял свою карточку и отправился к третьей палатке.
Там его проверили, не является ли он дальтоником. В четвертой палатке его попросили снять одежду, чтобы проверить наличие кожных заболеваний. А в пятой палатке проверили на предмет куриной слепоты. Переходя от одной палатки к другой, Цзян Чун обратил внимание, что группы становились меньше, люди отсеивались по мере прохождения тестов. К счастью, и Цзян Чун и Хуа Чжан оба оказались здоровы и прошли все медицинские осмотры.
В седьмой палатке было последнее испытание – собеседование. Десять интервьюеров сидели за десятью столами и проводили собеседования с кандидатами. Внимательно осмотрев всех, Цзян Чун направился к той очереди, где интервью проводил сам Ли Джи.
Это была прекрасная возможность поговорить лично с офицером.
После получасового ожидания, наконец, настала его очередь.
Ли Джи посмотрел на Цзян Чуна, фыркнул и спросил: «Почему ты мне кажешься знакомым? Где я тебя видел?»
Цзян Чун честно ответил: «Я рядовой солдат из вашего поселения. Командир видел меня в прошлом месяце, когда осматривал казармы».
Ли Джи тяжело вздохнул и спросил: «Почему ты не хочешь оставаться солдатом, а пришел подать заявку в отряд моих дзядинов?»
Цзян Чун ответил: «Оставаться солдатом, значит продолжать жить в бедности. Не получая ежемесячную оплату, я не могу накопить денег, чтобы завести семью. Став вашим дзядином, я смогу получать хорошие деньги, и кто знает, может даже удастся пострелять из новой винтовки! Это прекрасные перспективы!»
Выслушав его, Ли Джи спросил: «Значит ты знаешь о моей винтовке. Тогда я задам тебе такой вопрос: допустим, ты стал моим дзядином и тебе выдали новую винтовку, твой друг захочет, чтобы ты ее ему показал. Ты дашь?»
Не задумываясь ни секунды Цзян Чун ответил: «Нет! Винтовка – это сокровище бойца. Ее нельзя никому давать!»
Ли Джи удовлетворенно кивнул и задал еще несколько вопросов. Цзян Чун оказался проницательным человеком и Ли Джи был доволен его ответами. В конце концов, он сдался: «Хорошо! Цзян Чун, ты нанят! Возвращайся, я даю тебе месяц на подготовку. На 15-ый день следующего месяца, возьми с собой эту картонку с печатями и подходи к южным воротам поселения. Там будут сбор и отправка».
Ли Джи поставил свою личную печать на картонке и протянул его Цзян Чуну.
Услышав эти слова от старшего офицера, Цзян Чун наполнился радостью так сильно, что готов был взлететь. Листок картона, который ему протянул Ли Джи, он взял обеими руками и сжал, боясь, что он вдруг улетит. Из палатки он вышел с широкой улыбкой на лице и принялся широким шагом ходить взад и вперед, не в силах устоять на месте, ожидая Хуа Чжана.
Прождав четверть часа, он увидел, как его друг выбегает из палатки с таким же выражением лица, как и у него.
«Цзян Чун, меня взяли! Тебя тоже?»
«Да! Отлично, Хуа Чжан, нам удалось!»
Хуа Чжан сильно ударил друга по руке и громко воскликнул: «Это прекрасно, Цзян Чун! Теперь у нас будет хорошая жизнь! Давай нарежем мяса и купим банку вина, чтобы отпраздновать!»
Цзян Чун удивился: «Хуа Чжан, откуда у тебя деньги на мясо и вино?»
Друг самодовольно улыбнулся и поспешил ответить: «В этом месяце я помогал каменщику с ремонтом дома и заработал лян! Сегодня я его потрачу!»
Цзян Чун грозно отругал его: «Ты такой умный, догадался помочь каменщику! Иди сюда, я побью тебя за то, что мне не сказал!»