Глава 299 Тяжелые доспехи стрелков
Хуан Тайцзи шагнул вперед и протянул руку: «Прошу вас, вставайте!»
Несколько сотен ханьских генералов поднялись но они все еще не осмеливались стоять прямо перед Хуан Тайцзи и склоняли спины.
Хуан Тайцзи посмотрел на стоящих перед ним двух ханьских генералов и спросил: «Гусай (титул, означ. принадлежность к одному из маньчжурских знамен) эджэн (предводитель), как продвигаются тренировки ханьских новичков?»
Два ханьских гусай эджэн посмотрели друг на друга. Один из них, а это был Ма Гуанъюань, вышел вперед и ответил: «Ваше Величество, из всех прибывших был отобран каждый десятый. Всего под красный и желтый знамена встали 23 372 человека. Все эти солдаты вошли в лагерь в прошлом месяце и теперь тренируются раз в два дня. К настоящему моменту у них прошло уже 16 тренировок. Несмотря на то, что сейчас они в порядке, я не могу ручаться за их готовность сражаться».
Хуан Тайцзи покрутил усы и сказал: «Как насчет огнестрельного оружия?»
Ма Гуанъюань сложил руки и поклонился: «По желанию императора мы обнаружили на территории династии Мин 317 дворов ремесленных мастеров и привезли их под знамена династии Цин. В общей сложности эти дворы насчитывают 1894 мастера, 165 из которых умеют делать охотничьи ружья. Мы попросили этих мастеров научить других делать ружья. На данный момент уже изготовлено 107 стволов. Предполагается, что оснастить ружьями все 23 тысячи ханьских солдат можно будет за полгода».
В последнем походе, когда Хуан Тайцзи послал свою армию через перевал, они столкнулись с армией Ли Джи. Поскольку маньчжурская кавалерия не смогла противостоять огнестрельному оружию, у Хуань Тайцзи не осталось другого выхода, как организовать под своими знаменами ханьскую армию, оснащенную огнестрельным оружием.
Когда Хуан Тайцзи услышал доклад о том, что какая-то часть огнестрельного оружия готова, он кивнул: «Хорошо, продемонстрируйте свои умения на плацу».
Ма Гуанъюань и второй ханьский генерал Ван Шисюань начали быстро отдавать приказы, после чего отвели императора на плацу.
Когда они подошли к месту проведения учений, там уже находилась сотня солдат с ружьями, а на другом конце закончили выставлять мишени. При приближении императора, все опустили оружья и встали на колени громко закричав: «Да здравствует император!»
К ним подбежал Ма Гуанъюань и стал лично отдавать приказы. Стрелки встали, и заняли свои позиции. Тогда Ма Гуанъюань закричал: «Заряжай порох!» Ханьские солдаты вытащили привязанные к их поясам черные мешочки, достали щепотку пороха и загрузили его в патронник.
Когда все солдаты закончили зарядку, Ма Гуанъюань снова закричал: «Огонь!»
Сто ружей выстрелили одно за другим. Сквозь клубы белого дыма были видны разлетающиеся во все стороны щепки с мишеней, стоящих на расстоянии 70 метров.
Увидев мощь огнестрельного залпа, все бэйлэ за спиной императора стали между собой переговариваться. В эпоху Нурхаци (1559-1626 гг. основатель и первый император династии Цин) маньчжуры уничтожали ханьцев на северо-востоке, можно сказать, что у всех у них руки были по локоть в крови. Теперь бэйлэ с настороженностью относились к ханьским солдатам и не хотели, чтобы у них на руках было такое мощное оружие.
Брат Доргона Додо не смог удержаться, подскочил и громко закричал: «Ваше Величество, не думаю, что позволять ханьцам пользоваться оружием, это хорошая идея!»
Хуан Тайцзи посмотрел на него и ничего не сказал. Вместо этого он повернулся к Ма Гуанъюаню и спросил: «Гусай эджэн, разве при выстреле нет опасности, что ружья взорвутся?»
После слов Додо Ма Гуанъюань занервничал, и на его лбу выступил пот. Он замялся и уважительно ответил: «Отвечаю императору, я дал мастерам достаточно качественного материала, и имя каждого мастера выгравировано на оружии. Если оно взорвется, мастеру тут же отрубят голову, поэтому мастера не осмелятся работать не качественно. Риска того, что ружье взорвется нет».
«На каком расстоянии вы можете попасть в цель из таких ружей?»
«Отвечаю императору, кто-то может попасть в цель с 60-ти шагов, а кто-то с 70-ти».
Тогда Хуан Тайцзи повернулся к Доргону и спросил: «Как далеко стреляют ружья Ли Джи?»
Доргон вышел вперед и поклонился: «Огнестрельные ружья Ли Джи попадают в цель со 140-ка шагов!»
Хуан Тайцзи кивнул, коснулся своей бороды и ничего не сказал.
Тогда Доргон заговорил снова: «Но ружья Ли Джи могут пробить двойную броню только с 80-ти шагов. Если стрелков одеть в двойную броню, то они смогут приблизиться к Ли Джи достаточно близко, чтобы суметь попасть в цель».
После этих слов глаза Хуан Тайцзи загорелись, а на губах расплылась довольная улыбка.
Он посмотрел на Доргона и сказал: «Думаю, твой метод может сработать!»
Доргон немного подумал, по какой-то причине ему все еще было тревожно. Но он так и не понял, что его так заботило, поэтому сделал шаг назад и вернулся в строй.
Когда Хуан Тайцзи собрался снова заговорить, неожиданно вперед выскочил брат Доргона, 12-ый сын Нурхаци и закричал: «Ваше Величество, невозможно вооружить ханьцев огнестрельным оружием и дать им броню! Они были захвачены в плен только в этом году, как можно давать им элитное снаряжение?»
Рядом с ним вышел Цзиргалан, лидер Окаймленного Синего Знамени и поддержал его: «Ваше Величество, нельзя этого делать!»
На лице Хуан Тайцзи появилось несчастное выражение, а брови сдвинулись к переносице.
Ма Гуанъюань услышал, с каким недоверием маньчжуры относились к народу хань, и испугался так, что его ноги ослабли. Он тут же упал на колени и склонился до земли. Вместе с ним на землю упали и другие ханьские генералы. Они замерли, не смея издать ни звука.
Хуан Тайцзи вздохнул, обвел взглядом негодующих бэйлэ и задумался.
В то время, когда Хуан Тайцзи взошел на престол и провозгласил себя императором династии Цин, он опирался на Корпус Желтого Знамени, корпус Окаймленного Желтого Знамени и Корпус Синего Знамени. После того, как Ян гули потерпел поражение под поселением Фань, Корпус Желтого Знамени был уничтожен, и его положение на престоле династии Цин пошатнулось. Политика правления Хуан Тайцзи заключалась в том, чтобы нападать через перевалы на династию Мин и грабить ее народ. Но в результате последнего похода армия понесла тяжелые потери. Несмотря на то, что наказан был Доргон, Хуан Тайцзи тоже понес большие репутационные потери.
Теперь эти бэйлэ смели противостоять ему в решении вопроса с вооружением ханьской армии, и он должен был учитывать их мнение.
После долгих раздумий, Хуан Тайцзи, наконец, ответил: «Ма Гуанъюань и Ван Шисюань недавно возглавили Желтый и Красный ханьские Знамена. Бэйлэ не о чем волноваться. Прежде чем оснащать ханьские подразделения, сначала оснастим ружьями два Белых и два Синих Знамени. Когда все эти солдаты будут полностью экипированы, только тогда вооружим недавно присоединенных ханьцев».
Ма Гуанъюань и Ван Шисюань низко поклонились и хором ответили: «Мы поняли, Ваше Величество!»
***
25 июня было завершено строительство первого корабля Ли Джи.
Он назвал его Синьсин (новая звезда).
Главный судостроитель использовал гладкую еловую древесину в качестве рельсов и руководил более чем 200-ми корабелами, которые толкали корабль в воду.
Синьсин медленно скользила к берегу и, наконец, с хлопком упала в воду, расплескивая во все стороны огромные волны.
Когда дело было сделано, все корабелы возликовали.
Матросы быстро взобрались на борт и подвели Синьсин к небольшому причалу в императорской бухте. Вместе с Ча Юнке и сотней матросов Ли Джи поднялся на борт.
Моряки, которых набрал Ли Джи оказались бывалыми и умели плавать по морю. На морских просторах не было закона. При встрече с другими кораблями можно было беспрепятственно грабить. Исход зависел от того, кто был сильнее. В водах Восточной Азии господствовал пират Чжан Чжилун. Так же часто встречались голландцы, которые тоже не гнушались грабежом. По сути, все они были в чистом виде пиратами.