Глава 294 Достоин стать премьер-министром
Сунь Чуаньтин шел в окружении своей охраны по берегу реки Чжанхэ и потрясенно наблюдал за шумными сценами мелиорации земли.
В дни войны и хаоса по всей стране ситуация была нестабильной, бюрократы и знать не знали, что преподнесет завтрашний день. Размышляя о своих мелких выгодах, они становились все более недальновидными. Все, что они делали, это запугивали и вгоняли в непосильную кабалу своих крестьян, на объектах водного хозяйства повсюду царил беспорядок. Даже небольшое стихийное бедствие могло перерасти в крупные волнения в разных местах. Уже сейчас было много беженцев, которые вынуждены были разлучаться со своими семьями, чтобы спастись от голода и войны. Кто вообще разрабатывал новые сельхозугодия в такое время?
Но когда Сунь Чуаньтин прибыл в Уцин, повсюду создавались мелиорационные сооружения и осваивались поля. Когда обычные крестьяне строили оросительные каналы, они совсем не чувствовали себя обязанными это делать, наоборот, сами вызвались на строительство. Некоторые из них радостно переговаривались и пели песни, как будто тяжелая работа была для них праздником.
Сунь Чуаньтин стоял и смотрел, как женщина поднесла к строительной площадке два ведра с водой и с улыбкой передала их другим крестьянам. Радостный настрой людей создавал ощущение, что хорошие дни уже не за горами. На берегу реки был установлен цилиндрический механизм водяного колеса. Двое праздного вида крестьян проверяли его, потихоньку закачивая воду в канал. Когда вода стала набираться, крестьяне счастливо заулыбались.
Какая семья организовала строительство этого водного объекта? Неужели в эти смутные времена на территории династии Мин еще оставались люди, которые были способны на такой крупный проект? Откуда взялись смелость и решимость?
Все еще шел 12-ый год правления Чунчжэня, когда бушевали войны и стихийные бедствия. Так почему же Сунь Чуаньтин видел подобную картину счастья и довольства?
Он отправил своих охранников к строительной площадке, где стояли трое солдат, чтобы узнать у них, что за семья занималась строительством.
Когда они вернулись, Сунь Чуаньтин сразу спросил: «Вы узнали, что за семья ведет строительные работы?»
Один из солдат встал на одно колено и ответил: «Отвечаю господину, это генерал-губернатор Ли Джи! Он перевел эту землю в частную собственность и разрабатывает поля!»
Сунь Чуаньтин удивился, снова Ли Джи?
Он дрался с монголами и победил их, а сейчас занялся разработкой полей? Каналы, в постройке которых было занято более 10-ти тысяч человек, на первый взгляд казались большим проектом. И это только то, что Сунь Чуаньтин видел вблизи официальной дороги. Неизвестно сколько людей строили каналы в других местах, которые не были видны. Все же, это было большое дело!
Сунь Чуаньтин погладил бороду и задумался, после чего сказал: «Если Ли Джи разрабатывает частные поля, чтобы потом с них получать прибыль, тогда почему все эти люди так счастливы?»
Солдат ответил: «Господин, сейчас в сельском хозяйстве время затишья, и этим людям нечего было делать. Но Ли Джи позвал их на работу, за которую они смогут получить от 1 до 2,5 лян. Деньги платят каждые полмесяца и никогда не задерживают. Поэтому все крестьяне не только усердно работают, но и рады, что им не приходится сидеть без дела. Более того, некоторые из этих крестьян – недавно нанятые Ли Джи арендаторы. Они счастливы улучшать землю, на которой им вскоре предстоит жить и работать».
Сунь Чуаньтин обдумал услышанное и спросил: «Что такого радостного в работе арендатором?»
Солдат тут же ответил: «Я тоже об этом спросил. Крестьяне ответили, что быть крестьянином-арендатором в семье Ли совершенно не тоже, чем в других семьях. Во-первых, земли много. И мужчина, и сильная женщина каждый могут получить по 20 му земли (140 соток). Во-вторых, вся земля хорошая, потому что есть каналы для орошения. Можно использовать достаточно воды для полива. Так же генерал-губернатор предлагает купить в кредит домашний скот, чтобы было легче управляться с хозяйством и обеспечить хороший урожай. Наконец, земельная рента очень низкая. Генерал-губернатор берет только 30% от урожая, сюда входят и военные налоги, а 70% крестьяне могут оставить себе. Если так считать, то крестьяне смогут стать богатыми всего лишь за один год. Вот почему эти люди так счастливы!»
Рассказ удивил Сунь Чуаньтина, после чего он саркастически сказал: «Ли Джи был так безжалостен в войне с монголами, когда он успел стать таким добрым к простым крестьянам?»
Затем ему пришла в голову мысль, что этот проект в любом случае весьма прибыльное дело. «Если Ли Джи продолжит разрабатывать новые поля, он сможет заработать много денег».
Сунь Чуаньтин даже стал завидовать организаторским способностям Ли Джи. Громко фыркнув и отбросив длинные рукава назад, он крикнул: «Пойдемте! Отправимся в поселение Фань, посмотрим, что там у него!»
Когда они достигли границ поселения Фань, удивлению Сунь Чуаньтина не было предела.
Оказалось, что на самой территории поселения Фань было не так много разработанных полей. Некоторые были заброшены, видимо, крестьяне бежали с них во время военных действий. Но вдоль больших рек было выкопано много оросительных каналов, для новых полей. Все эти новые поля уже были убраны после сбора озимой пшеницы и засажены невысокими широколистными растениями.
Сунь Чуаньтин знал, что это растение – сладкий картофель, который Хун Чэнчжоу так и не смог внедрить в провинциях Шэньси. Поскольку урожай сладкого картофеля был высоким, Хун Чэнчжоу заставлял крестьян сажать его по всей провинции, чем едва не вызвал восстание. Тем не менее севооборот озимой пшеницы и сладкого картофеля – хороший план. Посадка сладкого картофеля через несколько месяцев после сбора озимой пшеницы могла восполнить полугодовой период сельскохозяйственного застоя. И хотя людям не нравилось есть сладкий картофель, он был хорошим кормом для свиней.
Но что больше всего удивило Сунь Чуаньтина, так это не сладкий картофель, а богатые деревни в окрестностях поселения.
В этих деревнях не было соломенных хижин, все дома были построены их кирпича и черепицы. Более того, это были просторные дома, которые занимали достаточно большую площадь. Было видно, что их отстраивали со временем, потому что цвет кирпича и черепицы немного отличался. Живущие в этих домах крестьяне жили хорошо, раз могли себе такое позволить.
Когда они выходили их своих дворов, их куртки и штаны не были ветхими или с заплатами. Все были одеты в чистую новую одежду, будто они могли покупать ее себе и менять, чтобы она не износилась. Крестьяне хорошо выглядели, совершенно не так, как худые и полуголодные крестьяне в других местах. Во дворах ферм были развешаны для сушки фрукты, мясо и рыба. В других местах крестьяне могли себе позволить съесть мясо не больше одного раза в год, а здесь это было похоже на обычный продукт. Неужели люди в поселении Фань ели мясо каждый день?
Сунь Чуаньтин продолжал наблюдать за происходящим по дороге, и увидел, как некоторые крестьяне праздно сидели в своих дворах и курили.
Могли ли они курить сухой табак? В провинции Шэньси даже мелкие землевладельцы не могли себе позволить подобное.
Пока Сунь Чуаньтин шел, у него сложилось впечатление, что он находится не на территории династии Мин.
Когда он подошел к городскому рынку, то удивился еще больше. Рынок был полон людей, и все покупатели были обычными крестьянами. Там были мясные лавки, где забивали свиней и тут же продавали их мясо. Были те, кто продавал кур, овощи, приправы, а так же те, кто продавал глиняные и железные горшки. Помимо этого продавали ткани, табак и чай, рисовое вино и фрукты. У всех дела шли хорошо. Простые люди несли бамбуковые корзины, чтобы сложить в них купленный товар. Кто-то активно торговался, все вокруг выглядело оживленным.
В других городах нельзя было увидеть такого процветающего рынка.
Рядом находилась небольшая винодельня. Несмотря на то, что был только полдень, многие люди, засучив рукава, пили вино и закусывали овощами. Здесь тоже было невероятно шумно. Сам магазинчик был переполнен, так что некоторые столы выставили наружу. Трое официантов порхали между столиков, как бабочки, подавая еду и собирая деньги. Они были очень заняты.
Рядом с винодельней Сунь Чуаньтин с удивлением обнаружил продавца четырех лошадей. Он улыбался и все время окликал проходящих мимо людей, предлагая им совершить покупку.
Все четыре лошади были вьючными, а не хорошими скаковыми лошадьми. Но сунь Чуаньтин впервые видел, чтобы кто-то продавал лошадей в простой сельской местности. Здесь не было землевладельцев, вся территория вокруг была частной собственностью Ли Джи. Могло такое быть, что некоторые крестьяне поселения Фань могли себе позволить купить лошадь и ездить на ней верхом?
Сунь Чуаньтин быстро посчитал в уме, что если супружеская пара, имея 40 му земли, будет платить 30% ренты, в случае, если они оба хорошие землевладельцы, то вполне можно собрать 50 ши зерна в год. В этом случае после всех уплат у семьи может остаться до 70 лян!
Это если не считать урожай сладкого картофеля. Тогда не было ничего удивительного в том, что крестьяне могли себе позволить купить лошадь.
Потом Сунь Чуаньтин вспомнил, что действительно видел кого-то ехавшего верхом по официальной дороге. Он не заметил, кто это был и подумал, что это какие-то члены знатных семей. Теперь он понял, что это могли быть простые крестьяне.
Чем больше Сунь Чуаньтин видел, тем сильнее впадал в состояние шока. Сравнивая с провинцией Шэньси, где люди были в отчаянном положении, ему казалось, что он попал в совершенно другой мир.
Сунь Чуаньтин остановился посреди официальной дороги рядом с рынком и рассеянно вздохнул. «Этот Ли Джи пошел в бой на врага, где на одного его солдата приходилась сотня вражеских солдат, и победил. Не ожидал, что он сможет так же хорошо управлять своей территорией и приносить людям пользу. Он в самом деле талантлив как в военных, так и в гражданских делах! Не удивительно, что император высоко его ценит!»
Если бы у него были способности, как у Ли Джи по защите страны и людей, разве бы терзали его Шэньси разбойники? Даже тщеславный Сунь Чуаньтин в этот момент был так потрясен, что посмотрел на Ли Джи совершенно другими глазами.
«Без страха садится на боевого коня, чтобы разить восточных рабов и спешивается, чтобы приносить благосостояние своим людям! Ли Джи настолько талантлив, что достоин стать премьер-министром!»