Глава 288 Запрет морской торговли провинции Фуцзянь
После ухода Ча Дэмбэя и государственных служащих, Ли Джи позвал к себе Хань Цзиньсиня и попросил его начать расследования а отношении этих чиновников, чтобы попытаться перехватить контроль. Не имело значения, сколько Хань Цзиньсиню потребуется средств, он должен был собрать все доказательства того, что эти чиновники нарушили закон. Когда доказательства будут на руках, тогда Ли Джи посмотрит, как они будут бороться с ним.
После того, как Ли Джи уладил все свои дела, в сопровождении своей охраны он отправился к Генеральный военный штаб Тяньзиня, чтобы вступить в должность. С собой он взял Чжэн Хуэя и еще 20 писцов, чтобы те занялись вопросами передачи власти.
Генеральный военный штаб располагался на западе Тяньзиня. Это было старое правительственное здание, и оно занимало большую площадь. У людей династии Мин была установившаяся традиция не ремонтировать ямэнь, когда они становились чиновниками. Поэтому здание уже неизвестно сколько лет находилось в очень плохом состоянии. Входом служили большие широкие ворота, посередине которых наверху висела большая мемориальная доска, на которой было написано «Генеральный военный штаб Тяньзиня». Войдя внутрь взгляд сразу падал на гранитный экран (защищал от неблагоприятного воздействия и нечистой силы) с изображением летящих облаков и текущей воды. Только он уже был обветшалый и местами рушился. В главном зале было пять комнат с полками для документов на которых лежали точные характеристики служебных кабинетов чиновников первого и второго рангов. Черепичная крыша была украшена фигурами глиняных животных. Система консольных капителей переходила в карнизы, так строили только в древнем Китае. Вокруг была выцветшая роспись. Несмотря на ветхость, все это великолепие выглядело впечатляюще.
Весь Генеральный военный штаб состоял из четырех дворов. Два первых двора были официальными помещениями, третий и четвертый располагались позади, эти помещения предназначались для семьи главнокомандующего.
Когда Ли Джи прибыл в Генеральный военный штаб, он тут же приступил к делам. Предыдущий главнокомандующий Ло Чжэндин был казнен по обвинению Ли Джи. После этого должность главнокомандующего Тяньзиня оставалась вакантной. Работу по передаче дел Ли Джи проводить было некому, поэтому на акте передачи стояла только его печать. Чжэн Хуэй и писари усердно трудились на протяжении двух дней, прежде чем оформить передачу дел. Только когда они закончили, Ли Джи официально вступил на должность главнокомандующего Тяньзиня.
После того, как все было убрано и приведено в порядок, Ли Джи привез в особняк свою мать и Цуй Хэ.
Цуй Хэ привыкла жить в недавно построенном Официальной зале в поселении Фань. Когда она увидела полуразрушенное здание, то тут же скривила носик: «Почему этот особняк такой ветхий? Неужели нам теперь придется жить в таком непривлекательном месте?»
Она поджала губы, и сердце Ли Джи тут же замерло от опасения, что она сейчас заплачет. Если она расплачется, неизвестно сколько уйдет времени, чтобы ее успокоить.
Но у Цуй Хэ было хорошее настроение, и она не заплакала. Вместо этого она обернулась и беззаботно сказала: «Теперь, когда я госпожа Гаомин первого класса, я должна следовать правилам, даже если это означает жить в полуразрушенном доме!»
После того, как Цуй Хэ присвоили титул госпожи Гаомин первого класса, она была невероятно счастлива и очень собой гордилась. А когда у нее было хорошее настроение, она не могла так просто заплакать.
Ли Джи с облегчением вздохнул: «Этот дом и в самом деле слишком старый. Думаю, сюда понадобиться принести несколько кошек, чтобы отпугивать грызунов».
Цуй Хэ кивнула и с сыном на руках вошла внутрь.
После того, как Ли Джи вступил в должность, в Тяньзинь хлынуло море чиновников различных уровней. Все они наведывались в особняк, чтобы его поприветствовать.
Теперь Ли Джи был попечителем-Тайбао, и император доверял ему, поэтому считалось, что он обладал огромной властью. Чиновники всех слоев общества в Тяньзине, к какой бы фракции они не принадлежали, не осмеливались оскорбить Ли Джи, поэтому все поспешили в гости с подарками. Даже если его считали предателем, не было никого, кто не хотел бы наладить с ним связь. Не только Тяньзиньские генералы, но и гарнизонные генералы, командующие юцзи, гарнизонные охранники из различных мест. Даже префекты и магистраты Тяньзиньских префектур и уездов, которые не имели никакого отношения к Ли Джи, тоже пришли с подарками в гости, опасаясь того, что Ли Джи на них обидится.
Начальник округа Хэцзянь, находившийся под военной юрисдикцией округа Тяньзиня, пришел к дверям Ли Джи с десятком подарков. Он просто сидел во втором зале и целый час разговаривал. От всех этих приемов у Ли Джи закружилась голова.
Наконец, когда поток посетителей закончился, Ли Джи мог спокойно выдохнуть и заняться своими делами.
Он должен был найти племянника Ча Дэмбэя, чтобы обсудил с ним кораблестроение.
Ли Джи теперь был главнокомандующим Тяньзиня и отвечал за береговую оборону, естественно его интересовал выход в море. Поздняя эпоха династии Мин была великой эпохой мореплавания. Самым прибыльным бизнесом считалась морская торговля. В ту эпоху на океанах доминировали западные страны. Они открывали новые континенты и заложили основу мировой гегемонии. Но и на Востоке были свои морские повелители, такие как Чжэн Чжилун и Чжэн Чэнгун, которые были так же богаты, как и их западные соперники. В такую эпоху Ли Джи никак не мог отсиживаться в уголке Тяньзиня и отказываться от возможностей, которые с собой несли бескрайние морские просторы.
Конечно же, как путешественник во времени Ли Джи не мог использовать устаревшие парусные торговые корабли этой эпохи. Если полагаться на парусные корабли, то можно было выходить в море только в сезон дождей. А длительные рейсы можно было совершать только раз в год, что было очень неэффективно. Даже для торговли с Восточной Азией требовалось 1,5-2 месяца. Остальное время приходилось сидеть на берегу и ждать сезона дождей.
Если судно не будет зависеть от муссонов, оно сможет совершать 5-6 рейсов в год, а то и больше. Такая эффективность в несколько раз превосходила парусные суда.
Корабль, который не зависит от муссона – это и есть настоящий корабль. Ли Джи планировал построить несколько колесных пароходов с паровым двигателем для выхода в море и торговли. Он изучал паровые двигатели. Будучи промышленным дизайнером, которому необходимо разобраться в знаниях всех сфер жизни, Ли Джи изучил паровые машины и прочитал о них множество статей.
Теперь, когда у него были расточные станки, подшипники и кузницы, где ковались стволы винтовок, построить паровой двигатель не составляло труда.
Но для начала следовало хорошо разобраться в вопросах судостроения, в противном случае, если он построит паровой двигатель, то у него не будет корабля. И не известно, сколько придется ждать.
Ча Юнке уже имел деловые отношения с Ли Джи, и они сложились намного лучше, чем с его дядей. Ли Джи послал человека, и Ча Юнке немедленно приехал в Генеральный военный штаб.
Войдя в главный зал, Ча Юнке распростерся на полу и прокричал: «Ча Юнке приветствует генерал-губернатора!»
Ли Джи улыбнулся и помог ему подняться со словами: «Как обстоят дела в этом году?»
Ча Юнке встал и отряхнулся: «В прошлом месяце два корабля отправились с северо-восточным ветром в Японию. Ожидаем их возвращения через три месяца. На борту помимо других товаров в основном шелк. Отношения в сфере продаж давние, с ними все в порядке, но вот цены немного занижены».
Ли Джи полюбопытствовал: «Почему нельзя продавать по более высоким ценам?»
Ча Юнке вздохнул и гневно сказал: «Чтобы собрать налоги, в первом месяце прошлого года император наложил запрет на торговлю с Фуцзянь. В результате несколько десятков кораблей вынуждены были отправиться в Восточную Азию. Такое предложение превысило спрос Японии и пришлось снижать цены».
Ча Юнке был морским торговцем и его возмутил запрет Чунчжэня на морскую торговлю.
Это было легко понять, полагающийся на власть и силу контрабандист, Ча Юнке вел бизнес, создав монополию. Чтобы взимать таможенную пошлину, император ввел запрет на морскую торговлю. Это обесценивало всю силу, стоящую за плечами Ча Юнке. Без своей контрабандной монополии он не мог получать сверх прибыли со своего бизнеса.
Когда Ли Джи посмотрел на расстроенного Ча Юнке, то нашел его забавным.
Откашлявшись, он сменил тему: «Господин Ча, я хочу построить два больших корабля и хотел бы у вас попросить рекомендовать судостроителей».