Глава 273 Нет пути назад
Повреждения дробью внесли смуту в передние ряды.
Большинство из вступивших в бой 60-ти тысяч цинских солдат были пехотинцами и кавалеристами в тяжелых доспехах. На каждом было по одному, а то и по два слоя брони. Но доспехи, которыми так гордилась цинская армия были совершенно беззащитны перед дробью. Это нанесло огромный вред моральному духу солдат.
Но с расстояния 300 метров сила дроби была небольшой, поэтому было убито всего несколько сотен человек. Цинским офицерам понадобилось какое-то время на то, чтобы с помощью хлыстов вернуть рядовых солдат в строй, после чего движение продолжилось.
Впереди перед цинской армией были четыре замощенных траншеи, мосты на которых имели ограниченную грузоподъемность. Часто лошадь весила больше 1000 цзин, очевидно что мосты не выдержат, когда на них заедет целый строй. Всей цинской армии предстояло идти пешком. К тому же теперь напуганные на поле боя лошади не будут создавать беспорядков.
На самом деле у цинской армии тоже были пушки, Доргон вез с собой 50 штук. Этого количества было недостаточно, чтобы противостоять артиллерийской мощи Ли Джи, поэтому они не стали их использовать. Более того, эти 50 пушек были настоящим сокровищем цинской армии. На сбор средств на них ушло несколько лет. Пушки были просто необходимы при взятии городов и крепостей. Если бы они выставили их против артиллерии Ли Джи, то очень скоро бы их подбили, а Доргон не хотел лишиться своего сокровища.
Более 60-ти тысяч солдат ускорили шаг и устремились к опорному пункту армии Мин, который находился в несколько сотен метрах от них.
Когда они достигли первой траншеи, пушки Ли Джи снова выстрелили.
Дождь дроби полетел в цинскую армию. В воздухе дробь издавала жужжащий звук. Слившись в едино, звуки 14 тысяч снарядов превратились в вой. Потребовалось лишь мгновение, чтобы они вонзились в строй цинских солдат, пробивая доспехи и вонзаясь в плоть.
Доспехи не выдерживали и разваливались. После того, как снаряд пронзал одного солдата, он летел дальше и попадал в следующего. Перед лицом силы стали и пороха человеческое тело было беспомощным, словно хрупкая бумага.
На этот раз дистанция была ближе, и точность дроби увеличилась. Почти тысяча солдат в первых рядах были повержены и упали на землю. Отовсюду понеслись крики и стоны, что не могло не подорвать боевой дух позади идущих. Кровь, изувеченные конечности и куски мяса были повсюду. Все пространство куда ни кинь взгляд окрасилось в красный. Линия фронта цинской армии напоминала фабрику по убою свиней.
Армия Цин снова понесла потери, что сказалось на общей обстановке. Почему минская артиллерия стреляла с такими короткими паузами? Разве им не нужно было время на перезарядку? При такой скорострельности очень скоро цинские войска лишаться своего численного преимущества.
Солдаты, которые теперь оказались в первых рядах побледнели, будто минская армия уже выпустила по ним следующий залп.
Но в этой битве не было пути назад. В цинской армии были тысячи байяла, если солдаты побегут, это будет означать для них верную смерть. Десятки тысяч солдат воинственно взревели. В таком состоянии человеческие надпочечники вырабатывают гормон, который делает смерть менее страшной. Первые ряды цинских солдат стиснули зубы и бросились вперед, будто позабыли свои страхи. Размахивая оружием, они подошли к первой траншее и стали переходит через нее по мостам.
Фронтовая часть укреплений Ли Джи была шириной всего 700 метров, поэтому траншеи оказались слишком узкими для целого войска. Солдаты не могли перейти их все вместе и это могло вызвать толкучку и столпотворение. Поэтому было решено разделиться на две группы. Первая группа, возглавляемая пятью чжанцзинами, состояла из 20-ти тысяч человек и ей предстояло двигаться вперед. Вторая группа из 40-ка тысяч человек останется ждать на краю траншеи, готовая поддержать первую группу.
Но Доргон считал, что эти 20 тысяч человек и сами смогут разбить армию Ли Джи без прикрытия второй группы. Рвы перекрыты мостами, а впереди лишь равнина. У Ли Джи было всего 10 тысяч солдат. Что они могли сделать против 20-ти тысяч маньчжуров?
В тот момент, когда первая группа цинских солдат пересекла первую траншею, 600 винтовок дивизии Хубэнь открыли по ним огонь. С расстояния 200 метров пули полетели в цинских солдат, руки которых были по локоть в ханьской крови. Первые ряды сразу как срезали серпом. На таком расстоянии конические пули не могли пробить двухслойную броню кавалеристов, но они были смертельны для пехотинцев и вспомогательных войск с их ватными доспехами.
Одним залпом было убито более 300-от монголов.
Раненые солдаты, закрывали раны и громко кричали. Но вскоре силы их покинули, они стали тише, а потом и вовсе упали в собственные лужи крови.
Армия Цин набралась храбрости и продолжила двигаться вперед к минским укреплениям.
Не успели они пройти и дюжины шагов, как на них снова посыпался град пуль.
Брызги крови, как новогодние фейерверки расцветали над цинскими солдатами. Сила удара пули была такой, что кровавые брызги отлетали на 2-3 метра, обрызгивая рядом идущих. Оставшиеся в живых первые ряды монголов стояли полностью покрытые кровью, будто только что вышли из ада.
Более трехсот монголов вновь упали на землю.
Раненые катались от боли и кричали, но на них никто не обращал внимания. 60-ти тысячная армия была движима одним общим импульсом продвигаться вперед, поднимая боевой дух еще живых солдат и полностью игнорируя раненых.
Рядовые пехотинцы в которых стреляли, но не убили, получили самый большой стимул. Раз винтовки дивизии Хубэнь ничего не смогли им сделать, значит они неуязвимы. Громко закричав, они бросились в атаку.
Монголы приближались ко второй траншее. На ней смогли установить всего около ста мостов. Солдаты сгрудились у входа и стали переходить малыми частями.
Из-за недостаточного количества установленных мостов скорость атаки снизилась.
В этот момент раздался третий залп из винтовок.
Снова послышались крики и первые ряды рухнули на землю.
Солдат-кавалерист в двойных доспехах бросился вперед, понадеявшись на прочность своей брони, но был ранен пулей в голову. Половина его головы превратилась в кровавое месиво. Кровь и мозговое вещество полились наружу, забрызгав проходящего мимо пехотинца. Тот от неожиданности замер, коснулся своего лица и увидел на руке кровь.
Как только отгремел залп, монголы снова бросились вперед, но через дюжину шагов прогремели одновременно третий артиллерийский и четвертый оружейный залпы.
Дождь из пуль покрыл небо и был похож на огромную сеть, которая лишь одним своим прикосновением могла отнять сотни жизней. Артиллерийские снаряды и оружейные пули накрыли монголов, вызвав море крови. Когда снаряд касается человеческого тела, будь то рука, нога, грудь или бедро, он тут же пробивает его насквозь. Кусочки плоти и крови были повсюду. Тем, кому посчастливилось выжить при прошлых обстрелах, в этот раз не было и шанса остаться в живых. Солдаты не могли понять, куски плоти и кровь на их телах их собственные или чужие. Они кричали от ужаса под кровавым дождем, а в следующую секунду уже бесчувственные падали не землю.
Эта очередь обстрелов окончательно напугала цинские войска. Первые ряды замедлились, опустили головы и больше не осмеливались двигаться вперед.