Глава 227 Возобновление войны
22 сентября на 11 год правления Чунчжэня, в провинции Кёнгидо вновь разразилась военная катастрофа. Армия Цин собрала 100 000 солдат и вторглась в столичную область.
Жители Кёнгидо еще не успели оправится от прошлой беды, как их постигла следующая, разрушая семьи и жизни.
Цинская армия была разделена на две группы. Генералом, командующим войсками левого крыла, был назначен принц Жуй Доргон. Его заместителем и помощником стал бэйлэ (титул монголов, состоящих в родстве с царствующим домом цинской династии) Хоргг Аба. Бэйлэ Юэтуо был командующим Янву, он стал генералом войск правого крыла и сделал своим заместителем бэйлэ Дуду. Разделившись на два крыла, Цинская армия атаковала династию Мин, пройдя через Великую стену от Цзянцзылина через перевал Циншань и вошла в районы столицы.
У Аэн губернатор Цзилиао и главнокомандующий Лу Цзуньвэнь потерпели поражение в бою и погибли. Главнокомандующий У Гоцзюнь и инспектор армии старший евнух Чжэн Сижао сбежали. Затем армия Цин двинулась прямо на столицу и разместила свои войска у подножья горы Нюлань в уезде Шуньи, на столичной окраине.
Император Чжу Юцзянь был потрясен, получив эту новость, и ввел военное положение в столице. После этого он отдал приказ генерал-губернатору Лу Сяншэну и генералам Ян Гожу, Ван Пу, Ху Давэю и другим генералам возглавить войска в подготовке к обороне.
25 сентября Чжу Юцзянь вызвал министра военного министерства Ян Сычана во дворец Цяньцин, чтобы обсудить ситуацию.
Чжу Юцзянь очень доверял Ян Сычану и можно было сказать, что полагался на него.
В прошлом году Ян Сычан предложил стратегию раскидывания сетей в четыре стороны, шесть углов и десять направлений. Это было сделано для устранения разбойников, и он добился результатов. В августе прошлого года Сюн Вэньцань возглавил Ли Джи и других командиров, чтобы разгромить коалицию из шести банд. В ходе проведения операции было обезглавлено 40 000 бандитов, а площадь на которой лежали груды трупов раскинулась на 10 ли.
В марте губернатор Хун Чэнчжоу приказал Цао Бяньцзяо и Хэ Жэньлуну возглавить войска, чтобы разгромить Ли Цзычэна в Таочжоу. Ли Цзычэн увел остатки своей армии в горы, не осмеливаясь высовываться. В начале апреля Сун Вэньцань привел Цзо Лянъюя и Хуан Дэгуна снова сразится с Ло Рукаем. В середине апреля Чжан Сяньчжун, несколько раз терпевший поражение от Сюн Вэньцаня, попросил главнокомандующего Чэнь Хунфаня заступится за него перед Сун Вэньцанем, а в качестве выхода из положения предложил сдаться в уезде Гу.
С прошлого года, с момента вступления в должность военного министра Ян Сычана, несмотря на то, что пришлось увеличить земельный налог, нагружая крестьян, был нанесен непоправимый урон разбойникам, поставив бандитские формирования на грань выживания. Чжу Юцзянь очень гордился своей способностью видеть потенциал людей и был рад тому, что вовремя разглядел и Ян Сычана, на которого теперь полностью полагался.
Когда Ян Сычан услышал зов императора, он не мешкая побежал во дворец Цяньцин. Прибыв на место, он упал на колени и громко закричал: «Ян Сычан приветствует императора!»
Чжу Юцзянь кивнул: «Пожалуйста, поднимись и присядь сюда».
Военный министр послушно встал и присел на краешек принесенного евнухом стула, как того требовал этикет. Всем корпусом он поддался вперед, показывая, что готов слушать императора.
Его поза понравилась Чжу Юцзяню, она показывала, как Ян Сычан отличался от других его министров. Он не только проявлял не дюжий ум в своей работе, но и был предан, талантлив, достоин большего применения.
В первые годы, когда Чжу Юцзянь только взошел на престол, он часто имел дело с отцом Ян Сычана, Ян Хэ. В то время Ян Хэ изо всех сил старался утихомирить бандитов, но те не сдавались, вновь и вновь восставая. В конце концов, Ян Хэ отправился охранять границу. Неожиданно через несколько лет Чжу Юцзянь обнаружил, что сын Ян Хэ был настолько талантлив, что способен принести мир в Поднебесную.
К тому времени Цинская армия перешла перевал и ситуация была опасной. Чжу Юцзянь перестал быть вежливым с Ян Сычаном и спросил: «Теперь, когда восточные рабы вторглись, что именно Ян Сычан предлагает сделать?»
Ян Сычан посмотрел в глаза императора и почтительно сказал: «Подчиненный считает, что ситуация с разбойниками, как трудноизлечимая болезнь сердца. Бедствия, вызванные восточными рабами, как затяжная боль в плече. Хоть плечи и важны, но еще страшнее заболевание сердца. Если вовремя не вылечить, то есть опасность, что в один день можно истощиться и умереть».
Чжу Юцзянь спросил: «Что Ян Сычан имеет в виду?»
Ян Сычан ответил: «Прежде чем сражаться с внешним врагом, сначала мы должны уладить внутреннюю ситуацию. Предлагаю заключить мир с восточными рабами, уничтожить бандитов, после чего вернуться, чтобы разобраться в восточными рабами окончательно».
Слова военного министра глубоко поразили императора, и он задумался.
Увидев, что император надолго замолчал, стоявший в стороне евнух подошел к нему и прошептал: «Ваше Величество, в настоящее время мы сражаемся на двух фронтах: и с внутренним врагом, и с внешним. Наши войска напряжены до предела. Если мы оставим военные силы дальше разбираться с разбойниками, восточные рабы принесут большие разрушения. Но если мы перекинем войска и начнем с ними сражаться, то разбойники нападут на нас с тыла. Текущий план состоит в том, чтобы сначала договориться с восточными рабами, а затем, после победы над бандитами, когда мы сможем отвести войска, сразимся с ними».
Чжу Юцзянь удивленно посмотрел на Гао Цицяня. Он никак не ожидал, что этот министр тоже предложит заключить мирный договор с монголами.
Однако подобные переговоры вовсе не были пустяковым делом и несли в себе большие трудности.
Во времена династии Мин переговоры о мире с иностранными врагами всегда были морально неприемлемой политикой. Со времен Чэнджу (посмертное имя императора Чжу Ди 1402-1424 гг правления) все императоры династии Мин особо охраняли столицу, которая расположилась на месте сотен сражений между Чжао и Яном. Так же никогда не существовало национальной политики по договорам с восточными рабами. Если Чжу Юцзянь решит проводить переговоры о мире с монголами, не было никаких гарантий, что они будут успешными.
В первые годы Чунчжэня (девиз правления 1628-1644) Юань Чунхуань (политический деятель, писатель и военачальник 1584-1630) пытался вести переговоры с восточным рабами в частном порядке. Но в конечном итоге был казнен через обезглавливание сразу после того, как Чжу Юцзянь взошел на престол. Поскольку Чжу Юцзянь придерживался позиции сражаться с восточными рабами до победного конца, как можно было терпеть развернувшиеся разговоры о мире?
Однако если мирные переговоры принесут результат, достижения будут и правда большими.
Чжу Юцзянь задумался: если мирные переговоры пройдут успешно, как сложится ситуация? Императорский двор сможет сосредоточится на истреблении бандитов, им больше не нужно будет перекидывать войска к Цзилиао для защиты от армии Цин. Всего за год элитные войска пограничных округов смогут истребить всех выживших бандитов.
Подумав об этом, Чжу Юцзянь поджал губы, настолько привлекательной показалась ему перспектива успешных мирных переговоров.
Однако чтобы договориться о мире с восточными рабами, восточные рабы должны на него согласиться. Еще неизвестно, какие условия они выдвинут. Если они пойдут на мир, но условия окажутся слишком суровыми, когда придет время, придворные чиновники обязательно воспользуются этим, чтобы обвинить Чжу Юцзяня в неудаче.
Подумав об этом Чжу Юцзянь взглянул на военного министра.
Почему бы ему все вопросы о мире не оставить на Ян Сычана? Если все пройдет хорошо, он просто его похвалит. Но если что-то пойдет не так, вся ответственность ляжет на плечи Ян Сычана, и чиновники не станут на него нападать.
Чжу Юцзянь вздохнул и ничего не сказал.
Ян Сычан не выдержал и спросил: «Что вы думаете, Ваше Величество?»
Чжу Юцзянь посмотрел на него и беззаботно ответил: «Я ничего не скажу!»
Ян Сычан опешил, но быстро взял себя в руки: «Ваше Величество, так мы будем вести переговоры о мире?»
Чжу Юцзянь снова ответил неопределенно: «Я ничего не могу сказать!»
Ян Сычан не осмелился спросить снова. Он был умным человеком и немного поразмыслив, понял, что Его Величество имел в виду. Намерение императора состояло в том, чтобы позволить ему действовать конфиденциально и отчитаться перед ним только в том случае, если работа будет сделана хорошо.
Ян Сычан встал и поклонился: «Подчиненный все понял! Он уходит!»
Под пристальным взглядом Чжу Юцзяня Ян Сычан покинул дворец Цяньцин.
Отправив военного министра прочь, император обвел взглядом зал Цяньцин, задержался на большой надписи, которая гласила: «Уважай небесные законы предков», и вздохнул. Императорам династии Мин действительно не легко пришлось. Что за небесные законы предков? Интересно, доводилось ли уважаемым предкам сталкиваться с такими неизвестными вещами, как мирные переговоры? Как бы предки справились с возникшей дилеммой?
Но тут Чжу Юцзянь вспомнил о Тяньцзине! Он гордо стукнул рукой по столу с докладами. У него все еще был козырь в рукаве!
«Ван Чэнгэн!»
Ван Чэнгэн быстро выбежал из боковой двери: «Я здесь!»
«Армия Ли Джи давно отдохнула! - Затем продолжил, повысив голос: - Передайте приказ полковнику Ли Джи привести свою армию в боевую готовность! Пусть приедет в столицу для встречи с этим императором!»