Глава 197 Банкет
На этот раз все 16 командиров батальона Ли Джи были повышены до сотников, а 50 командиров роты повысили до командиров знамени. Всем подчиненным Ли Джи была присвоена новая форма и значки, они были рады стать более крупными чиновниками. Десятки военных подчиненных оделись в новую форму и собрались во дворе.
Ли Джи приказал слугам закупить баранины, овощей и соджу, а также нанял поваров с ресторана, чтобы они приготовили блюда для празднования.
После 30-ти чаш соджу, Ли Син был уже очень пьян. Он подошел к Ли Джи и положил ему руку на плечо: «Брат, я раньше никогда не думал, что смогу стать высокопоставленным чиновником, это меня до смерти пугает! Раньше у нашей семьи не было денег даже для того, чтобы рассчитаться с семьей Сяо, поэтому я думал, что мне суждено проработать слугой до конца своих дней!» Подняв голову, Ли Син уставился в синее небо: «Теперь я высокопоставленный чиновник четвертого ранга, пришло время найти жену. Ты поможешь мне?»
На что Ли Джи ответил: «Я не знаю какая девушка будет хороша для тебя. Лучше найми себе сваху».
Ли Син посмотрел на него и спросил: «Брат, будут ли у тебя в будущем еще повышения?»
«Очень скоро меня снова повысят!»
Ли Син пробормотал: «Тогда мне нужно найти кого-нибудь подходящего».
Второй дядя Ли Дао вклинился в разговор с полным ртом овощей, которые еще не успел как следует пережевать: «Ли Син прав! Следует быть осторожным в выборе жены! Как только ты возьмешь жену, любая другая девушка, на которой ты женишься станет уже наложницей. Ни одна приличная девушка их хорошего семейства не захочет становиться наложницей. Теперь, даже если я захочу взять в жены какую-нибудь хорошую девушку, то не смогу. Если бы я раньше знал, что меня так быстро повысят по службе, то я бы не выбрал свою жену, а женился на ком-нибудь покрасивее!»
Слова Ли Дао вызвали у всех осуждение. Все говорили, что это неправильно и нельзя бросать старую жену. Его решили наказать питием полной чаши соджу. Громче всех кричал Чжэн Кайчен и требовал от Ли Дао выпить сразу три чаши.
Ли Дао покосился на Чжэн Кайчена и выругался: «Чжэн Кайчен, осмелишься сказать, что ни о чем не сожалеешь? Если бы знал, что тебя так быстро повысят до тысяцкого, женился бы на своей жене? Разве не хочешь найти получше?»
Чжэн Кайчен буркнул: «Я давно знал, что если последую за командиром, то высоко продвинусь, так что женился так, как и было запланировано! Так что я не такой, как ты, который едет на осле, пока не найдет лошадь!»
Все удивились, услышав слова Чжэн Качена о том, что он все знал заранее. Соврал или сказал правду?
Чжэн Юань сделал глоток соджу и с волнением в голосе произнес: «Последовав за нашим господином, я даже представить себе не мог, что наступит такой как сегодня день! Моя жена снова беременна, возможно на этот раз будет двойня! Я скажу это, даже если меня засмеют: раньше наша семья была настолько бедной, что мы с женой боялись жить в одной комнате! После десяти лет брака у нас так и не было детей!»
Чжэн Кайчен выпалил: «Теперь, когда вы стали тысяцким, то сможете не только делить одну комнату, но и взять наложницу!»
После этих слов все рассмеялись.
Сюэ Саньку, которого тоже только что повысили до тысяцкого, взял чашу соджу и обратился к Ли Джи: «Господин, раньше я был самым бедным в семье и у меня не было денег, чтобы взять себе жену. Если я продолжу следовать за вами, то смогу найти себе самую лучшую жену, и все мои родственники будут мне завидовать! Господин, этот тост за вас!»
Ли Джи накрыл свою чашу рукой: «Нет! Если хочешь выпить за меня, то выпей сам!»
Сюэ Саньку не хотел так просто его отпускать: «Господин, выпейте полчашки, а я выпью целую!»
«Половина чашки тоже больно обожжет желудок».
В конце концов, подначиваемый своими подчиненными, Ли Джи выпил еще с десяток чаш вина и пролежал с головной болью до обеда следующего дня.
К вечеру он немного приободрился и начал собираться на банкет, устроенный военным министром Ян Сычаном.
Дом Ян Сычана располагался в переулке западной части города. Район был богатым и вокруг дома военного министра было много богатых усадьб с резными изящными стенами. Ли Джи вошел внутрь и представил свою карточку, после его проводили в главный зал.
В главном зале его уже ждал Ян Сычан. Увидев Ли Джи, он встал, чтобы поприветствовать его. Видя такую вежливость премьер-министра, Ли Джи тоже не остался в долгу, поклонился и вручил список подарков.
Ян Сычан взял список подарков, посмотрел на него и, увидев, что там было почти тысяча подарков, улыбнулся: «Заем полковнику тратить столько на простой банкет?»
Ли Джи улыбнулся в ответ: «Это сего лишь проявление уважения».
Они сели вместе, как хозяин и гость, чтобы обсудить последние новости. Так как они встретились только во второй раз, то у них было не много тем для разговора. Через четверть часа пришел виновник торжества, губернатор Баодина Дин Кайчу.
Все трое тепло поприветствовали друг друга и сели за стол, чтобы начать ужин.
Ужин был роскошным, здесь были: суп из акульих плавников, запеченные на гриле моллюски, мидии в вине, жареная оленина и др. У Ли Джи при взгляде на них разыгрался аппетит.
Ян Сычан и Дин Кайчу были достаточно хорошо знакомы друг с другом, и у них было много тем для разговоров. Дин Кайчу оказался очень хорошим собеседником и при каждой возможности старался польстить Ян Сычану, что не могло того не радовать. Когда Дин Кайчу заговорил о недавней победе в Аньцине, он отдал Ян Сычану полную в этом заслугу, ссылаясь на его гениальную стратегию и планирование. Он совершенно игнорировал сидящего в стороне Ли Джи.
Но Ли Джи это вовсе не волновало, он был занят поглощением вкусной еды. Только спустя долгое время, его вдруг отвлек неожиданный вопрос Ян Сычана: «Полковник лично вел войска в этом бою. Я восхищаюсь полковником! Как полковник считает, мы сможем в нынешней ситуации умиротворить все стороны сразу?»
Ли Джи этого не ожидал и чуть не подавился акульим плавником. Задумавшись на некоторое время, он ответил: «В нынешней ситуации этот военный атташе не стал бы наращивать военную мощь. Необходимо исправить текущую ситуацию и подобрать честных чиновников для руководства войсками. Нужно, чтобы военные атташе не воровали и поменьше пили крови простых солдат, тогда те смогут сосредоточится на тренировках и боях. В тоже время мы должны отказаться от дурной привычки негласно делить военные заслуги между военными, чтобы действительно выдающиеся генералы могли выделиться. Только так можно будет повысить боеспособность армии и победить разбойников».
Услышав возражение Ли Джи против разделения заслуг, Ян Сычан посмотрел на него и надолго замолчал, прежде чем сказать: «То, что сказал полковник вполне разумно, но существует множество препятствий на пути к изменению текущего положения дел. Этого невозможно добиться в одночасье. Сейчас не хватает жалования для карательной экспедиции против бандитов, разве это не первоочередный вопрос?»
Подумав, Ли Джи ответил: «Попросите денег у торговцев, дворянства и членов царствующего дома. Ныне бедняки несут на себе все государственные налоги, в то время, как торговцы и дворяне налогов не платят. Недобросовестные люди держат земли, записав их на подставных лиц, чтобы не платить земельного налога. Поэтому весь земельный налог за эти неправомерные поля ложится на плечи простых крестьян, делая их еще более несчастными, чем они уже есть. Если так и дальше будет продолжаться, сборщики налогов не только не смогут взимать причитающиеся налоги, но и доведенные до нищеты бедняки будут продолжать становиться разбойниками.
Только тогда, когда все дельцы и торговцы станут платить налоги, страна сможет стать богатой. Только когда дворяне и царские рода будут платить земельный налог, бедняки смогут избежать разорения и участи стать бандитами».
Услышав слова Ли Джи Ян Сычан улыбнулся: «То, что сказал полковник вполне разумно, но трудно осуществить требование об уплате налогов дворян и дельцов».
Ли Джи сложил руки и поклонился: «Это то, что должны решить советники по военным вопросам и важные господа при дворе».
Ян Сычан засмеялся и ничего не ответил.
Ли Джи улыбнулся: «Это всего лишь шутка за столом, советнику не стоит на это обращать внимание».
После этого они перестали обсуждать государственные дела. Ли Джи еще несколько раз ответил на вопросы Ян Сычана и Дина Кайчу, после чего встал и откланялся. Ян Сычан был настолько высокого мнения о юноше, что проводил его до двери. Ли Джи был рад видеть, что премьер-министр так высоко его ценит.