Глава 188 Смерть Чжан Кевана
Конница приближалась: 2 ли, 1,5 ли, 1 ли… Когда она была на расстоянии 800 метров, Ли Джи отдал приказ артиллерии стрелять. Благодаря высокой температуре черный порох в стволе взорвался и вытолкнул снаряд наружу. Выплюнув огонь и черный дым, дула 80-ти артиллерийских орудий выпустили ядра, которые словно боги смерти полетели в пятнадцатитысячную конницу бандитов.
Пушечные ядра рикошетили, отталкивались от земли и убивали большое количество бандитов. Такого рода снаряды даже если слегка заденут край тела, обязательно нанесут большие повреждения и опрокинут наездника на землю. Те солдаты, которым ядра попадали в туловище, тут же умирали от переломов костей, даже не успев упасть.
Кавалерия Чжан Кевана уже знала о жестокости артиллерийского огня армии Ли Джи, поэтому не слишком запаниковала после первого залпа. Чжан Кеван увидел, что Ли Джи атакует пушечными ядрами и приказал своей кавалерии быстро рассеяться, чтобы снарядам было сложнее попасть в людей. После того, как кавалерия распределится, потерь должно стать значительно меньше.
Разбойники стремительно приближались, 600 метров, 500, 400, 300… Когда они уже были на расстоянии 200 метров, артиллерия закончила перезарядку орудий и сделала залп дробью в сторону солдат Чжан Кевана.
Дробь стреляет на расстояние 250 метров, поэтому дождь из дроби накрыл первые ряды разбойников на протяжении 50 метров. 80 пушек сделали залп, и огневая завеса унесла много жизней разбойников, ехавших в первых рядах.
Бандиты в первых рядах падали, как скошенная трава и бандиты позади них начали паниковать. В частности те, кому не достались хорошие боевые кони и им приходилось ездить на вьючных. Как только вьючные лошади услышали звуки артиллерии, то сразу запаниковали, и их всадники потеряли управление. Они развернулись и побежали назад, вызывая хаос и столпотворение.
Чжан Кеван увидел, что артиллерия правительственных войск лишила его конницу импульса и приказал подчиненным трубить в рог.
Позади бандитской артиллерии прозвучало более дюжины горнов. Этот звук воодушевил перепуганных бандитов вновь обрести храбрость. Они перегруппировались и продолжили мчаться на армию Ли Джи.
Однако, как только они набрали обороты, по ним дали залп стрелки Ли Джи. Бандиты сосредоточили свою атаку по центру, стрелки Ли Джи быстро с двух сторон переместились к центру, переформировав боевой порядок в клин журавля.
7500 стрелков окружили Ли Джи с трех сторон и безжалостно расстреляли приближающуюся к ним кавалерию, атакующую центр дивизии Хубэнь.
За один залп было выпущено более 1000 пуль, сбив с ног первые ряды атакующей кавалерии. За первый подход с коней упало не менее восьмисот бандитов.
Павшие солдаты послужили преградой едущих позади, что снова вызвало хаос.
Кавалерия объехала павших собратьев и снова ринулась вперед, но не успела пройти и двадцати метров, как снова раздался залп дивизии Хубэнь. Первый строй кавалерии снова рухнул, как подкошенный, и вновь начались беспорядки.
Увидев множество лежащих на земле и громко стонущих товарищей, бандиты испугались, их темп атаки замедлился. Никто не осмеливался продолжать бежать вперед в поисках смерти.
Чжан Кеван снова громко отдал приказ, чтобы трубили горны и предали кавалеристам смелости продолжить атаку.
Услышав горн, кавалерия собралась с силами и продолжила двигаться.
Но все что их ждало впереди, это непрерывная стрельба постоянно меняющихся шести рядов солдат Ли Джи. Закончив стрельбу, первый ряд стрелков отступили вправо, а позади них второй ряд прицелился и сделал выстрел. Солдатам Ли Джи на это потребовалось всего 4 секунды. Пехота давала залпы снова и снова, нажимая на спусковые крючки и осыпая кавалерию бандитов боеприпасами на поле боя. Солдаты Ли Джи, много практиковавшиеся в стрельбе по мишеням, стреляли на расстоянии 100 метров с вероятностью 70%. Непрерывные звуки залпов артиллерийского огня были подобны провозглашению смерти, которая прочно закрепила свое господство на этом поле боя шириной в 2 ли.
Неважно, элитный ли вы ветеран или обычный кавалерист в доспехах, перед пулями из винтовки Мини все были равны.
Кавалерийская атака Чжан Кевана была похожа на бросок в болото, каждые 20 метров падали до восьмисот кавалеристов, будто навсегда увязая в трясине.
Неизвестно, сколько жизней кавалеристов надо использовать, как пушечное мясо, прежде чем кавалерия доберется до официальной армии, чтобы сразиться с ней на мечах.
Поле боя было наполнено тошнотворным запахом плоти и крови, тела, разорванные пулями Мини лежали повсюду.
Продвинувшись на 110 метров, кавалерия бандитов оставила более 4000 трупов. Боевой дух бандитов окончательно рухнул. Это была не война, это было – массовое самоубийство. Первые ряды кавалерии в панике замедлили лошадей, надеясь, что едущие позади вырвутся вперед и загородят их от пуль. Но едущие позади тоже видели ситуацию. Как они могли бездумно броситься вперед? Они тоже стали замедляться.
Увидев, что боевой порядок конницы вот-вот развалиться, Чжан Кеван приказал еще раз протрубить в горн.
Но горн не возымел никакого действия. Через несколько секунд после того, как кавалерия замедлила коней, более тысячи пуль вылетело на поле боя и снова сбило бесчисленное множество бандитов.
Кавалерия Чжан Кевана потерпела поражение.
Независимо от того, как сильно Чжан Кеван старался поднять боевой дух, никто больше не хотел рисковать своей жизнью. Неважно насколько свирепы заградительные отряды, состоявшие из элитных ветеранов, они были не так страшны, как стрелки впереди.
«Бежим!»
«Убегаем!»
«Спасайте свои жизни!»
Первые ряды кавалеристов развернули своих лошадей и побежали туда, откуда пришли. Они громко кричали, побуждая едущих позади бежать вместе с ними, чтобы впоследствии не сделать себя объектом всеобщей критики. Вскоре несколько сотен начавших бегство кавалеристов повели за собой тысячи. Оставшиеся 10 000 бандитов отступили.
Словно отлив, поначалу они неслись вперед, а теперь двинулись назад.
Какими бы свирепыми не были ветераны в заград. отряде, они не смогли предотвратить бегство проигравших людей.
Даже после того, как кавалерия кинулась в бегство, стрелки дивизии Хубэнь продолжали стрелять. Бежавшие падали с лошадей один за другим, а оставшиеся в живых были так напуганы, что побросали свои флаги и доспехи, кинувшись кто куда.
Чжан Кеван смотрел на побежденную кавалерию и элиту с сожалением. Почему, оказавшись в центре внимания, он взял на себя задачу вести кавалерию в бой? Теперь, когда он вернется, приемный отец его сурово накажет. Разве Чжан Динго не оказался прав, говоря, что не следует отправлять войска? Что ему теперь делать, чтобы подавить Чжан Динго?
Полный сожалений Чжан Кеван развернул своего коня, чтобы вернуться в тыл. Однако он чересчур был озабочен своими мыслями и вел коня слишком медленно, случайно оказавшись позади убегающей кавалерии.
На лидера бандитов было тут же нацелено шесть винтовок, выстрелы прозвучали одновременно. В одно мгновение в тело Чжан Кевана попали четыре пули, и кровь брызнула в разные стороны.
Чжан Кеван недоверчиво посмотрел на пулевые отверстия и с глухим стуком упал на землю.
Кавалерия бандитов бежала на восток, не осмеливаясь остановиться. Достигнув армии Чжан Сяньчжуна, они пробежали мимо и бросились вон за пределы долины.
Лю Юаньбинь, евнух из столичного лагеря, с тревогой посмотрел на запад. Битву кавалерии с армией Ли Джи нельзя было увидеть из-за плотного скопления людей и лошадей, Лю Юаньбинь мог видеть только знамена двух армий. Пока он смотрел, то вдруг стал замечать, как повстанческие флаги стали падать один за другим, будто бандиты несли большие потери перед армией Ли Джи.
Глаза Лю Юаньбиня загорелись.
Потом он увидел, как высокое знамя с иероглифом позади бандитов тоже упало. Через несколько вздохов оставшиеся флаги мятежников были спущены. Стало очевидно, что повстанцы потерпели поражение от армии Ли Джи.
Лицо Лю Юаньбиня покраснело от волнения. Он обернулся и громко крикнул Сюн Вэньцану: «Премьер-министр! Мы побеждаем! Предатели были побеждены Ли Джи!»