Глава 187 Предложение Чжан Кевана
Увидев, что Ли Джи победил Ло Рукая и других мятежников, Чжан Сяньчжун и стоящие рядом с ним Лю Гуонэн и Хуэй Дэн были шокированы. Почему солдаты семьи Ли были такими мощными? Еще утром они за время в которое можно выпить пол чашки чая уничтожили 2000 конных солдат Чжан Сяньчжуна, а теперь одним махом уничтожили Ло Рукая и других. Сейчас, когда эта армия шла, чтобы дать им отпор, смогут ли они противостоять?
Задумка с ловушкой, которую Чжан Сяньчжун так тщательно планировал, была разрушена этой армией.
Однако после поражения Ло Рукая, 7000 мятежников смогли уцелеть и сбежать на запад. Это улучшало ситуацию в долине и давало бандитам проблеск надежды.
Вскоре армия Ли Джи развернулась и отправилась атаковать солдат Чжан Сяньчжуна.
Глядя на них, он кипел от гнева. Обернувшись, он громко закричал: «Идите и остановите собак семьи Ли!»
У Чжан Сяньчжуна был очень зычный низкий голос. Он, как гром, ударил по ушам слышавших его солдат.
Чжан Сяньчжун имел репутацию находчивого и храброго человека. Он считал себя прекрасным лидером и командовал двумя повстанческими армиями. Теперь, планируя битву, Чжан Сяньчжун считал Лю Гуоэна и Хуэй Дэна своими генералами. Хотя Лю и Хуэю не нравился стиль ведения войны Чжан Сяньчжуна, но они ничего не могли поделать, ведь его авторитет был больше.
Это была одна из причин, почему другие бандиты недолюбливали Чжан Сяньчжуна.
Услышав приказ, Лю Гоэн и Хуэй Дэн промолчали.
Эта официальная армия столь сильна, что победила 30 000 мятежников под началом Ло Рукая. Что они могли здесь поделать?
Чжан Сяньчжун посмотрел на Лю и Хуэя, увидел, что они отмалчиваются и перевел взгляд на своих четверых приемных сыновей.
И действительно, его старший приемный сын Чжан Кеван сказал: «Командир, я готов возглавить конную армию из 13 000 человек, чтобы победить эти официальные войска!»
Чжан Сяньчжун одобрительно кивнул и спросил: «Ты уверен?»
Чжан Кеван уверенно заявил: «Эта армия полностью полагается на огнестрельное оружие. Как только кавалерия ее достигнет, то она тут же будет побеждена».
Напротив Чжан Кевана встал другой приемный сын, Чжан Динго, и сказал: «Командир, не делайте этого. У этой армии слишком мощная артиллерия, даже 13 000 кавалеристов не смогут приблизиться к ним, чтобы атаковать. Мы напрасно потеряем людей и лошадей!»
Чжан Кеван был старшим из приемных сыновей Чжан Сяньчжуна, обладал большим авторитетом у всей армии и был крепким, его называли «Стеной». Чжан Динго уступал ему по всем параметрам. Он тоже был сильным, но больше выделялся своей красотой. Был находчив в бою и храбр, его называли «Сяо Ючи».
Просто сравнив эти два прозвища, можно было понять, что маленький Ючи звучало куда лучше, чем Стена. Сейчас в армии статус Чжан Динго стремительно рос и уже превосходил статус Чжан Кевана. Еще немного и он скинет его с места приемного сына номер один.
Чжан Кеван использовал все имеющиеся у него средства, чтобы подавить Чжан Динго. Отношения между ними сложились не очень хорошие.
Услышав слова Чжан Динго, сказанные в противовес его словам, Чжан Кеван расстроился и сказал: «А что предлагаешь ты, Динго? Развернуться и бежать прямо сейчас?»
У Чжан Динго был упрямый характер, он никогда не шел на попятную во время разговора. Он посмотрел на армию семьи Ли и сказал: «Победы и поражения – обычное дело на войне. Бежать сейчас будет не зазорно».
Услышав слова Чжан Динго, Чжан Сяньчжун нахмурился и тоже посмотрел на правительственные войска Ли вдалеке.
Неужели эта армия настолько мощная?
Чжан Кеван громко заявил: «Если даже 13 000 кавалеристов не смогут к ним подобраться, значит это Небесная армия божественных солдат?»
Чжан Сяньчжун раздраженно сплюнул на землю: «Твою мать! Если эти правительственные войска такие бесподобные, то что я за бандит? Что мне теперь, бежать и молиться Будде? Я не верю в Небеса и призраков на земле!» Он обернулся и снова громко приказал: «Чжан Кеван, возьми 13 000 кавалеристов и добавь к ним еще 2000 элитных войск. Если таким составом мы не сможем одолеть правительственные войска, тогда убежим!»
Армия Чжан Сяньчжуна взмахнула сигнальными флагами и приступила к переформированию войск. Бандитские генералы, увидев развивающиеся флаги, поспешили вывести из сражения тринадцатитысячную конницу и 2000 элитных солдат.
К тому моменту официальная армия уже еле -еле сдерживала свои позиции и была на последнем издыхании, поэтому конница могла спокойно покинуть поле боя, без ущерба для исхода сражения.
Чжан Кеван оставил центральную армию своего приемного отца и собрал на заднем фланге кавалерию в боевой порядок. Затем он обошел сражающуюся армию и направил свои войска на запад.
После того, как пятнадцатитысячная кавалерия бандитов отступила, давление на правительственные войска уменьшилось. К ним сразу же вернулся боевой дух.
Хуан Дэгун из последних сил пытался удержаться под мощным натиском элитных войск бандитов, когда обнаружил, что 2000 из них ушли, оставив для сражения с ним только пехоту. Подняв глаза, Хуан Дэгун увидел, что огромная повстанческая кавалерия собралась в боевое построение на юге, подняла знамена и отправилась на запад в сторону войск Ли Джи.
Бандиты отвели всю свою кавалерию, чтобы использовать ее для подавления солдат Ли Джи. Войска Ли Джи использовали огнестрельное оружие, поэтому они бросили на его подавление такое большое войско?
Если им это удастся, и Ли Джи будет побежден, то остальные правительственные войска снова окажутся в проигрышном положении. И что тогда делать? Хуан Дэгун был так сильно обеспокоен, что его лицо покраснело, но он ничего не мог поделать в этой ситуации.
Сюн Вэньцань стоял, окруженный армией, и радовался прибытию Ли Джи, когда внезапно раздался вой горнов и на юге бандиты замахали белыми флагами с какими-то иероглифами. Как только бандиты увидели флаги, тут же 13 000 кавалеристов и 2000 элитных ветеранов отступили, собираясь атаковать в западном направлении там, где была армия Ли Джи.
Сюн Вэньцань забеспокоился. Он боялся, что Ли Джи не сможет выдержать натиска пятнадцатитысячной конницы. Хватит ли мощи его боевых пушек?
Может ли это с трудом завоеванное хорошее положение на поле боя быть снова потерянно? Сюн Вэньцань беспокоился, но не мог придумать подходящие контрмеры, поэтому посмотрел на губернатора Чжан Говея, стоявшего рядом с ним. Может быть, у него были какие-нибудь идеи?
Однако Чжан Говей только открыл рот, но ничего не смог сказать. У бандитов по всем фронтам было неоспоримое преимущество. Они могли спокойно маневрировать своими войсками, и правительственная армия ничего не могла с этим поделать.
Лю Юаньбинь, начальник столичного лагеря, посмотрел на запад и сказал: «Эх! Бандиты задействовали 15 000 кавалеристов для прорыва! Даже представить себе не могу, как 8000 солдат командующего юцзи будут противостоять им!»
Все с беспокойством смотрели на запад. Туда, где развивались знамена Ли Джи.
Ли Джи заблаговременно увидел, что в двух ли от него собралась большая армия бандитской кавалерии.
Им потребовалось некоторое время, чтобы сформировать боевой порядок, после чего они двинулись в его сторону. Боевые кони поднимали в воздух клубы пыли, а громовой звук топота копыт разнесся по долине.
С годами боевая мощь бандитов росла и становилась конкурентоспособной с армией правительственных войск. Сейчас на Ли Джи неслась пятнадцатитысячная армия хорошо подготовленных солдат бандитской кавалерии.
Ли Джи отдал приказ, и армия быстро выстроилась в шесть рядов для залпового огня. Артиллерия развернулась перед строем стрелков, чтобы первой противостоять приближающейся многочисленной бандитской кавалерии.