Глава 183 Победа над пехотой разбойников
Потеряв более 1000 мертвыми и не смотря на артиллерийский огонь, бандитская пехота все-таким смогла приблизиться к правительственным войскам на расстояние 200 метров. Они с ревом бросились вперед, размахивая своим оружием, думая, что артиллерия больше не выстрелит, и они смогут победить дивизию Хубэнь в ближнем бою.
Они еще не знали, насколько сильной была дивизия Хубэнь, которая встретила их атаку очередным залпом.
Ширина горной долины была не больше 1000 метров. 7500 воинов дивизии Хубэнь не могли как следует развернуться. Им приходилось стоять группами по 5-6 человек, каждая группа занимала участок не более метра. На такой узкой местности трехэтапная атака естественным образом превращалась в шестиэтапную. Конечно же бандитские ряды тоже не могли превышать тысячи человек.
В двухстах метрах от разбежавшейся пехоты прозвучал сигнал и первый ряд из 1250 человек открыл огонь.
Раздался треск выстрелов и дым окутал территорию, занимаемую дивизией Хубэнь. 1250 патронов на высокой скорости понеслись по воздуху, врезаясь в бегущую пехоту бандитов.
Авангард разбойников был подобен пшенице, снесенной ветром во время жатвы. Большой кусок войска мгновенно рухнул.
Разбойник-пехотинец был ранен пулей в правую сторону груди, пока бежал. Его незащищенные доспехами легкие превратились в кашу. Пехотинец застонал, сплюнул кровь и упал на землю, как мешок с песком.
Еще один храбрый пехотинец бежал на правительственные войска, он не ожидал, что станет отличной мишенью. Две пули попали в него одновременно, одна в левое плечо, раздробив лопатку и сделав левую руку бесполезной. Другая пуля попала в нижнюю часть живота, и вращаясь, превратила мочевой пузырь и кишечник в кашу. Вторая пуля нанесла ему смертельную рану, в результате которой он замертво упал на землю.
Капитан пехоты бежал во втором ряду, а не впереди. Он не ожидал, что привлечет внимание стрелка и получит ранение в грудь, ведь на нем были хлопчатобумажные доспехи. Этот капитан был когда-то обычным фермером из Наньяна. На седьмом году правления императора Чунчжэня его урожай пострадал от саранчи. У него не было еды, чтобы выжить, поэтому он присоединился к бандитам. За последние три года его повысили до капитана за его храбрость и высокий рост. Он много грабил и получил за это приличную сумму денег. Он совсем не ожидал, что будет застрелен правительственными войсками на землях Аньцина.
Вращающаяся на высокой скорости пуля, попала ему прямо в сердце. Капитан вскрикнул и сразу умер.
Если бы он знал об этом заранее, разве стал разбойником?
Одним залпом дивизия Хубэнь ранила и убила 800 солдат пехоты, лишив их боеспособности.
Это был сильный удар для бандитов. Они сильно побледнели, многие замерли и не могли реагировать. Никто и никогда не слышал о таких ружьях, которые могли бы убивать с расстояния 130 шагов. Неужели это была армия Небесного генерала? Как кто-то мог лишить человека жизни, находясь на таком большом расстоянии?
Пехота была на расстоянии 200 метров от правительственных войск, но уже потеряла 2000 жизней. Бандиты испугались, и темп атаки замедлился. Они не знали, способны ли правительственные войска вести непрерывный огонь, и могли только молиться в своем сердце о божьем благословении. Они надеялись, что после залпа потребуется время, чтобы перезарядить ружья.
Однако реальность оказалась жестокой. Всего лишь через три вздоха, когда бандитская пехота не успела сделать и нескольких шагов по трупам своих товарищей, армейские ружья снова открыли огонь.
Еще 1250 пуль разрезали воздух и врезались в ряды разбойников.
Пехотный капитан в броне был застрелен. Он был одет в чешуйчатую броню и шлем с красной кисточкой, что очень бросалось в глаза. Жаль, что эта яркая броня не смогла спасти ему жизнь. Перед мини винтовкой, использующей гранулированный порох, слой железной брони бесполезен, его легко можно пробить с расстояния 200 метров.
Этот пехотный капитан командовал сотней, много пил, много ел мяса и всюду следовал за свои главарем. Он уже и не помнил над сколькими хорошими девочками издевался и сколько правительственных солдат убил. Неожиданно для себя из-за примечательной брони он стал жертвой стрелка и погиб.
Пуля попала ему в низ живота, пробив броню, повредила почки, в результате чего его вырвало кровью, и он рухнул на землю.
Другой высокий разбойник-пехотинец бежал в атаку впереди, но, когда началась стрельба, не осмелился больше оставаться в первых рядах. Он замедлил шаг, позволяя другим разбойникам принять на себя пули. Но его движения были слишком медленными, а когда он совсем остановился, то стал отличной мишенью. Пуля не заставила себя долго ждать и пробила ему лоб, раздробив череп и смешав в кашу мозг.
Он даже не успел вскрикнуть, как с глухим стуком упал на землю.
Пехота на передовой переполнилась страхом, когда увидела, что товарищи впереди падают один за другим. Как они могли осмелиться и дальше бежать вперед? Никто не готов был рисковать своей жизнью. Каждый из них замедлился или даже остановился, позволяя позади идущим подвигаться вперед под пули.
Разгоряченный пехотинец не понимал замедления своих товарищей, поэтому взвыл и бросился вперед. Сделав несколько шагов, он вдруг понял, что вокруг него никого нет. Обернувшись, он увидел, как все смотрят на него.
Он вдруг понял, что оставшиеся 10 000 пехотинцев стояли, не смея двигаться дальше, он был единственным, кто бросился вперед.
Но понял он это слишком поздно. Просвистела пуля и попала ему в горло, раздробив трахею. Он выплюнул полный рот крови и умер, упав на землю.
Увидев смерть этого храбреца, пехотные ряды бандитов в одно мгновение развалились. Разве могли они и дальше бежать вперед? Нет! Все в панике развернулись и бросились наутек.
Но даже когда они убегали, стрелки отказались их просто так отпускать. Еще один ряд на огневой позиции выпустил 1250 пуль.
Более 700-та бандитов, спасавшихся бегством, были сбиты с ног, закричали и упали на землю Аньцина.
Пехотинцы испугались ружейных залпов преследователей и бросились в разные стороны.
Сзади строй охранял пехотный капитан. Он смотрел на побежденную армию, отступающую, как отлив, и в гневе зарубил пехотинца, который возглавлял отступление. Но он все еще не мог остановить разрушенное войско. Уже через несколько секунд он был подхвачен разбегающейся пехотой и вынужден был бежать назад вместе со всеми.
Бегущие пехотинцы предпочли встретиться с мечами охраняющих строй капитанов, чем столкнуться с дивизией Хубэнь.
16 000 солдат пехоты оставили мертвыми 4000 своих воинов перед дивизией Хубэнь, после чего в панике развернулись и, словно отлив, побежали к центральной армии Ло Рукая.
Пехота была так напугана огневой мощью артиллерии, что пробежала еще ли, прежде чем остановиться. Некоторые даже бежали мимо центральной армии, в панике стремясь покинуть долину. Ветераны трех банд бросились останавливать обезумевшую пехоту. Они зарубили больше ста человек, прежде чем смогли остановить движение, собрать вместе побежденную пехоту и хоть как-то стабилизировать ее состояние.
Побежденная пехота медленно собиралась позади центральной армии и от страха не могла сформировать строй.
Ло Рукай увидел панику побежденной армии и тяжело вздохнул.
Эта восьмитысячная армия правительственных войск была не обычной! Пехотные команды трех бандитских армий были разбиты, даже не приблизившись к ним. Похоже тактика использования пехоты с самого начала была неправильной.
Тогда для прорыва оставалась только кавалерия.
Ло Рукай взглянул на Ли Ваньцина и Чжан Тяньлиня и сказал: «Пехота разбита и больше не может сражаться. Единственное решение теперь – это использовать конницу ветеранов, чтобы вывести правительственную армию из строя!»
Чжан Тяньлинь облизнул губы и несколько виновато заметил: «Огневая мощь этой официальной армии настолько велика, что я боюсь, даже конница ветеранов не сможет с ней справиться. Их жертвы будут напрасны!»
Ло Рукай нахмурился: «Чтобы окружить армию в долине Даванг потребовалось намало усилий. Для нас это прекрасная возможность сделать себе имя! Как могут быть потрачены впустую все предыдущие достижения только из-за одной восьмитысячной армии? Я должен победить их и добить все правительственные войска в окружении!»
Чжан Тяньлинь коснулся бороды на подбородке и промолчал.
Спустя долгое время он сказал: «Тогда давайте сделаем один прорыв конницы, в любом случае, я не могу допустить уничтожения своих элитных войск!»
Ли Ваньцин громко ответил: «Твою мать! Ладно, я поведу кавалерию в бой. Я не верю, что правительственные ружья смогут стрелять без остановки!»