Глава 181 Правительственные войска
Более 40 000 солдат правительственных войск были окружены шестью бандами в долине Даванг.
Более 70 000 бандитов двинулись один за другим, чтобы взять их в окружение. Даже побежденная пехота разбойников сейчас развернулась и сражалась изо всех сил. Хоть они и потерпели поражение ранее, но они не унывали. В то время, когда они увидели собратьев на входе в долину и на выходе из нее, они снова обрели боевой дух.
Офицеры и солдаты, попавшие в окружение посреди долины, чувствовали себя словно молнией пораженные.
Еще совсем недавно они в приподнятом настроении гнались за бандитами, как кошка за мышкой, и неожиданно ситуация резко изменилась. Теперь они попали в ловушку и стали мышью для кошки. Контраст положения был настолько велик, что люди не могли сразу отреагировать на изменившиеся обстоятельства.
Лю Лянцзо, главнокомандующий префектуры Лучжоу, увидев перед собой 40 000 разбойников, понял, что попал в засаду, развернулся и приготовился бежать в одиночку, бросив основную армию. Но как только повернул коня, сразу увидел еще 30 000 бандитов, преграждавших путь назад. Лицо его внезапно побелело, он замер, будто бы его жизнь уже ему не принадлежала.
Чэнь Хунфань, главнокомандующий провинции Шанси, улыбался, приказывая своим подчиненным преследовать разбежавшуюся бандитскую пехоту, когда вдруг увидел перед собой 40 000 разбойников. Резкое изменение ситуации ошеломило его. Особенно Чэнь Хунфаня напугали развивающиеся на ветру флаги с иероглифами. У него задрожали руки, он выронил кнут, а потом и сам упал на землю.
Окружавшие его солдаты, увидев затравленный взгляд главнокомандующего, тоже испугались.
Даже Моу Вэньшоу, главнокомандующий Фэнси, который храбро сражался с врагом, был потрясен, увидев засаду. Моу Вэньшоу резко натянул поводья, остановился и, прищурив глаза, посмотрел назад. Когда он увидел 30 000 разбойников, перекрывших обратный путь, выражение его лица стало тревожным.
Правительственные войска были окружены!
Офицеры и генералы в панике посмотрели на флаги центрального военного командования.
Что им делать теперь, когда они в осаде? Почему командование не дает никаких инструкций?
Сюн Вэньцань, премьер-министр шести провинций, скукожился в комок на лошади и смотрел перед собой бессмысленным взглядом, потеряв дар речи.
Бандиты оказались настолько хитрыми, что пожертвовали своими несколькими тысячами солдат, чтобы устроить это представление и заманить их в ловушку. Говорили, что бандиты были мастерами устраивать засады, теперь, когда они сами в нее попали, можно было с уверенностью сказать, что это правда.
Боевая эффективность у бандитских ветеранов была не меньше, чем у офицеров правительственных войск. Сейчас 40 000 правительственных войск окружали 70 000 лучших воинов бандитов. Как в такой ситуации Сюн Вэньцаню сбежать? В долине Даванг было только два выхода, тот, что впереди и тот, что позади. Теперь они оба были заблокированы, это затрудняло ситуацию.
Неужто долина Даванг теперь станет его могилой?
Сюн Вэньцань был удачлив в жизни. Он с юношеских лет стремительно пробивался по карьерной лестнице вверх и совсем не ожидал, что, в конце концов, окажется сегодня здесь. Линнань (земли провинции Гуандун и Гуанси) была его благословенной землей, местом, где он приобрел славу и богатство, а теперь, когда он оказался в чужих землях Аньцина, то был в полной власти других.
Сюн Вэньцань был в панике, когда Чжан Говей, губернатор Аньцина спросил: «Премьер-министр, что нам делать теперь, когда нас окружили?»
Сюн Вэньцань вздрогнул и ничего не ответил.
Чжан Говей громко окликнул его: «Премьер-министр, мятежники приближаются, пожалуйста, быстрее найдите решение!»
Сюн Вэньцань посмотрел на Чжан Говея, его лицо перекосилось, будто он вот-вот заплачет. Как он мог что-то придумать?
Когда Сюн Вэньцань уже почти перешел черту отчаяния, он услышал позади себя уверенный голос: «Не паникуйте, главнокомандующий! Я здесь, чтобы обеспечить безопасность главнокомандующего!»
Глаза Сюн Вэньцаня снова загорелись, когда он услышал этот голос. Он посмотрел в его направлении и увидел рядом с собой Ли Джи, командующего юцзи поселения Фань.
Увидев Ли Джи, Сюн Вэньцань почувствовал облегчение и сказал: «Командующий, есть ли способ вырваться?»
Ли Джи улыбнулся и ответил: «Главнокомандующий слишком беспокоится, нам не нужно вырываться. Давайте победим врага впереди и позади, и спокойно покинем это место».
Сюн Вэньцань саркастически заметил: «У нас не более 40 000 человек! Как мы сможем победить 70 000 солдат врага?»
Ли Джи уверенно сказал: «Вам нужно мобилизовать войска, чтобы сдержать 40 000 бандитов у входа в долину, пока я поведу свои 8000 солдат расчистить нам выход и уничтожить 30 000 бандитов, перекрывающих его. После того, как я разгромлю бандитов в тылу, я вернусь, чтобы поддержать основные силы армии».
Слушая слова Ли Джи, Сюн Вэньцань чувствовал себя, словно утопающий, хватающийся за спасительную соломинку. Получив надежду на выживание, он взбодрился и ощутил волнение. Ранее он видел, как армия Ли Джи одним махом уничтожила 2000 конницу бандитов, поэтому его смелое предложение представлялось вполне возможным. «Сможет ли командующий юцзи уничтожить 30 000 бандитов?»
Ли Джи уверенно воскликнул: «Это будет просто!»
Сюн Вэньцань кивнул: «Тогда я поведу армию сражаться с врагом впереди, а командующий юцзи отправится уничтожить врага позади! Моя жизнь находится в руках командующего, не подведите!»
«Не волнуйтесь, премьер-министр!»
Ли Джи сложил руки и уважительно поклонился Сюн Вэньцаню. Затем он развернул своего коня и поехал к своей дивизии Хубэнь, чтобы повести ее на врага, перекрывшего вход в долину.
Сюн Вэньцань нервно сглотнул, немного успокоился, привстал на лошади и громко отдал приказ: «Слушайте мой приказ! Всем войскам развернуться против 40 000 войска бандитов!»
***
Всемирно известный бандит «Цао Цао» Ло Рукай стоял в авангарде тридцатитысячной повстанческой армии и внезапно почувствовал, как его правое веко дернулось. Как говорится, если левый глаз дергается, то это к богатству, если правый – к несчастью. Ло Рукай удивился и потер правый глаз. Про себя он подумал, что сейчас, когда правительственные войска попали в ловушку и загнаны в угол, почему его правый глаз дергается?
На этот раз Ло Рукай и Чжан Сяньчжун вместе разыграли этот большой спектакль, обманом заставив императорскую армию зайти в долину Даванг.
Все началось с того, что Ло Рукай и Чжан Сяньчжун грабили префектуры округа Аньцин. Правительственные войска могли только защищаться и не смели наступать, поэтому Ло Рукай бесчинствовал с большим наслаждением и комфортом. Даже Цзо Ланъюй наблюдал за ним со стороны и не осмеливался вступить в бой. В апреле Ло Рукай захватил Сиочуань. В мае Ло Рукай и Чжан Сяньчжун направились на восток, где напали на Люхэ и захватили Тяньчжань. В июне войска Ло Рукая несколькими группами оккупировали Гуачжоу, Ичжэнь и Сюйи.
В то время величие Ло Рукая достигло неписанных высот. Завоевав большие города в различных префектурах и округах, Ло Рукай собрал более сотни красавиц. Каждый день к нему приводили новую красавицу, с которой он наслаждался чувственной радостью и получал неописуемое удовольствие.
Ло Рукай не разбирался в деньгах и вине, зато был знатоком по части красоток. Его армия везла с собой около двух ста красавиц, и он стал бандитом для того, чтобы наслаждаться женскими прелестями.
Но с прошлого месяца все изменилось. Войска для подкрепления в подавлении бандитов продолжали приближаться к Аньцину. Тогда Ло Рукай почувствовал сильное давление и больше не осмеливался нападать на большие города. В третий день августа вновь назначенный премьер-министр шести провинций Сюн Вэньцань тоже прибыл в Аньцин, будто бы хотел сразится там с мятежниками.
Согласно сложившейся практике тактики повстанцев, они избегают встречи с крупными формированиями правительственных войск и, конечно, пользуясь ситуацией, находят их слабые места и начинают атаковать. Но нынешняя ситуация отличается от прежних. Теперь повстанческая армия не только сравнима по боеспособности с правительственными войсками, но и значительно их превышает. Сотни тысяч повстанцев собрались вокруг Аньцина, и Ло Рукай спросил себя, почему они должны бежать?
Почему они не могут контратаковать правительственные войска? Если вдруг им удастся победить, не укрепит ли это их престиж?
Чжан Сяньчжун был свирепым человеком, который любил убивать. Ему нравилось силой отбирать себе чужие войска. Такой человек был недостаточно популярным и не мог объединить и повести за собой повстанцев.
Если бы другие повстанцы узнали, что на Чжан Сяньчжуна напали, они не стали бы его спасать, но у Ло Рукая была другая репутация, он никогда не забирал себе чужие военные силы. Каждый раз, когда он объединялся с другими повстанцами, чтобы захватить какой-нибудь город, он всегда делил добычу поровну. Он никогда не присваивал себе богатства. Он слыл справедливым среди бандитов и на его призыв они могли откликнуться.
Дошло до того, что Ло Рукай стал считаться справедливым человеком даже среди простых людей. Все потому, что, когда он захватывал город, он всегда убивал всех коррумпированных чиновников и никогда не трогал честных.
Ло Рукай вполне был способен собрать повстанческие силы в Аньцине, возглавить их, и повести на правительственные войска.
Он нашел лидеров пяти повстанческих армий и обсудил с ними все важные вопросы. Разумеется, все пять лидеров с готовностью согласились.
Несколько дней назад Чжан Сяньчжун придумал другой план, заявив, что пожертвует несколькими тысячами своей пехоты, чтобы заманить правительственные войска в долину Даванг, где они их окружат и уничтожат. Одним махом официальная армия будет разбита.
В тот момент, когда другие повстанческие лидеры услышали его план, они громко ему зааплодировали. И вот сегодня это произошло. До сих пор план шел совершенно гладко, и правительственные войска охотно пришли в ловушку и оказались окруженными 70 000 повстанцев.
Но Ло Рукая почему-то не отпускало плохое предчувствие.
Ло Рукай объединился вмести с двумя другими бандами Ли Ваньцином и Го Тяньсинем, и когда Чжан Сяньчжун привел правительственные войска в долину Даванг, заблокировал выход. Они уже собрались двинуть свои войска в глубь долины, когда услышали крик: «Вожак! Правительственные войска атакуют нас!»
«Стреляй в небо!» - пронзительно закричал Ли Ваньцин. Про себя он подумал: «Очень странно. У этой армии всего 8000 солдат, а они осмелились напасть на армию численностью свыше 30 000?»