Глава 179 Уничтожение кавалерии разбойников
Сюн Вэньцань посмотрел на Ли Джи, затем перевел взгляд на его армию, которая уже стояла в полной боевой готовности, и сказал: «Командующий юцзи уверен, что победит бандитов одним махом?»
Ли Джи сложил руки и ответил: «Моим подчиненным понадобится всего лишь четверть часа, чтобы победить бандитов».
Услышав слова Ли Джи, Сюн Вэньцань покраснел от волнения: «Тогда, командующий, быстрее убейте врага!»
Ли Джи поклонился Сюн Вэньцаню и поскакал к своей дивизии Хубэнь. Подъехав, он громко приказал: «Все за мной! Уничтожим бандитов!»
Трубач рядом с Ли Джи протрубил в рог, и 8000 солдат громко закричали: «Победа за нами!» Войско вмиг снялось с места и последовало за Ли Джи. Кольчуга кавалерии ярко блестела на солнце. 7000 пехотинцев держали свои ружья на изготовке, словно несли факелы. В телегах голландские пушки крепленые на лафетах быстро катились по дороге, каждую из них тянуло шесть тягловых лошадей. Пока армия Ли Джи снималась с места и отбывала в пункт назначения, Сюн Вэньцань все время смотрел на нее и одобрительно кивал головой, восхваляя ее боевые качества.
Эта армия была слишком хорошо оснащена, возможно даже лучше, чем армия генерала Ци Цзигуана.
Сюн Вэньцань смотрел на солдат и лошадей Ли Джи и вдруг сообразил, что если Ли Джи действительно поможет ему, то подавление пройдет гладко. Так называемое умиротворение – это политика, которая не требует действий до последнего шага.
Сюн Вэньцань погладил бороду и успокоился, почувствовав, что его положение премьер-министра шести провинций теперь не такое уж и шаткое.
Возглавляемые 1500 конницей Отборного полка, 8000 солдат дивизии Хубэнь обошли зашедшее в тупик сражение на поле боя и вышли с тылового фланга южного крыла армии Чжан Сяньчжуна.
2000 бандитской кавалерии, а также пятитысячная пехота успешно сражались, но они заметили приближающихся солдат Ли Джи.
Чжан Сяньчжун приказал развернуть флаг, и 2000 ветеранов кавалеристов оставили битву с войском Лучжоу и устремились к войскам Ли Джи.
Эти 2000 воинов были элитой бандитской армии. Не будет преувеличением сказать, что каждый из этих воинов провел сотни сражений и был смелым и храбрым ветераном. Эти бравые воины держали в руках луки или другое оружие с длинной рукояткой. Пока они мчались, вокруг них образовалось плотное облако из пыли. От них шел угрожающий импульс, будто они хотели одним махом подмять под себя все войско Ли Джи.
Если бы солдаты армии были слабы, то они бы оказались в невыгодном положении перед этими 2000 наездниками. Существовал бы риск, что они даже могли быть разбиты. Если бы это был обычный восьмитысячный полк династии Мин, возможно, он смог бы устоять под таким натиском, но трудно было предсказать конечный результат сражения.
Однако солдаты Ли Джи не были обычными солдатами династии Мин.
Ли Джи приказал развернуть флаг, и Отборный полк разделился на две части и занял фланги. Из тележек выгрузили 80 шестифунтовых пушек. 500 ветеранов Отборного полка быстро зарядили артиллерию порохом и ядрами с дробью.
Расстояние между армиями составляло уже 200-300 метров, и бандиты обрадовалась, увидев, что кавалерия Ли Джи отступает. Перед ними больше не было преград, и бандитская конница устремилась вперед на дивизию Хубэнь, рассчитывая использовать мощный удар кавалерии, чтобы уничтожить как можно больше солдат.
Они и не подозревали о мощи полевой артиллерии.
Когда расстояние сократилось до 100 метров, артиллерийские пушки разом выстрелили. Из многочисленных стволов вырвались языки пламени, за которыми повалил дым. 8000 снарядов понеслись на поле боя, словно шквал пуль.
Стреляя ядрами с дробью из шестифунтовых пушек на расстоянии 100 метров, можно получить немыслимый в то время результат. Одна пушка покрывала участок в 20 квадратных метров, превращая эту площадь в настоящую зону смерти.
Бандиты держали луки на изготовке и собирались выпустить стрелы с расстояния 50-ти метров. Они были хорошими лучниками и наездниками. Многие из них были обычными офицерами из провинции Ханань, которые, не получая зарплату много месяцев, вынуждены были уходить с работы и присоединяться к бандитам. После их присоединения к бандитской армии, Чжан Кэван, приемный сын Чжан Сяньчжуна, за их боевые навыки причислил их к кавалерии ветеранов. С тех пор они жили и наслаждались хорошей едой, выпивкой и красивыми женщинами. Каждый раз сражаясь, они убивали много своих бывших товарищей, офицеров и солдат.
Сейчас они все стремились вперед на врага. Кого-то пронзили сразу три дроби, из-за чего из тела хлынул фонтан крови. Как простая пуля может пробить железную броню? Но три дроби вонзились внутрь, превратив внутренние органы в кашу.
Не успев даже вскрикнуть, бандит упал с лошади и навсегда затих.
Три дроби, которые пробили его тело, полетели дальше и попали в другого бандита, убив его, прежде чем тот успел остановиться.
Десятник армии бандитов был из провинции Шэньси, его можно было считать другом и соратником Чжан Сяньчжуна. Его семья была слишком бедной, но правительство все равно требовало платить зерном, а налоги и плата за аренду поля не давали ему возможности выжить. Он 6 лет следовал за Чжан Сяньчжуном, а последние 4 года сражался с ним бок о бок. За его храбрость и боевые качества его повысили до должности начальника Доблестной кавалерии. Он уже сбился со счета сколько боев ему пришлось провести с солдатами и офицерами.
Он замахнулся саблей, готовый ринуться в бой, но в этот момент его голову пробила дробь. Он даже не успел этого осознать, как ему срубило пол головы, а кровь и мозги брызнули в разные стороны.
Его лошадь была застрелена вместе с ним, из-за чего они оба повалились на землю.
Одновременно со всех сторон раздавались крики и ржание лошадей. Более 600-та бандитов в одно мгновение упали замертво. Это все были первые ряды, которые бежали впереди всех. Когда они падали, то становились препятствием, о которое спотыкались едущие позади.
Остальным бандитам не хватило смелости продвигаться вперед дальше. С бледными лицами они остановились у трупов своих товарищей и несколько секунд молчали.
Эти несколько секунд стоили им жизни.
Звук горна дивизии Хубэнь возвестил о том, что отдана команда произвести следующий выстрел. 2000 винтовок Мини выстрелили и ранили или убили 1300 бандитов. Атака по неподвижной цели с расстояния 100 метров, все равно, что стрельба по мишеням, результат был поразительным.
За исключением некоторых бандитов, которым по какой-то причине повезло, все бандиты из первых рядов были убиты.
Один из командиров пятерки совсем недавно присоединился к банде Чжан Сяньчжуна. Он привел с собой еще 17 мужчин и за это был назначен командиром пятерки. Пятерых, из тех, что он привел, назначили в пехоту, а семерых определили в кавалерию. Теперь он отвечал за оставшихся пятерых людей, которых оставили ему в подчинении. Он думал, что теперь может свободно пить и есть много мяса вместе с Чжан Сяньчжуном, но не ожидал, что так быстро умрет под пулями солдат и офицеров правительственных войск.
Пуля пробила его броню слева и вошла в сердце, превратив жизненно важный орган в массу из плоти и крови.
Он закричал и упал с лошади, чтобы больше уже никогда не подняться.
Еще один застреленный ветеран был старым воякой, который уже много лет присоединился к команде Восьми Великих Королей, в частности к банде Чжан Сяньчжуна. С пятого года правления Чунчжэня он следовал за Чжан Сяньчжуном. Он уже не мог вспомнить сколько городов и деревень им было ограблено, сколько хороших людей убито, сколько сгублено женщин. За все эти годы он продвинулся из пехоты в кавалерию, а потом и в элитные войска ветеранов. В его глазах солдаты и офицеры правительственных войск были бесполезными негодяями, которые не умели ни сражаться, ни получать удовольствие от жизни. Следовать за Восьмью Великими Королями и грабить повсюду – вот достойная жизнь героя.
Он никогда не думал, что его путь оборвется здесь в Аньцине. Пуля Мини попала ему в низ живота и смешала кишечник и правую почку в однородную массу. Он начал медленно крениться на лошади, пока, наконец, не упал.
1100 ветеранов были убиты пулями Мини в одно мгновение. Железная броня не может защитить от выстрела с винтовки на расстоянии 100 метров, а сила такого выстрела поражала. Железные пластины просто заставляли конусообразные пули вращаться более неравномерно, что при проникновении в тело только увеличивало их разрушительную силу.