Глава 177 План подавления разбойников
Глядя на то, как Цзо Ланъюй покидает ямэнь, Сюн Вэньцань на некоторое время потерял дар речи.
Из-за слишком высокомерного генерала ситуацию сложно будет взять под контроль.
Этот Цзо Ланъюй казался совсем неуправляемым. Ныне бандиты были сильны, а возможности армии посредственны. Если они хотели подавить бандитов, все равно придется полагаться на такого человека, как Цзо Ланъюй. Когда дело дойдет до битвы на поле боя даже три самых могущественных генерала не смогут сравниться с ним одним. Как бы ни был зол премьер-министр Сюн Вэньцань, он ничего не мог поделать с Цзо Ланъюем.
У других боевых офицеров и солдат не было такой боевой эффективности, как у подчиненных Цзо Ланъюя, при этом они и не были столь высокомерны, как он.
В главном зале стояла тишина. Все генералы и офицеры, глядя на поведение Цзо Ланъюя задумались каждый о своем.
Спустя долгое время губернатор Аньцина Чжан Говей прокашлялся и сказал: «Теперь, когда банды разбойников обосновались в Аньцине, как по-вашему нам следует поступить?»
Только тогда все опомнились и вернулись к обсуждению насущных проблем.
Моу Вэньшоу, главнокомандующий Фэнси, сделал шаг вперед и сказал: «Подчиненный считает, что бандиты в Аньцине только кажутся могущественными. Среди них много противоречий и споров, они настороженно относятся друг к другу. Среди всех разбойников самым могущественным считается Чжан Сяньчжуан (1606―1647 гг.; один из руководителей Крестьянской войны 1628―1645 гг. в Китае). Если мы соберем войско и победим его одним ударом, другие разбойники притихнут и будут вести себя осторожнее».
Сюн Вэньцань погладил свою бороду, но промолчал.
Лю Ляньцзо, главнокомандующий префектуры Лучжоу сказал: «Этот генерал тоже поддерживает предложение уважаемого Моу. Сейчас разбойники только кажутся мощными, но на самом деле у них нет помощи из-за границы. Все их основные силы собраны в Аньцине, и если мы сможем нанести сокрушающий удар, то сломим их».
Все достижения Сюн Вэньцаня основаны на умении привлечь на свою сторону нужных людей, он не умел сражаться. Послушав слова двух генералов, он все еще колебался и выжидающе посмотрел на другого генерала – Чэнь Хунфаня, главнокомандующего провинции Шанси.
Говорили, что Чэнь Хунфан был благодетелем Чжан Сяньчжуна. Когда Чжан Сяньчжун был захвачен армией, Чэнь Хунфан увидел, что он был незаурядной личностью, поэтому освободил его. С тех пор Чэнь Хунфань и Чжан Сяньчжун были хорошими друзьями. Из-за этого Чэнь Хунфань хотел использовать Чжан Сяньчжуна, чтобы доказать свою верность Великой Мин. Прокашлявшись, он сказал: «Разбойник Сянь – лучший стратег, его передвижения трудно предсказать… В настоящее время он находится в Аньцине, это редкая возможность. Если удастся победить его одним махом, то план по подавлению разбойников можно считать выполненным наполовину!»
Увидев, что генералы пришли к согласию, Сюн Вэньцань кивнул головой и сказал: «Этот чиновник тоже считает, что сейчас самое подходящее время, чтобы перейти в наступление и уничтожить разбойников».
Взмахнув рукавами, Сюн Вэньцань вскрикнул: «Принесите мне карту!»
После этого несколько солдат вбежали в зал. Они достали большую карту из кожи вола с нарисованными на ней дорогами и пейзажами Аньцина. Генералы и офицеры окружили стол, на который ее положили. У Ли Джи был самый низкий ранг среди генералов, поэтому его быстро вытеснили из толпы и не дали даже взглянуть на карту.
Но Сюн Вэньцань знал, что Ли Джи был специально приглашенным офицером, поэтому не стал им пренебрегать. Он увидел, как его оттеснили от стола и позвал: «Командующий юцзи Ли Джи, идите сюда!»
Ли Джи подошел, почтительно сложил руки и поклонился Сюн Вэньцаню, после чего перевел свой взгляд на карту.
После того, как Сюн Вэньцань убедился, что Ли Джи видно карту, он громко спросил: «Где находятся бандиты?»
Моу Вэньшоу указал на изображенную на карте реку и сказал: «По данным разведки сторожевой кавалерии Сягуань, бандиты разбили лагерь у реки Юнхэ в 20-ти ли отсюда. Однако по поим личным оценкам, большинство из них голодные солдаты, а боеспособных пехотных и конных войск всего 20 000 человек. Даже если не считать войска Цзо Ланъюя, наша армия все равно насчитывает 40 000 кавалерии, так что мы обязательно их победим одним ударом».
Чэнь Хунфан задумчиво сказал: «Однако… другие разбойники: Лю Гуонэн, Чжан Тяньлинь, Цао Цао, Хуэй Дэнсян и Ли Ваньцин находятся совсем недалеко от этого лагеря…»
Ло Лянцзо, главнокомандующий Лучжоу, покачал головой и сказал: «Среди разбойников всегда так много конфликтов, они никогда не могли собраться вместе, чтобы помочь друг другу. На этот раз мы обязательно уничтожим Чжан Сяньчжуна. Единственный недостаток плана в том, что река Юнхэ слишком мелкая, и бандиты побегут через нее, после чего их трудно будет поймать».
Сюн Вэньцань кивнул: «Теперь, когда все подкрепление прибыло, самое время начать боевые действия. В любом случае, победа над разбойниками значительно поднимет боевой дух нашей армии. Передайте приказ, что завтра все наши войска отправляются на реку Юнхэ, чтобы уничтожить бандитскую армию Чжан Сяньчжуна».
Генералы и офицеры хором пропели, что принимают приказ.
Сюн Вэньцань снова заговорил: «Отправьте кого-нибудь, чтобы передать приказ Цзо Ланъюю. Пусть он готовиться завтра возглавить войско».
Хоть Цзо Ланъюй и ушел, совершенно неожиданно премьер-министр поставил его возглавлять поход войск. Все были ошеломлены подобным назначением и в полном смятении смотрели друг на друга.
После того, как Сюн Вэньцань закончил совещание, все направились в свои лагеря. Завтра предстоял бой, и все должны были как следует подготовиться.
Ли Джи уже выходил, когда увидел бородатого мужчину в броне, которой остановил его: «Командующий юцзи, постойте!»
Ли Джи остановился, как вкопанный: «Генерал звал меня?»
Большой бородатый мужчина подбежал к нему ближе и сказал: «Я заместитель командира столичного батальона Хуан Дэгун. Командующий юцзи может звать меня просто Хуан Чуанци (прозвище - буян, нахал)».
Ли Джи не сдержал улыбки: «Зачем генерал Хуан звал меня?»
Хуан Дэгун спросил: «Командующий юцзи действительно отразил нападение двухтысячной кавалерии разбойников? К какой банде принадлежал тот отряд? Насколько они были сильны?»
Оказалось, что ему было интересно узнать о послужном списке Ли Джи, поэтому он и пришел, чтобы разведать побольше информации. Ли Джи улыбнулся и беззаботно ответил: «Я и правда разгромил конницу разбойников, но их боевая мощь даже не стоит упоминания».
Услышав легкомысленный тон Ли Джи, Хуан Дэгун даже замер от неожиданности. Сложив руки, он поклонился и возразил: «Боевая мощь разбойников становиться все сильнее с каждым днем. Особенно это касается бандитской кавалерии, правительственные войска зачастую не осмеливаются вступать с ними в бой. Хуан Чуанци восхищается способностью командующего юцзи уничтожать врага одним ударом. Завтра я буду ждать возможности лично увидеть, как все генералы, следуя стратегии нанесения удара со всех сторон, уничтожат разбойников!»
Пока Ли Джи и Хуан Дэгун разговаривали, стоящий недалеко в стороне старший дворцовый евнух внимательно вслушивался в каждое их слово. Услышав тему их разговора, старший дворцовый евнух подошел к Ли Джи.
«Я столичный инспектор армии Лю Юаньбинь, и у меня есть дело к командующему юцзи».
«Пожалуйста, говорите, инспектор!»
«Командующий отбил лошадей, принадлежащих разбойникам, он знает подробности о враге. Командующий может с большей точностью прикинуть сколько времени завтра понадобится нашей армии, чтобы разгромить разбойников».
Ли Джи немного подумал и ответил: «Боюсь, что это не займет и четверти часа».
Услышав слова Ли Джи, евнух Лю Юаньбинь и Хуан Дэгун удивленно замерли, потом как по команде подняли головы к верху и громко засмеялись. Хуан Дэгун смеялся от души, в то время как смех Лю Юаньбиня был немного мрачным. Было непонятно, смеялись ли они над самоуверенностью Ли Джи или были рады уязвимости разбойников.
Ли Джи тоже посмеялся вместе с ними, затем сложил руки, поклонился и ушел.
В ту ночь всем батальонам раздали вино и мясо. Солдаты ели и пили до утра.
Рано утром следующего дня генералы приказали бить в барабаны и вывели свои батальоны, мобилизовав армию к сражению. Группами по дюжине человек со всех сторон потянулись вереницы и сошлись у Восточных ворот города Аньцин, образуя собой единую мощную армию в 50 000 человек. Армия взяла в авангарде 4000 солдат из числа человек генерала Фэнси Моу Вэньшоу, в левом крыле были 5000 солдат Шаньсийского генерала Чэнь Хунфаня, а правое крыло занял генерал Лю Лянцзо с 3000 человек.
Армия Ли Джи была самой многочисленной и носила звание самой сильной, поэтому Сюн Вэньцань поставил ее замыкающей в арьергарде, чтобы она защищала все войско.