Глава 111 Секрет стекольной мастерской
После того, как Ли Джи определил градус каждой линзы, он заново по их образцу сделал новые формы для заливки. У него получилось 28 форм с различным градусом угла. Новые, уже более точные линзы также были отполированы мастерами и переданы для создания форм для заливки и штамповки, что с каждым разом уменьшало нагрузку на шлифование.
Наконец, 15 февраля, после того, как формовочная машина была закончена, можно было уже подсчитать, что каждый нефритовых дел мастер мог шлифовать по две линзы за час. Таким образом, в день пять человек могли изготовить 30 пар очков.
Как только первая партия продукта была готова, Ли Джи приступил к ее реализации. Первый товар он выложил в своем магазине в Тяньзине по цене 12 лян за пару.
Ли Джи специально установил такую невысокую цену, чтобы защититься от подделок. В конце концов, подделать очки для чтения довольно легко. В паре очков использовалось в 20 раз меньше стекла, чем в чайном сервизе, если цена будет слишком высокой, кто-то может начать использовать западное стекло, для создания подделок. Именно поэтому никак нельзя было делать цену высокой.
С другой стороны, Ли Джи надеялся, что при такой цене больше людей смогут купить очки и принести ему большую прибыль. 12 лян – это не много, глава богатого дома вполне может себе это купить. Во времена династии Мин было много семей, которые могли себе позволить купить очки по этой цене, и поэтому Ли Джи рассчитывал на большие продажи.
Что касалось конфиденциальности товара, то Ли Джи контролировал весь процесс, начиная с сырья.
В основном все представленное на рынке стекло производилось семьей Ли. Стеклянные бокалы из винного набора были относительно небольшими, их нельзя было использовать для шлифовки стеклянной линзы. Донышки из чайного сервиза вполне можно было нашлифовать до линзы, что угрожало их секретности. К счастью, продажи чайных сервизов были не очень большими, и Ли Джи просто прекратил их выпуск, лишив таким образом возможности других мастеров подделать линзы из готового сырья.
Что же касалось больших кусков бесцветного стекла, которые жители Запада перевозят через океаны, то они были очень дорогими. Использовать большую западную стеклянную посуду для шлифовки линз явно было не выгодно. Если потом эти очки не продать за 20-30 лян, то их стоимость не будет возмещена.
Контролируя сырье, Ли Джи заблокировал возможность другим мастерам подделывать очки для чтения.
Магазин семьи Ли в Тяньзине уже расширился. Ли Джи выкупил два других магазина, которые располагались по обе стороны, и после роскошного ремонта они стали выглядеть очень прилично.
Ли Джи продавал мыло в восточном отделе магазина, а очки в самом престижном – западном.
Как говориться, начинать всегда трудно, поэтому поначалу покупателей всегда мало. Ли Джи вывесил на магазине большое объявление «Лечение пресбиопии», надеясь привлечь первых клиентов. Теперь ему оставалось только ждать, когда первые покупатели разнесут весть об этом товаре и принесут ему огромную прибыль.
Отец Дин Юдина очень хотел, чтобы родился сын, поэтому дал ему такое глупое имя (есть мужчина, это мужчина). Однако позже у него появился младший сын и он задумался, действительно стоило ли так его называть.
Сначала Дин Юдин был фермером в деревне Динцзя, что в шестидесяти ли к западу от поселения Фань, но в апреле восьмого года правления Чунчжэня, когда он услышал, что в поселение набирают людей, он подрядился в качестве рабочего. Будучи честным человеком, ему очень повезло пройти собеседование с дядюшкой Ли Дао, после чего его приняли на работу в стекольный цех поселения. Поначалу он следил за дровами и разжигал огонь. В то время он все еще был простым охранником. Затем ему доверили закуп сырья. Он выезжал из поселения, чтобы купить кальцинированной соды, затем он добавлял ее в тигель каждый раз, когда зажигали печь, по 9 цзинь на емкость.
Он занимался этой простой и довольно легкой работой.
После того, как первая печь для обжига стекла была официально введена в эксплуатацию, в стекольной мастерской работало 17 сотрудников. Цай Хуайшуй отвечал за первую печь и командовал тремя работниками, которые отвечали за ее нагрев. Другие три человека, в том числе и Дин Юдин, отдельно друг от друга покупали сырье и загружали его в горнило. Один сотрудник отвечал за добавление селитры в кипящий котел, а два других отвечали за добавление поваренной соли и перемешивание сырья в котле. Один человек занимался отжигом, а еще четыре занимались компрессионным формированием.
По уже сформированным ранее строгим правилам, каждый сотрудник отвечал только за свое дело, и никто не знал, какие материалы покупали и использовали другие. Работникам не разрешалось обсуждать свою работу с другими сотрудниками, не говоря уже о раскрытии деталей посторонним.
Цай Хуайшуй – начальник печи, отвечал за соблюдение порядка и пресекал сотрудников, нарушающих дисциплину.
Цай Хуайшуй был простым и ответственным начальником. Под его руководством работа печи шла ровно и слаженно. Большинство работников слушались и соблюдали дисциплину, и никто не обсуждал свои обязанности с другими.
Дин Юдин был очень благодарен офицеру по этике за то, что тот дал ему такую работу. Легкие и простые обязанности за которые он получал трехразовое мясное питание и 2 ляна в месяц.
Дин Юдин арендовал дом на улице Хеминг в северной части поселения, за что платил всего 70 медных монет. Живя в поселении, тебе не нужно тратить деньги на еду и питье, а мясом кормили каждый день по три раза. По происшествии полугода Дин Юдин почувствовал, что стал сильнее, что придало ему больше храбрости. Более того, он зарабатывал так много, что мог каждый месяц откладывать лян, а то и больше. Через полгода ему удалось скопить уже 10 лян.
Хорошая работа Дин Юдина повысила его ценность, и время от времени к нему приходила сваха, чем он очень гордился.
Но хорошие времена быстро прошли. В конце ноября, когда офицер по этике построил вторую печь для обжига стекла, начальника первой печи Цай Хуайшуя перевели на вторую печь, а на первую назначили Хуан Хуана, который до этого был простым работником. С тех пор, как этот Хуан Хуан стал новым начальником печи, атмосфера внутри коллектива изменилась.
В первый месяц дисциплина еще кое-как держалась, но после возращения с новогодних праздников, некоторые рабочие стали в открытую выспрашивать о чужих секретах и обязанностях.
Вначале, трое рабочих, которые были близкими друзьями Хуан Хуана, начальника печи, то и дело ковырялись в печи, чтобы выяснить название сырья других работников, их дозировку, и старались подсмотреть чужие рабочие процессы. Например, когда рабочие по отжигу выполняли отжиг, а они с самого начала всегда работали одни в кабине, люди Хуан Хуана приходили туда, чтобы посмотреть и неоднократно ссорились с ними.
Хуан Хуан не только не останавливал этих людей от нарушения дисциплины, но и наказывал сотрудников, которые не желали раскрывать своих секретов. Например, Чен Сань, ответственный за добавление селитры, хотел, чтобы лишний персонал уходил, когда он выполняет свои обязанности, но люди Хуан Хуана хотели видеть его работу. Каждый раз, когда возникала ссора, Хуан Хуан отнимал мясо у Чен Саня.
Семья Хуан Хуана была очень бедной. Ходили слухи, что его отец к тому же еще играл в азартные игры на улице и был должен деньги. Все подозревали, что Хуан Хуан вступил в сговор с посторонними и хотел получить формулу стекла.
Но в стекольную мастерскую с самого начала наняли честных людей, поэтому никто не хотел без доказательств доносить на него.
Однако все понимали, что как только они раскроют секрет своей части работы людям Хуан Хуана, то офицер по этике не пощадит их. Как минимум лишат работы, а в худшем случае вообще посадят в тюрьму или забьют палками. Зная это, рабочие тщательно хранили свои секреты, не позволяя людям Хуан Хуана увидеть их.
Вскоре Хуан Хуан понял, что не сможет ничего добиться с помощью силы, поэтому сменил тактику. Он стал приглашать работников по одному в рестораны на обед, под предлогом того, что хочет обсудить важные дела. После того, как Хуан Хуан приглашал работников, Дин Юдин обнаружил, что они стали лучше относиться к нему и хорошо общаться.