Глава 105 Аудиенция с подчиненными
На следующий день двое новых подчиненных Ли Джи прибыли в поселение Фань, чтобы поприветствовать его.
После того, как заместитель тысяцкого был повышен до офицера по этике, ему были переданы в подчинение два ближайших по территории офицера обороны. Оба тысяцких имели тот же ранг, что и у Ли Джи, тем не менее находились у него в подчинении. До них уже дошли новости о том, что Ли Джи повысили и он вернулся в поселение, поэтому они поспешили увидеться с ним и выказать уважение.
Оба тысяцких были одеты в официальную форму пятого ранга, а один из них был знаком с Ли Джи. Волею судьбы это был тысяцкий Ю Хуа Чао, который служил офицером обороны в поселении Юньфанли. Другого тысяцкого звали Су Гун – офицер обороны Каменного Форта. Каменный форт тоже находился очень близко к поселению Фань.
Как только Ю Хуа Чао вошел в кабинет командира, на его лице тут же расцвела улыбка. При взгляде на Ли Джи его пухлое лицо стало таким сладким, что казалось, с него сейчас закапает мед. Он опустился на колени и громко пропел: «Ю Хуа Чао приветствует офицера по этике!»
Другой тысяцкий Су Гун выглядел немногословным. Без всякого выражения на лице он упал на колени и угрюмо пропел: «Су Гун приветствует офицера по этике!»
Ли Джи кивнул и легко сказал: «Вставайте».
Двое тысяцких поднялись и вручили ему список подарков.
Сначала Ли Джи посмотрел на список подарков от Ю Хуа Чао. В нем не было ничего особенного, всего лишь различные шелковые ткани, общей стоимостью 30 лян. Этот Ю Хуа Чао был еще тот бюрократ, он умел пустить пыль в глаза и понравиться людям. Теперь, когда Ли Джи снова и снова оказывался в центре внимания, естественно он должен был не поскупиться и выслужиться перед ним на полную. Ли Джи все понял и кивнул.
«А ты, тысяцкий, неплохо потратился!»
Ю Хуа Чао поспешил ответить: «Знаки признательности – это не пустая трата денег!» Подумав немного, он решил добавить еще больше лести: «В это же самое время в прошлом году господин был офицером шестого ранга, а сейчас уже четвертого! Вы действительно молодой герой!»
В это время в прошлом году Ли Джи отправился истреблять бандитов в горы, а Ю Хуа Чао тогда все еще был его начальником. И вот, всего лишь один год спустя, он склоняется перед Ли Джи, как перед своим начальником.
Хоть Ю Хуа Чао и хвалил Ли Джи, в его словах был намек на зависть.
Ли Джи усмехнулся и проигнорировал его, развернул второй список подарков, но увидел в нем лишь несколько кусков шелка, что заставило его даже немного расстроится. Дело было вовсе не в том, что ему были нужны эти ткани или их стоимостное выражение в лянах, просто в конце династии Мин были свои негласные правила.
Хоть Ли Джи никогда и не зарабатывал деньги на своем официальном посту, но все-таки служил офицером обороны и прекрасно знал как офицеры обороны наживались и на чем. Под началом офицеров обороны были сотни солдат, и они зарабатывали десятки лян, отбирая солдатскую зарплату. Наряду с этим, офицеры обороны могли зарабатывать до 80 лян в месяц заставляя солдат работать на частных полях, а также с продажи урожая с этих полей. Они вполне могли себе позволить потратить деньги, чтобы сделать подарок начальству.
Ли Джи был не падок на взятки, но это не означало, что он позволит своим подчиненным презирать себя.
Если сейчас он сдержится и не покажет злости, то в будущем этот Су Гун будет смотреть на него с высока и не станет добросовестно исполнять его приказы.
Ли Джи сложил список подарков Су Гуна и вернул его ему, заметив с безразличным видом: «Я не думаю, что тебе нужно дарить мне это! Забери эти подарки себе обратно!»
Увидев, как Ли Джи не понравились подарки Су Гана, Ю Хуа Чао не знал куда себя деть от радости, но старался делать вид, что его это совсем не волнует.
Не скрывая злости, Су Гун забрал список, но пересилив себя, все же заискивающе улыбнулся и сказал: «Господин, это не саботаж нижестоящего. У нижестоящего действительно нет денег. Господин, вы так богаты, какое вам может быть дело до убогих подарков этого подчиненного?»
Ли Джи небрежно ответил: «Хорошо, Су Гун! Тогда мы отправимся с тобой в Каменный Форт, чтобы проверить нет ли у тебя пустых растрат и не заняты ли военные наделы солдат частными посевами. Если ты не совершил ни одного из этих двух проступков, то я немедленно сообщу губернатору, чтобы он тебя повысил».
Помолчав, Ли Джи снова добавил: «Если же ты совершил проступок, то не жди от меня снисхождения!»
По Мере того, как Ли Джи говорил, лицо Су Гуна становилось все больше и больше испуганным. С хлопком он грохнулся на колени и громко сказал: «Господин, у меня две наложницы и семеро детей! Расходы действительно большие, и я еле свожу концы с концами!»
От этих слов, стоящий в стороне Ю Хуа Чао громко расхохотался. Он всегда про себя ругал этого идиота, который пил кровь солдат только для того, чтобы содержать своих женщин. Если нет мозгов, то при чем тут дорогое содержание наложниц и отсутствие подарков вышестоящим? Неужто все его начальники должны были помогать ему содержать его женщин и растить его детей?
Ли Джи холодно спросил: «Что ты имел в виду?»
Услышав холодный тон Ли Джи, до стоявшего на коленях Су Гуна, наконец, дошло. Он вдруг лихорадочно полез за пазуху, нащупал еще один список подарков, приложил его к предыдущему и протянул Ли Джи.
Юноша посмотрел на новый список подарков, в нем были наименования стоимостью на 40 лян. Вместе со старым списком, всего получалось подарков на 50 лян.
Оказывается, этот Су Гун все это время проверял Ли Джи. На случай, если бы первый список не прошел, у него при себе был второй. Вероятно, он думал, раз Ли Джи молод, то его легко обмануть. Все его идиотские оправдания на самом деле были фальшивыми.
Ли Джи взял оба подарочных списка и на некоторое время задумался. Не будет ли нынешняя ситуация в будущем поводом для Су Гуна рассказать всем, что это он вынудил его шантажом дать больше подарков?
К счастью, сумма списка подарков была небольшой, всего несколько десятков лян, поэтому даже если, выйдя отсюда, Су Гун начнет говорить разные глупости, никто не воспримет это в серьез. Чем больше Ли Джи думал об этом, тем сильнее ему не нравился Су Гун. Внутренне он был убежден, что если не наказать его, то его просто не будут воспринимать всерьез.
Когда-то Ли Джи слышал, что Су Гун был дальним родственником даотая Бин Бэя.
И что с того? Если он решит усложнить ему жизнь, то даотай находился слишком далеко. Трудно тушить пожар, если вода в другом конце города.
«Су Гун! Этот офицер найдет время, чтобы съездить в Каменный форт с проверкой военной обстановки! Если по дороге что-то случится с моей лошадью или кто-то подаст на меня жалобу, я обязательно проведу серьезное расследование и разберусь с этим!»
После слов Ли Джи у Су Гуна, стоявшего на коленях, на лбу выступили капли пота. Он пожалел, что вообще искушал Ли Джи, поэтому с готовностью выкрикнул: «Подчиненный будет лично встречать у ворот вышестоящего! Обязуюсь сопровождать и полностью содействовать старшему в инспектировании!»
Ли Джи посмотрел на Су Гуна сверху вниз и не стал позволять ему подняться: «Хорошо! Тогда приступим к делу! Вы двое наверняка уже слышали о моем стиле работы, и моя просьба к вам будет довольно простая!»
Ли Джи по-прежнему не хотел связываться и вмешиваться в жизнь с другими крепостями и поселениями помимо поселения Фань. Чиновничьи отношения и связи переплетались и влияли друг на друга. Это был очень сложный и запутанный клубок. Однажды повлияв на чьи-то интересы, можно получить ненужную цепочку возмездий. Ли Джи не хотел создавать проблемы. А, вот, к собственным подчиненным основные требования придется поднять.
«Во-первых, улучшите питание, дабы не позволить разгореться мятежу или восстанию! Если вспыхнет хоть одна искра, я обязательно досконально расследую все ваши деяния!
Во-вторых, пшеницы на полях может быть только больше, но не меньше. Если я узнаю, что меньше, то расследую причину!
Если эти два условия будут соблюдены, то я никогда не буду обращать на вас внимания! Но если вы не сможете выполнить всего лишь эти две небольшие просьбы, то не пеняйте на меня за безжалостность!»
После того, как оба тысяцких только что увидели, что Ли Джи не слабак и его так просто не проведешь, они стали относиться к нему с уважением.
«Слушаюсь, офицер!»
«Так точно, офицер!»