Глава 103 Возвращение
Вернув кремневое ружье Ли Джи, Лу Сяншэн сказал: «Давай посмотрим на твою пушку».
Ли Джи попросил солдат прикатить пушку и сделать несколько выстрелов на полигоне.
Пушка выстрелила несколько раз и попала в мишень на расстоянии трех ли. Еще несколько прямых выстрелов с ювелирной точностью разбили доски на расстоянии 400 метров.
Никто из генералов не был оснащен артиллерией, поэтому ничего в ней не понимал. Они не поняли, что шестифутовая пушка Ли Джи была облегчена на несколько сот цзинь, что улучшило ее мобильность и снизило стоимость. Наоборот, им казалось, что пушка Ли Джи была самой обычной. Все подумали, что это заурядная голландская пушка. Во всех более или менее приличных гарнизонах имелись в наличии такие пушки, но то, что ими владел Ли Джи, действительно поражало. Залп из сорока орудий на поле боя должно быть был действительно поразительным зрелищем, и старый хуэйхуэй попался на уловку Ли Джи.
Но сколько нужно было денег, чтобы купить так много голландских пушек?
Лу Сяншэн спросил: «Сколько стоит эта пушка? Откуда у заместителя тысяцкого такие деньги?»
Во времена династии Мин один цзинь меди стоил около одной тысячи медных монет. Так, для 750-ти цзинь меди на пушку требовалось более 120 лян. В шестифутовой же пушке Ли Джи использовалось 60% бронзы и 40% чугуна, и стоимость отливки такой пушки обходилась всего в 100 лян.
Но конечно же Ли Джи не станет выдавать своих секретов, поэтому просто сказал: «Отлить пушку довольно сложно. Удачный экземпляр получается всего один к десяти, поэтому на создание качественной пушки уходит примерно 600 лян! У подчиненного есть несколько ткацких мастерских, средства полученные от них, я пускаю на содержание армии».
Этих 40 пушек стоили 24000 лян!!!
Оказалось, что в этих крепких Тяньзиньских солдат вкачивали горы серебра!
Услышав слова Ли Джи, генералы вытаращили глаза. Мелкий офицер обороны фактически полагался только на свое имущество, потратив десятки тысяч лян, чтобы создать мощную и боеспособную армию. До этого генералы только слышали, что вышестоящие забирали жалование у солдат, но никогда не слышали о тех, кто бы вкладывался в солдат и покупал лошадей на деньги из собственного кармана. Насколько высокими должны быть внутренние побуждения, чтобы поднять армию для страны, тратя деньги из собственного кармана?
Этот Ли Джи был действительно исключительным.
Даже Лу Сяншэн был разочарован, когда услышал эти цифры. Секрет силы армии Ли Джи заключался в больших деньгах. К сожалению, это был единичный случай, и он не мог быть воспроизведен для блага династии Мин.
Посмотрев выступление солдат Ли Джи, Лу Сяншэн и генералы не заинтересовались, не найдя того, что можно было перенять, поэтому развернулись и ушли.
25 сентября, 8-го года правления Чунчжэня, после удачного завершения битвы при Жочжоу, армия отборных солдат была выведена из основного состава войск и вернулась в Тяньзинь.
Когда они уходили, то шли на своих двух ногах, а когда возвращались, ехали верхом и вели с собой еще лошадей. В Лояне, при отражении нападения двух тысяч танских всадников, было захвачено 200 боевых лошадей; при разгроме старого Хуэйхуэя было захвачено более трехсот неповрежденных боевых лошадей; к этому стоило добавить тысячу лошадей, которых Лу Сяншэн отдал Ли Джи. В целом на одного солдата выходило по одной лошади и еще оставались лишние. Обратный путь прошел намного легче и быстрее.
Включая 10 000 лян серебра, которые дал Лу Сяншэн, этот вид бизнеса можно было рассматривать, как весьма полезный опыт.
Войска прошли весь путь на север и 21 ноября, после двух месяцев отсутствия, они вернулись в Тяньзинь.
Когда воины вернулись с победой, жители поселения восторженно их встретили. Тысячи жителей собрались у южных ворот Чунвэньмэнь. Они запускали петарды, били в гонги и барабаны, чтобы приветствовать триумфально вернувшуюся армию.
На городских воротах тоже висели и потрескивали вращающиеся петарды, словно танцующие эльфы, приветствовавшие возвращение героев.
Впереди всех Ли Джи увидел Цуй Хэ, которая, встав на цыпочки, старалась лучше разглядеть что там впереди.
Как только ее взгляд нашел среди других Ли Джи, она бросилась к ему на встречу, не обращая никакого внимания на жалобные мольбы служанки рядом с ней. Солдаты увидели бегущую жену их командира и поспешили уклониться, убрав лошадей немного в сторону, чтобы ненароком не задеть ее. Когда Ли Джи спрыгнул с лошади и обнял ее, Цуй Хэ уже плакала.
Спрятавшись в объятиях мужа, она дернула носом, всхлипнула и сказала: «Наконец-то ты вернулся! Я боялась, что больше тебя никогда не увижу!»
Ли Джи коснулся ее головы и с улыбкой ответил: «Не бойся, не бойся! Я же вернулся!»
Цуй Хэ подняла заплаканное лицо: «Если бы тебя убили, как бы я смогла жить одна?»
Юноша ее утешал: «Меня никто не убьет! Я тот, кто убивает других!»
Цуй Хэ перестала плакать и вытерла лицо рукавом: «Так ты победил?»
Ли Джи кивнул: «Да! Я убил более шести тысяч разбойников!» Потом он замолчал, вспомнив что произошло и грустно добавил: «Но они разделили мои заслуги между собой и оставили мне только 1000 голов, как достижение».
Цуй Хэ сердито надулась: «Да они издеваются над нами!»
Ли Джи кивнул: «Да издеваются надо мной, потому что я младший офицер!»
Цуй Хэ обняла его и совсем по-детски сказала: «С этого момента это мы будет игнорировать их!»
Ли Джи улыбнулся: «Да! Не будем обращать на них внимания!»
После этих слов, Ли Джи вскочил на коня и посадил Цуй Хэ перед собой, придерживая ее руками с обеих сторон.
Цуй Хэ была женщиной, которая невероятно любила все новое. Она впервые садилась на лошадь и была очень счастлива оказаться в объятьях Ли Джи, поэтому и смеялась и плакала одновременно.
Простые люди стояли вдоль улиц с двух сторон и приветствовали офицера обороны. Дети бежали позади его лошади и осыпали полевыми цветами.
Когда Ли Джи подъехал к Официальному Залу Заместителя Тысяцкого, он увидел Ло Лизуна, шоубэя левого отряда, который его там ждал. Увидев Ли Джи, он не стал вести себя высокомерно, как чиновник более высокого ранга, а подошел и поприветствовал: «Позвольте поздравить младшего брата Ли с триумфальной победой! Так же поздравляю младшего брата Ли с повышением до уровня чиновника четвертого ранга на должность секретаря министерства управления!»
Ло Лизун услышал о больших успехах Ли Джи и о том, что его вот-вот повысят, поэтому проявил инициативу и стал называть его младшим братом. Вчера он получил известие о том, что сегодня отборная группа войдет в город и ждал Ли Джи в поселении с самого утра уже не первый час.
Ло Лизун чувствовал, что Ли Джи очень силен и у него большое будущее, поэтому воспользовался возможностью подружиться с ним сейчас, пока еще не совсем поздно. Как начальник, Ло Лизун не мог быть более любезным.
Ли Джи улыбнулся, спрыгнул с лошади и повернулся, чтобы помочь Цуй Хэ. Только после этого он поприветствовал Ло Лизуна, но только он успел сложить руки перед собой, как тот остановил его и громко сказал: «Зачем такие церемонии? Не стоит беспокоиться! Младший брат утер нос всем офицерам и генералом в сражении, поэтому не стоит быть таким вежливым с этим шоубеем!»
Ло Лизун узнал новости из местной газеты.
Правительственный вестник был официальным новостным каналом во времена конца династии Мин и был похож на все газеты последующих поколений. Там публиковались новости от правительства и от чиновников со всей страны, таким образом все чиновники могли знать о том, что происходит в мире. Ло Лизун прочитал в газете о том, что у Ли Джи были заслуги в более чем тысячу голов разбойников. Это было намного больше, чем у большинства генералов в битве при Жочжоу.
Ло Лизун знал армейские порядки. Если младшему офицеру обороны оставили 1000 голов в заслугах, значит их реальное количество было значительно больше. Ло Лизун был потрясен до глубины души, прочитав эти новости и его уважение к Ли Джи возросло до небес.
Ли Джи улыбнулся ему и ответил: «Брат Ло наверное шутит! Когда бы повышение от военного министерства успело прийти?»
Ло Лизун тоже улыбнулся: «Эта новость прилетела где-то полмесяца назад. Император был очень доволен вашими заслугами при Жочжоу и распорядился военному министерству немедленно, в срочном порядке реализовать награду. Все ваши значки и ордена у губернатора. Сначала я сам хотел их вам принести, но губернатор настоял на том, чтобы вы лично за ними явились к нему в ямэнь».
Ли Джи знал, что губернатор просто хотел напомнить ему о своей благосклонности, поэтому поклонился и ответил: «Тогда я пойду в ямэнь к губернатору и заберу их».
Ло Лизун довольно погладил свою бороду: «Я пойду вместе с моим добросердечным братом, чтобы насладиться частичкой счастья добросердечного брата!»