Глава 101 Хорошие новости в столице
Лу Сяншэн усмехнулся: «Говори, никто не мешает».
Ли Джи сказал: «Во-первых, когда меня повысят до офицера четвертого ранга, я хочу, чтобы меня оставили в том же месте службы, в том же поселении, а не переводили куда-то еще».
Ли Джи управлял недвижимостью в поселения Фань. Будет очень сложно ей управлять, если его переведут в другое место. Несмотря на то, что сама земля, фабрики и мастерские были частной собственностью Ли Джи, всегда будут существовать неудобства, вызванные управлением этой территорией из другого места. К тому же, недостаток авторитета может сказаться на том, что секреты раскроются. Именно поэтому Ли Джи просил повышение в том же месте.
Лу Сяншэн успокаивающе сказал: «Не беспокойся, тебя повысят на том же месте до чина офицера по этике».
Ли Джи кивнул: «Вторая просьба – прошу премьер-министра разрешить мне уйти, больше не помогать в подавлении и вернуться в Тяньзинь».
Лу Сяншэн был удивлен услышать подобную просьбу и спросил: «Почему ты так хочешь вернуться?»
Ли Джи сложил руки и поклонился: «Я беспокоюсь, что разбойники с востока нарушат границу и вторгнуться на нашу территорию. Я хочу вернуться в Тяньзинь для защиты!»
На самом деле Ли Джи беспокоился вовсе не о вторжении, а за свое имущество. Причина оправдания нападения с востока была в том, что Ли Джи не хотел, чтобы Лу Сяншэн узнал о поселении Фань и о тех многочисленных высокотехнологичных секретах, которое оно хранило.
После того, как он отправился в эту экспедицию, то оставил на месте руководителя Ли Сина, но он был слишком молод, так что фактически поселение Фань оставалось без лидера. Если на какой-нибудь фабрике возникнет серьезная проблема, или какой-нибудь работник решит раскрыть секрет производства, или если предатель позариться на его имущество, то Ли Син навряд ли сможет организовать эффективную борьбу с этим.
Промышленность поселения Фань была основой для Ли Джи. Если с отраслями возникнут проблемы и он больше не сможет зарабатывать деньги, независимо от того, насколько будут сильны его отборные отряды, он не сможет их содержать, поэтому их придется расформировать. К настоящему моменту Ли Син был еще слишком молод, а кроме него больше некому было доверить управление поселением. Ли Джи не хотел надолго задерживаться на границе, он должен был вернуться и еще минимум полгода лично управлять делами.
Пока у него была его собственность в поселении, разве он не сможет сам добиться любых высот в карьере?
Именно поэтому после битвы при Жочжоу Ли Джи хотел вернуться обратно.
Тем более, что Лу Сяншэн сам сказал, что его вклад уже был слишком велик, а продвижение по службе слишком быстрым. Иными словами, в будущем он будет добывать головы только для других, тогда зачем вообще тратить на это свое время? Если в поселении что-то пойдет не так, он будет сильно сожалеть об этом.
Лу Сяншэн задумался и сказал: «Теперь, когда ты стоишь среди генералов, никто не посмеет тебя унижать».
Лу Сяншэн напомнил Ли Джи, что поставил его выше генералов. Это было сделано для того, чтобы медленно его продвигать вперед. Будущее Ли Джи должно было быть светлым. Может быть через 5 или 10 лет он мог бы стать генералом, а может быть даже заместителем Лу Сяншэна.
Но как Ли Джи мог сражаться на границе 5 или 10 лет? В таком случае в поселении определенно возникнут неразрешимые проблемы. Ли Джи сложил руки и поклонился: «Я все понимаю, но больше всего меня беспокоит мое имущество в Тяньзине, и я боюсь, что оно может пострадать при нападении с востока».
Лу Сяншэн молча слушал слова Ли Джи и поглаживал свою бороду.
Этот Ли Джи не хотел ему подчиняться!
Хоть защита от нападения с востока и была весомой причиной, но не было никаких срочных донесений и высадке врага близ границы. Зачем было возвращаться в такой спешке?
Лу Сяншэн решил, что Ли Джи расстроился из-за того, что головы, которые он добыл, были отданы другим людям. Чувствуя неловкость, он не хотел больше воевать.
В конце концов, он был всего лишь был молодым и амбициозным человеком, поэтому не смог вынести такой большой потери.
Если бы Ли Джи потерпел и повоевал под его началом несколько лет, то смог бы стать генералом. Нынче молодежь раздражается и бросает карьеру из-за пустяка.
Однако Лу Сяншэн не стал настаивать на том, чтобы Ли Джи остался. Теперь, когда старый хуэйхуэй был обезглавлен, поимка Гао и Ли была только вопросом времени. Само собой, что с остальными десятью главарями разбойников потом бороться будет еще проще. Войска по-прежнему продолжали прибывать на помощь одно за другим, их сил было вполне достаточно.
В настоящее время каждый город прислал своих солдат для совершения великих дел, но Ли Джи хотел вернуться, потому что лишь несколько генералов заберут себе все заслуги. С самого начала было соглашение, что те, кто придет, не будет отвергнут, а те, кто ушел, не будет преследоваться, поэтому Лу Сяншэн не старался удержать его.
Недолго думая, премьер-министр согласно кивнул: «На том и порешим! Теперь, когда армия многочисленна, а ты внес большой вклад, я позволю твоим войскам вернуться обратно в Тяньзинь. После я предоставлю доклад императору и объясню всю ситуацию!»
Ли Джи сложил руки и громко сказал: «Нижестоящий благодарит премьер-министра! Если вы так и сделаете, я без сожалений отдам вам головы!»
Обсудив распределение голов с Лу Сяншэном, они снова вернулись в главную армейскую палатку.
Казалось, что все генералы знали, что Лу Сяншэн увел Ли Джи в боковую палатку, чтобы обсудить вопрос с головами, и ждали результата с нетерпением. Теперь они видели, что Лу Сяншэн вернулся удовлетворенным и поняли, что сделка состоялась.
В этот раз армия Ли Джи захватила большую половину голов всей армейской добычи, и если он согласиться отдать свою долю, то заслуги генералов удвоятся. Увидев, что Ли Джи с готовностью отказался от своих привилегий, генералы стали смотреть на него более доброжелательно.
Даже те пятеро генералов, которые еще совсем недавно извинялись перед ним больше не стыдились, а льстиво улыбались ему.
Когда Ли Джи проходил мимо Ли Шишэна, тот заискивающе улыбнулся и сказал: «Заместитель сотника! Наверное в этот раз заместитель сотника будет назначен командиром!»
Ли Джи был в плохом настроении, поэтому прошел мимо, проигнорировав его. Он не был зол, но губы его были плотно сжаты.
Генерал Наньяна Чень Чжибан увидел, что премьер-министр и Ли Джи пришли к соглашению. Его лицо больше не было красным, оно светилось от радости. Совсем недавно он видел величие Ли Джи, а сейчас получил себе его долю. Теперь он полностью и беззаветно его уважал. Он освободил перед собой большое пространство и сказал: «Заместитель тысяцкого, пожалуйте сюда, вставайте прямо передо мной!»
За один день Лу Сяншэн распределил головы между генералами, выписал грамоты за безупречную службу и быстро отправил их в столицу.
Обезглавлена уйма разбойников, убит Ма Шоуин, это были отличные новости, которые, как пожар облетели столицу. Все хвалили Лу Сяншэна, как хорошего полководца. Еще хвалили императора, который проявил мудрость и отправил на эту битву премьер-министра.
Была глубокая ночь, когда во дворце Цяньцин император Чжу Юцзянь (последний император династии Мин) снова внимательно перечитывал доклад Лу Сяншэна.
«Главнокомандующий Ляодуня сражался в первых рядах, стойко оборонял восточный фланг и убил 1227 разбойников».
«Шанхайгуанский заместитель генерала Ли Чунчжэнь храбро сражался с врагом, прорвался через восточное крыло и обезглавил 881 разбойников».
«Заместитель генерала Ми Линъюня Лэй Шишэн твердо стоял на восточном фланге и обезглавил 763 разбойника».
Чжу Юцзянь пробежался глазами по тексту и усмехнулся. Опустив доклад, он снова улыбнулся и спросил Ван Чэнгэна: «Ван Чэнгэн, как тебе Лу Сяншэн, которого я назначил премьер-министром?»
Ван Чэнгэн поклонился и ответил: «Ваше Величество проявил мудрость, когда назначил Лу Сяншэна премьер-министром. Он в высшей степени храбрый и смелый. В разгар боя он лично присоединился к битве, и Гао Инсян и Ли Цзычэн не выдержали и бежали. Старый хуэйхуэй был убит! Он действительно редкий и весьма замечательный руководитель! У императора уникальный глаз, вот почему он нашел такой редкий талант!»
Чжу Юцзянь улыбнулся таким словам: «Его рекомендовал министр обороны Чжан Фэнги, а шоуфу Венби поддержал его».
Ван Чэнгэн сказал: «Император – великий мудрец! Он принимает решение, руководствуясь сердцем! У придворных есть тысячи предложений, и только великая мудрость императора знает, какое из них верное, а какое нет!»
После паузы Ван Чэнгэн продолжил: «Банда Гао Инсяна – сильнейшая из тринадцати банд разбойников, хотя банды Ма Шоуина и Ли Цзычена тоже довольно сильные. Теперь, когда премьер-министр Лу Сяншэн победил, боевой дух офицеров и солдат сильно возрос! Теперь ситуация по поимке разбойников совсем другая. Через некоторое время войска губернатора Хун Чжэнчжоу уйдут на юг, и разбойникам совсем станет негде спрятаться».
«Теперь, если подумать, эти разбойники словно сверчки осенью – не проживут и несколько дней. Им долго не протянуть!»
Слушая лесть Ван Чэнгэна, Чжу Юцзянь даже немного расслабился, облокотившись на спинку трона, он откинул мантию императора в сторону, затем снова поднял руку с докладом и замер, читая строчку о Ли Джи.
«Защитник обороны Тяньзиньского поселения Ли Джи обезглавил старого хуэйхуэя, разбил его армию и добыл 1065 голов разбойников».
1065 голов? Больше, чем большинство генералов и заместителей генералов добыли в этом бою? Это боевые заслуги офицера обороны?
От переводчика: Не знаю, как вам читается, дорогие читатели, но мне переводить очень тяжело. От бешенства за такую несправедливость глаз дергается)))))))))))