Глава 57
Никто не мог вымолвить и слова при виде этого зрелища, особенно после того, как стал свидетелем битвы.
Должны ли они проявить беспокойство? Должны ли они подбодрить его? Должны ли они умолять его остановиться?
Сложные чувства промелькнули в десятках глаз, и многие зубы стиснулись от чистого беспокойства и гнева.
Все они чувствовали себя никчемными. Бесполезными. Не в силах сдвинуться с места под мощью и давлением, которые выпускает Дракон.
Поэтому они могли только наблюдать.
Повернув голову, Гера бросила взгляд в сторону далекого поля боя. Затем одна из ее бровей приподнялась, а глаза сузились в замешательстве.
Вместо того чтобы пуститься в погоню, Дракон отдыхал на месте, его взгляд даже не был обращен в сторону Орарио, а остановился на земле.
Почему он просто отдыхал?
- Он пришел в себя... - грубый голос Райли достиг ее ушей, низкое и усталое пыхтение, которое привлекло всеобщее внимание.
Несмотря на то что он с легкостью стоял на ногах, его глаза были мутными и сильно усталыми, а волосы - в полном беспорядке.
Леонид моргнул, затем посмотрел через дыру, которую Райли образовал, когда его отправил в полет Дракон:
- Пришел в себя? - спросил мужчина, ошеломленный.
Райли тяжело дышит, затем кивает: - Когда мы впервые встретились, я увидел интеллект в его глазах. Он умный, невероятно умный... Но до сих пор я не видел ничего этого. Он пришел сюда и сразу же начал атаковать, как только мы появились... - Его усталый взгляд метнулся к Леониду: - Не напоминает тебе кого-то другого?
Десятки глаз разом расширяются:
- Левиафан.
Он тоже внезапно появился в подземелье и начал атаковать их.
Как будто ему приказали это сделать.
Все взгляды сразу же обратились к Вавилонской башне:
- Подземелье?!
- Да. - Райли вздохнул, затем выпрямился, когда Метерия медленно подошла к нему, держа его клинок в своих обожженных руках,
- Почти уверен, что если двое из них появились, то последний тоже направляется сюда.
Бегемот.
Больше, чем Черный дракон, но гораздо медленнее. Ходячее бедствие, изрыгающее ужасный яд, способный превратить в пыль даже авантюриста 7-го уровня при контакте.
Чудовище, которое превращает любой участок земли, по которому проходит, в отравленную пустыню. И это невозможно исправить.
Уставшие и трясущиеся руки поднимаются, чтобы осторожно взять клинок из рук Метерии, а усталые глаза цвета заката тепло смотрят на девушку, стоящую перед ним:
- Ты не будешь меня ругать?
Метерия смотрит на своего возлюбленного, ее сердце болит от того, что он так ранен, но...
- Почему я должна ругать тебя, когда ты выглядишь таким счастливым? - Слова девушки заставили всех замереть, а затем все взгляды стремительно упали на Райли.
И тут они заметили это.
Несмотря на то что он выглядел очень усталым, был весь в крови, страдал от тяжелых трав, в пыли и рваной одежде... Несмотря на все это, он светился.
- Но! - И тут же сник, когда Метерия повысила голос и уперлась своими маленькими кулачками в бедра,
- С чего ты собрался вернуться туда, а?! - Райли нервно заерзал на месте.
Затем надулась: - Да ладно, Дракон запульнул мной аж до сюда, словно игрушкой! Я не могу позволить, чтобы все так закончилось! - Все дружно поставили себе фейспалм от этих плаксивых слов Райли.
Все, кроме Леонида, то есть. Тот лишь мудрено кивнул головой.
- Мальчики... - вздохнула Метерия, и надутость Райли только усилилась.
В то время как Леонид поднял палец: - А я вот понимаю его!
- Наверное, потому что ты бы тоже так поступил. - тихо размышляет Зальд рядом с Леонидом, заставляя товарища по-детски надуться.
Метерия бросает острый взгляд на своего возлюбленного, который медленно начинает обходить ее стороной, на его лице появляется большая и яркая ухмылка:
- Я скоро вернусь! Обещаю! - А потом он ускакал.
Гера едва сдержала фырканье при этом.
Этот парнишка действительно предпочел столкнуться с Одноглазым Черным Драконом, а не с Метерией.
Выходит, она страшнее, чем Три Великих Зверя, да?
- Значит, мы его не остановим, да? - задумчиво произносит Калидония со своего места на стене, провожая взглядом удаляющуюся фигуру Райли.
- Если бы я его остановила... - начала Кирин, голос у нее был тяжелый, с придыханием, - Я бы сделала с ним то, что положено делать только наедине. И с кроватью, сделанной самой Гефест.
Райли может оказаться в серьезной опасности, когда вернется.
И тогда, к всеобщему шоку,
- Поддерживаю, - Альфия активно кивает в знак согласия со словами Кирин, ошеломляя всех слушателей тем, что женщина с вечносерьезным выражением лица лишь слегка покраснела от слов, которые только что произнесла.
В глубине души Гера действительно хотела присоединиться к ним.
В основном только для того, чтобы сломать Райли бедра, чтобы он хоть на одну гребаную минуту перестал быть таким безрассудным!
....
Может, мне стоит перестать быть таким безрассудным?
Я имею в виду... Сначала Левиафан, теперь Черный Дракон, а скоро, готов поспорить, и Бегемот.
Я что, магнит для неприятностей, что ли? И почему это так возбуждает?
Гера выглядела готовой дать мне по морде - ну, все выглядели готовыми дать мне по морде.
Даже Метерия. Но я боюсь, что она может нацелиться на яйца.
Почему это так весело - выводить их из себя и так сильно злить?
Хмыкнув, я уложил урчащего Блейди себе на плечо. Мы оба чертовски устали, ведь скилл, которым Гера наделила его, безумно силен, обладает чертовски мощой отдачей, но при этом невероятно утомителен.
Мои руки стали тяжелыми, как гора, а сами кости потрескались. Черт, даже мышцы порвались от того, сколько раз я использовал этот скилл, чтобы ударить им Черного Дракона.
И все же, несмотря на все это, мне удалось ранить его, но не покалечить. Я все еще не пробил его чешую, и это меня раздражает.
А потом, когда он очнулся от дымки, затуманившей его разум, этот гад запустил меня до самого Орарио.
И это было больно. Чертовски больно.
Я вдыхаю через ноющие легкие и поднимаю голову, чтобы посмотреть на неподвижного дракона, его единственный глаз сузился к земле так, что мне кажется, он глубоко задумался.
Что только доказывает мне, насколько он умен.
Светящийся кроваво-красный глаз переводит взгляд на меня, а затем слегка расширяется в знак узнавания. И удивления.
Да, я жив, сукин сын.