Глава 176 Мотыльки-огнеборцы и вопрос вагонетки
Солнце уже клонилось к закату, заливая руины мягким золотистым светом. Я сидел на руинах былой цивилизации, наблюдая за тем, как дроны методично собирают всё, что может представлять хоть малейшую ценность. Элла сидела рядом, её змеиный хвост был скручен вокруг обломка колонны, а в глазах читалось напряжение.
- Дмитрий, я обнаружил биологические останки какого-то паразитического создания на теле трупа неизвестного насекомого, собрать для анализа? – вдруг спросил Ковчег через какое-то время.
- Нет! – резко вскрикнул я, поднявшись.
- Но…
- Нет! Даже. Не. Думай, - ответил я.
Взгляд Эллы на меня был, мягко говоря, удивлённым. Спокойно лежал себе, и вдруг начал кричать.
- Ты чего такой взвинченный? Как будто сейчас кто-то выскочит, — сказала она, внимательно глядя на меня.
Я вздохнул, пытаясь подобрать слова.
- Да так… - снова сажусь обратно, махая рукой. – Ковчег предложил притянуть труп инопланетного паразита на корабль, ту фиолетовую мерзость.
Элла заметно скривилась.
- Вот и у меня такая же реакция была.
Ковчег всё же согласился не тянуть гадость.
В конце концов, мертвый мертвым, но эта мерзость имеет просто удивительную жизненную силу, если можно это так описать. Сможет ли в этом чем-то зародиться новый паразит и взять потом под контроль или загадить корабль фиолетовым грибком или что это вообще – не знаю и знать не желаю.
Земляне провели собрание, тщательно обсудив детали предстоящего сражения или же побега… смотря как назвать. План был прост: через 3 дня лететь в одни из гипер-врат, чтобы прорваться. Детали операции разослали в общий чат, оставляя участникам лишь подготовиться и ждать.
На следующий день я сидел на одном из обломков, наблюдая за тем, как земляне загружали свои корабли перед отбытием. Их подготовка выглядела решительной, хотя и отчаянной. Шум двигателей наполнял воздух, а улетающие корабли вскоре превращались в маленькие огоньки вдали. Эти судна были хрупкими и лишёнными всего, что могло бы помочь в настоящей битве: безоружные, с тонкой обшивкой и почти нулевыми шансами выдержать атаку – это не боевые корабли, и всё же они собирались лететь в бой, но в бой ли…
Глядя на эти маленькие огоньки вдали, я задумался.
Можно ли назвать стаю мотыльков, летящих на пламя, огнеборцами?
Нет, это самоубийцы.
Это же я сказал вслух Элле. Та подошла ближе, ее взгляд был холодным, но задумчивым.
- Ты что-то задумал, да? — спросила она, присев рядом.
Я усмехнулся.
- Возможно. Кто-то же должен попытаться спасти нас всех, даже если никто об этом не узнает.
Ведь всё равно иных вариантов у них не было.
Точнее, если я ничего не сделаю.
Другие, быть может, и были беспомощны, но не я.
Пока Ковчег продолжал свою работу, собирая из руин всё, что могло быть полезным: металлы, обломки орудий, любые минералы, металлы и орудия с руин, я обратился к военным с просьбой выделить ресурсы для создания маяка для спасения. Аргумент был прост: маячок подаст SOS-сигнал и привлечёт внимание союзных сил. На это они легко согласились, передав мне материалы, которые система определяла, как крайне ценные – это чисто всякая всячина, но очень высокая по кредитам в стоимости.
Материалы мне, естественно, выделили без вопросов, общая стоимость полученного добра составляла примерно 3000 кредитов.
Конечно, я мог бы запросить больше, но не хотел вызывать подозрения. Даже сейчас я замечал странные взгляды, направленные в мою сторону. Так направленные на меня странные взгляды стали бы недоверчивыми, а недоверие – первый шаг к сомнению в моих словах.
В конце концов, как может пригодиться просто условный отлитый из ценного сплава треугольник, используемый исключительно в строительных работах, крайне специфических ситуациях, в создании сигнального маячка?
Всё это было передано на станцию, где я попросил Ковчега собрать маяк.
О нем я, естественно, переговорил с этим заранее.
Ковчег, естественно, был способен на это, но!.. Здесь был один нюанс – невозможно сделать маячок, передающий сигнал исключительно дружественным целям.
Во-первых, сигнал есть сигнал – даже зашифрованный. А если есть его источник, то его можно отследить.
Во-вторых, шифрование под дружественные корабли… а какое там, собственно, шифрование? Лично мы такого не знали.
Из этого, по идее, напрашивается вопрос – зачем? Вот здесь и было самое интересное.
Через 3 дня будет нападение на гипер-врата с концентрацией сил Двуглава.
А к этому времени можно будет активировать маячок с передачей данных, что в систему высадился флот такой-то через открытую червоточину, требование силам Двуглава сдаться.
Интересно, что же произойдёт, когда осаждающие систему и враждебные ко всем силы обнаружат на этой планете подобный сигнал, а после и вооруженных противников?
Стоит еще добавить, что это была атака на всю систему, следовательно, любые вооруженные силы будут их целями номер один. Учитывая внезапность открытия самой червоточины – всё становится более чем заслуживающим доверия.
Естественно, это станет концом для этих военных. Я почти не сомневался в этом.
Кем бы ни был этот Двуглав, если они позарились атаковать целую систему, то вполне вероятно, что у них были на то силы.
Будет ли этот мой ход предательством? Что ж… судить сложно.
С одной стороны, отношение ко мне у них было хорошим, но, с другой же стороны, не зря же в прежнем плане я сравнил землян с мотыльками, летящими на пламя.
Это было самоубийство, если всё так и оставить конечно же.
Моральная дилемма – под сотню человек-землян или же тысячи неизвестных инопланетян уже павшей империи.
Это тот же вопрос вагонетки, поставленный под иным углом, и всё действительно как в той проблеме морали – я – лишь вынужденный свидетель этого события, и я могу либо “сменить путь вагонетки” переключением рычага, либо так и остаться наблюдателем.
Что до Эллы, то ее я держал пока в относительном неведении – она знала, что я делаю это не для них, а с выгодой для нас, но конкретика ускользала от нее.
Видимо, ранее она просто не сталкивалась с подобным, но да как-нибудь объяснюсь.
Ковчег мой план понял и посчитал его хорошим, но комментировать на удивление отказался. Было такое ощущение… словно он закрывал на это глаза.