Глава 946 — Перемена
Это был первый раз, когда Ли Суй показала свой истинный облик Ли Ховану . Раньше она всегда полагалась на техники иллюзий, чтобы скрыть свое настоящее лицо. Её напряжение спало, когда она встретилась с его взглядом. То, что должно было случиться рано или поздно, наконец произошло.
В ту же секунду собачья голова Булки зашевелилась и заговорила с ним: — Отец, я задержу их здесь. А ты собери помощь от других сект и остальных Глав Небесной Канцелярии . Ты единственный, кто может это провернуть.
Ли Хован увидел, как Мерцающее зеркало подле него начало стремительно расширяться, превращаясь из зеркала в дверь. Внутри замелькали разные сцены: храмы, даосские монастыри, пещеры и ямэни с каменными львами у входа.
— Ты справишься?! — прокричал Хован фигуре перед ним. — Я едва смогу удерживать их какое-то время. Чем быстрее ты вернешься, тем в большей безопасности я буду, — ответила Ли Суй, и голос её доносился сразу из всех голов.
— Ладно, я за подмогой. Мяомяо! Кости ! Помогайте ей! — рявкнул Ли Хован. Он знал, что союзники увеличат их шансы. Как минимум, нужно было больше людей, чтобы отсечь армию нежити от Цзоцю Юна.
Как только Ли Хован нырнул в зеркальный проход, все глаза Ли Суй обратились к Цзоцю Юну. — Надо же, Ли Суй. Ты поглотила столько людей, а? — с улыбкой произнес Цзоцю Юн. Он вел себя так, будто они просто мило беседовали, как сто лет назад.
— Это всё благодаря убийцам, которых ты подсылала ко мне. Мне пришлось многому у них научиться, чтобы выжить. Спасибо, тетушка. — О, теперь я вижу, как ты стала Главой Небесной Канцелярии Великого Линь. Вероятно, ты сожрала и предыдущего Главу, не так ли?
Волосы и щупальца, растущие из голов Ли Суй, начали извиваться, стремительно удлиняясь и переплетаясь. Если этот чудовищный рост не остановить, Ли Суй скоро превратится в бесформенный ком плоти.
— У меня не было выбора. К тому же, он думал, что сможет меня контролировать. Возможно, у него получилось. И это был не один Глава — мне пришлось сожрать двоих, чтобы сбежать от тебя.
Не дожидаясь ответа, Ли Суй начала нараспев читать заклинания всеми ртами сразу, выплетая сложные печати своими бесчисленными щупальцами. — ꁣꂝꂻꄌꄧꅂꅵꆈꆣꇅꇨꈄꈠꈷꉔꉦꉷꊅꊙꊻꋹꌕꍋꍧꍿꎰꏋꏪꐆꐡꐺꂞꂼꄨꅃꆉꆤꇆꇩꈅꈡ ...
Голоса накладывались друг на друга бесконечным эхом. Она воздела щупальца к небу. — ꈄꈠꈷꉔꉦꉷꊅ Украсть Небеса ꄨꅃꆉꆤꇆꇩ !
В следующий миг ярко сиявшее солнце исчезло, и мир погрузился в кромешную тьму, словно Ли Суй в буквальном смысле стащила небо. Весь Великий Линь окутал мрак, и битва на мгновение замерла.
— Хм~ Всего лишь мелкий трюк, — фыркнул Цзоцю Юн. — Ли Суй, неужели это всё, чему ты научилась, пожирая людей? Черное небо раскололось, и луч солнечного света пронзил тьму, подобно лампе, высветив Цзоцю Юна и Ли Суй.
— Ли Суй, мы всё еще заботимся о тебе. Как насчет такого? Остановись сейчас, и я удочерю тебя, — голос Цзоцю Юна неожиданно смягчился. — Тетушка, ты научила меня многому. И твой первый урок был — никогда не доверять чужим словам слишком легко.
Земля под ногами Цзоцю Юна треснула, и черные щупальца, унизанные головами, вырвались наружу, устремляясь к двум копиям врага. Они обвили их, но не стали разрывать. Вместо этого они начали вгрызаться в их плоть. Поскольку обычные атаки были бесполезны, Ли Суй планировала поглотить Цзоцю Юна, сделав его частью себя, используя свою природу Черной Мерзости .
Но в следующий миг взгляд Цзоцю Юна сфокусировался. Щупальца Ли Суй мгновенно сморщились и превратились в сухую кожу. Этот трюк даже не стоил его внимания. — Ли Суй, я проявляю к тебе уважение. Но если ты его не принимаешь, то придется терпеть наказание, — прохрипел Цзоцю Юн. Длинные иглы с шелковыми нитями полетели в Ли Суй, ускоряя неконтролируемое сращивание её плоти и крови.
В этот момент над полем боя эхом разнеслось пение сутры Белого Лотоса. — «Здесь лежит сухое поле с текущими каналами... В воздухе звучат голоса мандаринок, всё покрыто цветами мандалы. Белый и синий лотос...»
Бай Линмяо сидела, скрестив ноги, а над её головой плавно вращался Нефритовый Лотос Двенадцати Заслуг. Мягкий белый свет расходился волнами, окутывая поле битвы, пока последователи подхватывали пение. Цзоцю Юн остался равнодушен, но окружающая его нежить в ужасе отпрянула, словно встретив своего заклятого врага.
Мяомяо сидела неподвижно, как божественное изваяние из белого нефрита. Милосердие и доброта, исходящие от неё, коснулись каждого. Те, кто слышал сутру, чувствовали прилив сострадания и бросали оружие, не желая больше проливать кровь.
— Небесная Матерь ? — Цзоцю Юн на секунду замялся, а потом улыбнулся. — Нет, ты не она. Если бы ты была ей, ты бы меня благодарила. В конце концов, я вырезал всех дворян Тянь Хуан, которые держали на неё обиду. Теперь государство Тяньчэнь принадлежит мне.
Он поднял руку, и Бай Линмяо мгновенно потащило к нему. Торжественное пение оборвалось. Но в тот миг, когда она почти столкнулась с ним, небеса снова содрогнулись. Луч света ударил сверху в Цзоцю Юна. Тот поднял голову и увидел, как небо заняли два огромных океана инь и ян — черный и белый. Прибыл Доулао.
— Хм? — Цзоцю Юн глянул влево и заметил, что Ли Хован вернулся. Он сидел в позе лотоса и читал заклинания из Записей мириад . — Чтобы привести подмогу, много времени не надо, — сказал Хован. Он встал и посмотрел на врага.
За его спиной мастера из разных сект спешили на поле боя, помогая стабилизировать рушащийся Шанцзин. Среди подкрепления были не только сектанты, но и Главы из других стран. Они понимали простую истину: если губы исчезнут, зубам станет холодно .