Глава 49.1 Пленник
Чжао Нуаньчэн боялась Цзян Жэня, но когда он спросил о Мэн Тин, она заколебалась. Она всё ещё помнила, как они отправились на гору Ваньгу, и Цзян Жэнь последовал за ними, чтобы найти Мэн Тин. По её мнению, Цзян Жэнь был жестоким и отвратительным преступником. И к тому же развратным.
В конце концов, в школе всё ещё ходили слухи о Цзян Жэне, Шэнь Юйцин и Лу Юэ. Хотя Чжао Нуаньчэн пребывала в ужасе, она не была беспринципной.
Тинтин была таким хорошим человеком, а в прошлый раз девушка бросила её, потому что боялась Цзян Жэня. Но сейчас не бросит! Поэтому Чжао Нуаньчэн стиснула зубы и сказала:
— Я отведу тебя к ней.
Цзян Жэнь не стал её подвозить, а попросил об этом Хэ Цзюньмина.
— Давай, сестрёнка, — присвистнул он.
Лицо Чжао Нуаньчэн покраснело, но она покорно забралась на мотоцикл. Байк тронулся с места, и Чжао Нуаньчэн закричала от страха.
— И это вся твоя смелость? — громко рассмеялся Хэ Цзюньмин.
Ей было всё равно, кто он такой, она просто крепко держалась за его талию. Хэ Цзюньмин, будучи нахалом, сказал:
— Ну надо же, какой энтузиазм. Держись крепче.
Чжао Нуаньчэн направила их к Лейк-Парку. Летней ночью вода в озере мерцала, и было довольно прохладно. Они объехали вокруг озера трижды. Внезапно Цзян Жэнь остановил свой байк.
Как только он остановился, остальные сделали то же самое.
Цзян Жэнь повесил шлем на ручку мотоцикла и холодно посмотрел на Чжао Нуаньчэн.
— Ты что, издеваешься? Где она? — Его взгляд был ледяным. — Это твой последний шанс.
Чжао Нуаньчэн, которая только что пережила ужас от быстрой езды, теперь дрожала от страха и чуть не плакала. Она планировала сбить их со следа и тайно позвонить в полицию с телефона отца, но из-за скорости езды даже не могла достать телефон.
Наконец, не выдержав давления, девушка призналась:
— Она в арт-холле.
Казалось, в воздухе на мгновение воцарилась тишина.
«Это плохо», — подумал Хэ Цзюньмин
Это место находилось там, где Цзян Жэнь попал в неприятности прошлой зимой, когда вернулся. Они довольно хорошо представляли, что там делала Мэн Тин.
Цзян Жэнь не сказал ни слова. На этот раз он не стал дожидаться остальных и поехал один.
Он дал газу, оглушительно взревев двигателем, и в мгновение ока исчез.
Чжао Нуаньчэн вытерла слёзы.
Хэ Цзюньмин вздохнул. Они не собирались издеваться над девочкой, и на этот раз его кольнула совесть:
— Не плачь. Брат Жэнь не плохой парень.
Чжао Нуаньчэн захотелось плакать ещё сильнее. Не плохой парень? Да он хуже всех!
Она пошарила в кармане в поисках телефона. Было 21:12, и соревнования Тинтин вот-вот должны были начаться.
— Мы отвезём тебя в Художественный зал. Я обещаю, что мы ничего тебе не сделаем. О чём ты думаешь весь день? — сказал Хэ Цзюньмин.
* * *
Ночной ветер развевал чёрные волосы Цзян Жэня.
Он припарковал свой байк у нужного здания, вспомнив, как в канун Рождества тоже был здесь, истекая кровью под лёгким снегопадом.
Парень вошёл в здание из-под тёмного неба. Ярко горели лампы. Он делал шаг за шагом.
К тому времени он уже мог видеть сцену. Музыка уже достигла финальных нот, мелодия звучала мягко и нежно. Весь свет погас, и софиты потускнели. Цзян Жэнь поднял глаза, окружённый темнотой. Освещён был только небольшой участок сцены.
Цзян Жэнь сразу же заметил Мэн Тин.
Он не смог увидеть весь её танец целиком — только финальный поклон.
Музыка смолкла, мир погрузился в тишину. Её маленький уголок мира посерел, когда Мэн Тин шагнула вправо, вытянула левую руку, слегка согнула ногу и изящно опустила правую руку, образовав красивую дугу, изогнувшись в лёгком поклоне.
Затем, когда она подняла глаза, зажёгся свет.
Цзян Жэнь, несущий с собой пронизывающий ночной холод, увидел её улыбку. Это была не застенчивая робкая улыбка, а элегантная и яркая, какой он никогда раньше не видел.
Казалось, в её глазах была целая галактика звёзд, и одним взглядом девушка заставляла всех затаить дыхание. Это было похоже на утреннюю росу, мягко падающую в лесу, мимолётную, но окрашенную первыми лучами рассвета. Мэн Тин улыбнулась с такой свободой и радостью. Она была умопомрачительно красива, как только что родившаяся невинная фея.
Зрители внизу долго молчали, прежде чем разразиться аплодисментами. Ведущий вышел на сцену, чтобы объявить следующего участника.
Цзян Жэнь, казалось, забыл как дышать, и не мог прийти в себя.
Он никогда раньше не видел Мэн Тин такой. Когда он впервые встретил её, она не переносила яркий свет и медленно выходила из школы с белой тростью. Тогда была осень, только что прошёл дождь, и воздух был влажным.
Мэн Тин была тихой, одинокой. И она вдруг исчезла из поля его зрения.
Мэн Тин всегда казалась нежной и тихой. Она была терпеливой и отдавала всего себя во всём, что делала. Она стояла на свету, но могла принять тьму. Цзян Жэнь всегда считал её милой и уступчивой, но сегодня увидел её с другой стороны.
Она была красива, но это был первый раз, когда она почти околдовала его. Девушка улыбалась с гордой радостью, и куда бы она ни посмотрела, люди охотно становились её пленниками.
Цзян Жэнь тяжело дышал. Поздний майский воздух был необычайно душным. Ему казалось, что его сердце сжимает чья-то рука, и он тонет во внезапном, всепоглощающем чувстве. Он давно знал, что она ему нравится, но сегодня вдруг понял, что его соблазняют.
Чёрт возьми, именно так всё и было… Соблазнение. И это сделала девушка, которую он всегда считал мягкой безобидной овечкой!.. Из-за этого парень чувствовал себя немного не в своей тарелке.
«Соблазнённый» — не самое приятное слово. Но никакое другое слово лучше не передавало его чувств. Её юбка была очень короткой. Белые гольфы облегали её длинные стройные ноги. Каждый изгиб завораживал, нагревая воздух дюйм за дюймом.
Она была в балетках, изящных и очаровательных. Воздух был наполнен её сладким ароматом, и Цзян Жэнь вспомнил, как её пальцы ног слегка касались земли. Ему казалось, что он мог бы обхватить обе её ноги одной рукой.
Цзян Жэнь понял, что что-то не так. Впервые в жизни он покраснел!
Его наказывали в начальной школе, заставляли прыгать через скакалку перед всеми в военной академии во время полового созревания, и даже когда ему впервые приснился эротический сон и пришлось менять штаны, он сделал это, не моргнув глазом.
Его эмоции всегда были либо безразличными, либо жгучими, как огонь. Но он и представить себе не мог что, просто наблюдая за танцем — нет, чёрт возьми, это был даже не танец, а финальный поклон, — он так разволнуется, что девушка заставит его покраснеть!
Танец на прослушивании обычно длился чуть больше минуты. Когда следующий участник закончил выступление и покинул сцену, Цзян Жэнь всё ещё стоял там, застыв на месте. Его чёрные перчатки крепко вцепились в спинку матерчатого сиденья.
Он тяжело дышал, как человек на пороге смерти, в его голове царил хаос. Пока Цзян Жэнь не увидел Сюй Цзя.
Выражение лица это парня было ошеломлённым, его взгляд был прикован к сцене, но казалось, что он погружён в свои мысли и смотрит куда-то за пределы сцены. И не только они — у многих девушек в зале в глазах застыло изумление.
«Стоит ли мне убить этого настырного парня?» — вяло подумал Цзян Жэнь.
Но его тело чувствовало слабость, и он был в полном беспорядке.
Ему очень хотелось курить, но, сунув руку в карман, он обнаружил только кошелёк и телефон, и вспомнил, что бросил курить. Он даже не мог собраться с духом от гнева.
«Почему она не посмотрела на меня перед уходом со сцены?» — снова и снова думал Цзян Жень.
Прежде чем переодеться за кулисами, Мэн Тин получила сообщение от Чжао Нуаньчэн. Телефон девушка одолжила у отца, потому что своего у неё не было.
[
Тинтин, я скоро приду. Извини, Цзян Жэнь и остальные тоже пришли /(Т о Т)/
]
Мэн Тин была поражена. Она была сосредоточена и серьёзна во время выступления. Ей нравилось ощущение, когда каждый сантиметр её тела растягивался до предела, а затем наполнялся гибкостью и лёгкостью. Поскольку время выступления было перенесено, Чжао Нуаньчэн не смогла прийти вовремя. Если это так… то Цзян Жэнь тоже не видел этого.
Мэн Тин быстро сменила свой балетный наряд. Когда она вышла, участник под номером 93 уже вышел на сцену.