Глава 44: «Наем»
163. Повелитель Тайн Выживание начинается с Марионетки
— Стоит ввести информацию, и Система автоматически дополнит соответствующие данные, — размышлял Тан. — Это вполне отвечает Методу Действия [Мастера Марионеток]. С этим я быстро усвою зелье [Мастера Марионеток].
Правила исполнения роли [Мастера Марионеток] в основном сводятся к кукловодству из-за кулис и проработке образов марионеток. Но аплодисменты [Зрителей] важны ничуть не меньше — получаемый от них духовный отклик в огромной степени способствует усвоению зелья.
— Но… если симуляция окажется настолько реалистичной, что даже я начну верить, будто предо мной человек, а не марионетка, — тихо произнёс он, — не станет ли это ещё одной формой потери контроля?
Марионетки — лишь безжизненные куклы, которыми управляет [Мастер Марионеток]. Стоит им лишиться связи со своим хозяином, как они тут же теряют всякую духовность. Но что, если довести игру до абсолютного правдоподобия? До такой степени, когда даже сам [Мастер Марионеток] на мгновение перестанет понимать, человек перед ним или марионетка?
Когда подобное ошибочное восприятие затронет марионетку, заставив видеть в ней полноценного человека, возможно, эта кукла действительно оживет.
Если [Мастер Марионеток] перестанет признавать марионетку своей собственностью, это духовное заблуждение приведет к неверному усвоению сил и, как следствие, к самому страшному исходу — потере контроля.
Ожившая марионетка… Звучит как настоящая история о призраках.
— Так что на любом пути и на любой последовательности к усвоению и исполнению роли нужно подходить с предельной осторожностью, — вздохнул он.
Фундаментальные законы этого таинственного мира действительно безумны и полны хаоса.
Тан планировал позже заглянуть в театр и подыскать там кого-нибудь подходящего, чтобы сделать из него марионетку и подарить отцу.
Благодаря удаленному управлению, даже если отец уедет из Тингена после потери памяти, Тан все равно сможет поддерживать с ним связь.
Полагаясь исключительно на костяного вестника, Тан вряд ли дождался бы ответа, если бы отец так и не вспомнил эту часть своего прошлого.
— К тому же, духовная обратная связь от потерявшего память [Консула Смерти] значительно ускорит моё усвоение, — улыбнулся Тан.
Уровень Ангела — это уровень Ангела. Даже если тот потерял память, его величие и ранг никуда не делись.
Попрощавшись с Оуэном, Тан сел в экипаж и покинул замок.
Он не стал перемещаться с помощью марионетки — [Путешественника]. В конце концов, поблизости все ещё могли оставаться следившие за замком Потусторонние. Раз уж ему приходилось появляться на публике, лучше было лишний раз не раскрывать свои карты и марионеток.
Прежний метод очистки сахара с помощью глиняного раствора принёс превосходные результаты. Полученный белый сахар по внешнему виду и качеству многократно превосходил тот, что продавался на рынке с кучей примесей. День, когда он выйдет на рынок и станет просто сидеть дома, наблюдая, как в карман текут золотые фунты, был уже не за горами.
С самого начала Тан ориентировал этот продукт на средний и высший сегменты рынка. Однако прежде чем запускать продажи, ему необходимо было наладить хорошие отношения с некоторыми благородными господами из Тингена.
Ведь это неизбежно ущемит их интересы. И если он не хотел устранять каждого аристократа, который непременно вставит ему палки в колеса, то объединение усилий и раздел прибыли с некоторыми из них были просто необходимы.
Эти благородные господы привыкли при любом удобном случае воротить нос, ведь их власть отнюдь не мала. Барон — самый низкий из титулов, и они вряд ли откажутся от выгоды, которая сама идет в руки, ради простого почетного рыцарского звания. Ведь такой титул не передается по наследству, и их потомкам придётся искать другие способы заслужить признание.
— Это куда страшнее офисных интриг из моей прошлой жизни… — пробормотал Тан. — И какой только обычный, заурядный попаданец возомнил, будто с его-то умом в древние времена он сможет переиграть местную родовитую знать?
Но даже если сотрудничество неизбежно, технологию производства белого сахара следовало крепко удерживать в собственных руках. Тан ещё раньше одолжил у отца верных людей, чтобы они занимались исключительно этим делом.
— Похоже, придётся нанять ещё несколько Потусторонних. В самом деле, открытой охраны из Потусторонних в замке нет, — подумал Тан.
Это было правдой лишь на первый взгляд. Втайне среди гвардейцев скрывались Потусторонние низких последовательностей — нанятые его отцом или присланные по указанию семьи деда по материнской линии. Они составляли скрытую, «последнюю» линию обороны этих земель.
О, конечно, если враги наивно полагали, что, разделавшись с этой скрытой охраной, они смогут спать спокойно… что ж, пожелаем им удачи.
Ведь в самых глубоких тенях прятались два Потусторонних средних последовательностей, один Ангел, целая куча марионеток и пожирающий людей театр.:)
Расчистка пустошей, высадка фруктовых садов, строительство мастерских — все это требовало огромного количества рабочих рук. Людей отца явно не хватало, поэтому Тан планировал присмотреться к местным жителям в городке.
Экипаж слегка потряхивало. Тан ехал с закрытыми глазами, но никак не мог толком отдохнуть.
Вскоре показался городок, где кипела вполне оживлённая жизнь.
Недавнее появление серийного убийцы не вызвало здесь слишком больших волнений. Священник Фидир как раз вел мессу. В небольшой церквушке сидели редкие прихожане, тихо внимая священному писанию, которое зачитывал священник, и вознося хвалу Богине.
Тан вошёл через церковные двери. Окинув взглядом священный символ Богини Вечной Ночи, он бесшумно прошел в самый конец и сел на последнюю скамью.
Его мать была преданной верующей Церкви Богини Вечной Ночи, и в возведение этой скромной церкви мадам Боянка в своё время тоже вложила немало сил.
«Потусторонний из Церкви Богини Вечной Ночи?» — подумал Тан, окинув взглядом прихожан. В его душе созрело решение.
Эта церквушка была совсем крошечной, и даже на воскресную службу верующих приходило немного.
В конце концов, это была глухая провинция. Стоило беднякам пропустить день работы — и завтра им могло оказаться нечего есть. Даже если они порой получали помощь от местного джентри и церкви, они просто не могли позволить себе тратить драгоценное время на долгие службы.
Максимум, что они делали — молились в душе, жуя черствый чёрный хлеб, очерчивали на груди знак Алой Луны и шептали слова благодарности Богине.
Поэтому те, кто присутствовал на воскресной мессе, либо не испытывали нужды в еде, либо зашли сюда ненадолго перевести дух под благовидным предлогом.
Как, например, замерший неподалёку силуэт с низко опущенной головой.
Это был тот самый представитель Церкви, который недавно приходил в замок с «визитом вежливости», и по совместительству тот самый [Ночной кошмар], что пытался проникнуть в его сны.
Когда месса подошла к концу, Тан поднялся, прошел вперёд и опустил заготовленные золотые фунты в ящик для пожертвований.
— Господин Ламд, — мягко поприветствовал его священник Фидир, четырежды коснувшись груди по часовой стрелке.
Сделав вид, будто не замечает стоящего неподалёку [Ночного кошмара], Тан в ответ начертил на груди знак Алой Луны и обратился к набожному служителю Богини:
— Священник Фидир, мне нужна ваша помощь в одном деле.
— Что за дело? — Спросил священник Фидир. — Если это в моих силах, я, как и подобает единоверцу, с радостью помогу вам.
— Я бы хотел нанять несколько человек в городке, — Тан изобразил легкую озабоченность. — У меня намечается неплохое дело, но не хватает рабочих рук. Надеюсь найти достаточно терпеливых и трудолюбивых людей.
— Разумеется, что касается оплаты… хм, в дополнение к обычному жалованью я готов обеспечить их двухразовым питанием.
Обычно работодатели не обеспечивают наемных работников едой — исключением были разве что личные слуги, дворецкие или домашняя стража. При подобном долгосрочном найме, когда работать приходилось непосредственно в поместье господина, наниматель брал на себя все расходы по содержанию и питанию служащих.
Однако семьи, способные позволить себе такие траты, редко нанимали простых людей с улицы. И уж тем более они не стали бы, подобно Тану, предлагать еду и воду лишь из-за временного дефицита рабочих рук.
Ведь в наши дни людей, которые надрывались изо всех сил каждый день, но в итоге все равно умирали с голоду, было предостаточно.
(Конец главы)