Глава 352: «Солнечный Колодец (Финал)»
163. Повелитель Тайн Выживание начинается с Марионетки
Что это вообще такое?!
Старина Нил, потерявший контроль, вновь впал в неистовство в тот самый миг, когда контроль утратила и беременная женщина.
Его конечности начали удлиняться и истончаться. Разум и духовность Старины Нила, затянутые Данном в сновидение, в миг появления этой кошмарной беременной женщины словно пробудили к жизни самые порочные, самые тёмные помыслы в глубине его души. Они сокрушили оковы потусторонней силы [Заверителя душ], затягивающей в мир грёз, и его сознание вырвалось обратно в реальность.
Охранявшему это место [Паразиту] пришлось отвлечь часть своих сил, чтобы подавить мутирующего Старину Нила.
Будь это обычная потеря контроля на уровне [Последовательности 9], он ни за что не оказался бы на волосок от гибели.
Но сочетание Сокрытого Мудреца и Истинного Творца — пусть даже оба они пребывали в искажённом состоянии и сейчас обладали лишь божественным статусом, лишённым былого могущества, — заставляло его быть начеку. Недооценивать такую силу он не смел.
Один неверный шаг — и он останется лежать здесь мёртвым.
— Зови подкрепление, Клейн! — Закричал Данн. — Скорее! Беги!
Данн двинулся навстречу беременной женщины с огромным животом. С предельно серьёзным выражением лица он попытался затянуть странную роженицу в мир грёз, чтобы погрузить в Усыпление младенца, в чьем чреве явно таилось нечто зловещее.
Смахнув заливавший лицо пот, Клейн без малейшего колебания задействовал ловкость [Клоуна]. Он стремительно обогнул беременную женщину, которую совместными усилиями сдерживали Данн и тот самый [Паразит], и промчался мимо обезумевшего Старины Нила.
«Быстрее! Нужно спешить!»
Выбежав из комнаты, Клейн со всех ног бросился туда, где, по его воспоминаниям, должны были находиться другие члены официальных организаций Потусторонних.
В Тингенском университете могли оставаться вернувшиеся для передышки полубоги, но само здание было огромным, а катастрофа разразилась слишком внезапно. Большинство жителей города Тинген разместили в просторных лекционных аудиториях.
Те высокопоставленные деятели [Пути Двери], которые переносили людей в безопасность, в спешке просто высаживали их и сразу отправлялись за следующими. Из-за этого немногие Потусторонние, что ещё оставались в Тингенском университете, оказались разбросаны по разным углам огромного кампуса.
Людей из этого учебного корпуса требовалось срочно увести. Нельзя допустить, чтобы во время схватки капитан и тот полубог были скованы страхом за чужие жизни.
К великому облегчению Клейна, кто-то уже почуял неладное: обычных людей, ещё остававшихся в живых в этом корпусе, спешно выводили наружу сыщики, куда лучше знавшие здешние переходы.
Однако стоило Клейну спрыгнуть со второго этажа, чтобы бежать за подмогой, как его духовное чутьё внезапно забило тревогу.
Ещё находясь в воздухе, он инстинктивно повернул голову и бросил взгляд назад, на то место, откуда только что сорвался вниз.
Там, по лестничным ступеням, неспешно поднималась одинокая фигура.
Незнакомец был облачён в двубортную угольно-чёрную сутану, на голове красовалась мягкая шляпа. Тёмно-золотые волосы обрамляли лицо с резкими, правильными чертами, а один глаз его был слеп…
«Кто это?»
«Зачем он поднимается наверх в такой момент?!»
Духовное чутьё вспыхнуло с новой силой. В памяти Клейна мгновенно всплыл образ с портрета, который он когда-то видел.
Портрет именно этого человека.
«Беглый архиепископ Церкви Богини Вечной Ночи, Инс Зангвилл?!»
Приземлившись на землю, он повалился с ног и сделал несколько кувырков, гася инерцию падения. Разум его на миг оцепенел от ужаса, погрузившись в абсолютную пустоту.
В воздухе висел невыносимый, удушливый запах свежей крови. Клейна с головы до ног забрызгало кровью несчастных, что под влиянием божественности Истинного Творца бросались из окон верхних этажей. Этот жуткий металлический аромат, казалось, намертво въелся в его кожу.
Кое-как поднявшись на ноги и восстановив равновесие, Клейн резко вскинул голову.
Фигура в сутане священнослужителя слегка притормозила у лестничного пролёта. Мужчина скользнул по Клейну безразличным взглядом и, тут же потеряв к нему интерес, с тем же невозмутимым видом продолжил подниматься.
Враг.
Клейн осознал это со всей отчётливостью.
Но почему отступник Церкви Богини Вечной Ночи объявился именно здесь?
Зачем он явился? Как ему удалось проникнуть внутрь? Что он задумал совершить там, наверху?
Что за вещь находится на верхних этажах, раз она так понадобилась этому предателю?
Ему нужен тот самый [Паразит]? Данн Смит? Старина Нил? Или беременная женщина, вынашивающая в своей утробе Божественное Дитя?
Голова Клейна раскалывалась, мысли путались. Чудовищное истощение духовных сил и недавний приступ безумия, вызванный Погоней за Знаниями, ввели его разум в состояние ступора.
И всё же инстинкты сработали быстрее. Помощь — нужно срочно найти кого-то на помощь.
С Потусторонним подобного уровня ему ни за что не совладать. Вернуться назад — значит добровольно прыгнуть в пасть к тигру. Он не выиграет и пары секунд, а его гибель станет лишь бессмысленной жертвой.
Если он хочет спасти товарищей, необходимо разыскать тех, кому под силу вмешаться в происходящее. Кого угодно, лишь бы они обладали достаточной мощью!
Клейну оставалось уповать лишь на то, что на нём, как на Короле Жёлтого и Чёрного, владыке удачи, в эту секунду действительно почиет толика везения.
Но всё это, скорее всего, было лишь жалкой попыткой самообмана.
Не успел Клейн сделать и пары шагов, как с высоты прямо перед ним с глухим стуком рухнуло что-то тяжёлое.
Нет, это был вовсе не неодушевлённый предмет. Это был человек, которого Клейн видел всего мгновение назад.
Тело с силой ударилось о камни, во все стороны брызнула тёмная кровь. Вокруг него в луже корчились, извиваясь, полуживые, сочащиеся скверной полупрозрачные черви.
Это был охранявший это место полубог!
Из его рта толчками выходила кровавая пена. Из глаз, ушей и ноздрей полуживыми выползали черви времени — существа, один вид которых мог повергнуть человека в пучину абсолютного безумия. Покрывавшие его тело мистические узоры почти угасли, а исходившую от него волну густой, удушливой скверны ощутил даже Клейн, практически ничего не знавший об Истинном Творце.
— Беги… — едва слышно прошептал [Паразит].
Клейн не успел ничего ответить несчастному. Вскинув голову, он увидел, как из окон аудитории, где они только что находились, веером расползаются бесчисленные чёрные нити.
Эвакуируемых людей эти тонкие нити аккуратно выносили наружу. С умиротворёнными лицами и плотно закрытыми глазами, они явно пребывали под защитой Усыпления, уберегавшей их от смертельной опасности.
Это были простые горожане, которых капитан сумел спасти своим особым методом.
Однако вместе с этими безмятежными нитями в воздухе извивались прозрачные щупальца, сотканные словно из самого потока знаний.
Каждое такое щупальце покрывали лишённые ресниц, холодные и безжалостные глазные яблоки. В головах у всех выживших загремел голос Старины Нила — сочащийся злобой и проклятиями, одержимый неистовым желанием насильно влить свои мысли в чужое сознание.
— Найдите его… Найдите Его… Найдите его…
Похоже, это было последнее непреодолимое желание Старины Нила. Потеря контроля заставила престарелого Потустороннего изливать проклятие знаний на всё живое вокруг, терзая разум тех, кто не мог вынести этой ноши.
Вслед за голосом Нила прогремел ещё более яростный и безумный крик.
— Дитя! Моё дитя! Вы ни за что не посмеете навредить моему дитя!
В ушах Клейна вновь оглушительно зазвенело, мысли закружились в бесконечном хаосе.
Однако вскоре бурю в его голове утихомирила волна глубокого умиротворения.
Вскинув голову, Клейн увидел стоявшего у окна Данна Смита.
Этот всегда спокойный и собранный капитан Ночных Ястребов выглядел точь-в-точь так же, как и при их первой встрече. Пусть у него и бывали провалы в памяти, для каждого члена отряда он оставался незыблемым оплотом и надёжным лидером, на которого можно было положиться в любой беде.
Клейн приоткрыл рот, силясь что-то сказать. Данн Смит, прижимая к груди какой-то предмет, молча смотрел на своего подчинённого.
— Капитан… — сорвалось с его губ.
Осознав неладное, Клейн отчаянно, во всё горло закричал, пытаясь привлечь чьё-то внимание, вымолить у судьбы помощь — неважно, существовала ли она вообще в этом проклятом месте.
Данн услышал его. Он повернул голову и шевельнул губами, собираясь что-то произнести.
Но прежде чем сорвалось хоть слово, две бурлящие в комнате силы, яростно сопротивлявшиеся умиротворению, навалились на него всей тяжестью. Под воздействием этого чудовищного толчка Данн вылетел из окна аудитории и устремился к земле.
— Моё дитя! Вы ни за что не посмеете навредить моему дитя!
— Найди его, капитан, ты ведь сможешь, правда? Найди его! Зачем Сокрытому Мудрецу вредить ему?! Зачем?!
Множество чёрных нитей, тянущихся от зажатого в руках Данна артефакта, глубоко вонзились в его тело, жадно высасывая духовные силы.
Он крепче прижал артефакт к груди и обхватил руками Старину Нила и беременную женщину.
Чёрные нити вонзились и в их плоть. Лицо безумного Старины Нила медленно разгладилось, лишившись всяких эмоций, а черты лица беременной женщины, из открытого рта которой уже виднелась детская головка, постепенно смягчились и стали ласковыми.
Волна умиротворения, исходившая от Данна, стремительно накрывала всё вокруг.
Все трое летели вниз, к каменным плитам.
В этот миг вокруг воцарилась абсолютная тишина.
— Конечный приют всего — умиротворение.
Данн беззвучно шевельнул губами, и в процессе этого стремительного падения его веки тяжело сомкнулись.
Стремительная потеря крови и духовных сил лишала его, [Последовательность 6], всякой возможности оставаться в сознании.
И всё же в нём теплилась сила для последнего рывка. С помощью запечатанного артефакта он мог заставить Старину Нила и жуткую роженицу навеки погрузиться в глубокий сон.
Этого достаточно.
Этого… будет… достаточно…
Там, куда падал Данн, прямо над головой Клейна, медленно и бесшумно распахнулись огромные, иссиня-чёрные врата, ведущие словно в иное измерение.
С того места, откуда они только что выпали, за происходящим молча наблюдал Инс Зангвилл — одноглазый мужчина с короткой тёмно-золотой стрижкой, облачённый в сутану священника.
В его руке самое обыкновенное перьевое перо лихорадочно выводило на бумаге какие-то строки.
Осознав происходящее, Клейн изо всех сил сжал в кулаке обломок камня. Собрав последние крохи энергии, он швырнул его вперёд — прямо в медленно отворяющиеся врата Подземного мира.
— Капитан! — Закричал Клейн.
Это была необработанная Руда Солнечного Колодца — прощальный дар жителей посёлка Ламд, который Клейн посетил незадолго до этого.
Руда Солнечного Колодца с силой ударилось о створку. В ту же секунду от врат во все стороны хлынул оглушительный, безумный хор голосов, славящих и боготворящих солнце.
Непроглядная мгла по ту сторону врат озарилась внезапной ослепительной вспышкой. Этот свет напоминал лаву Солнечного Колодца, бушевавшую у стен Тингенского университета, — он нёс в себе то же ощущение святости, очищения и яростного безумия.
— Славься Солнце, славься Солнце, славься Солнце…
— Восславим же Солнце!
В этот же миг перо в руке Инса Зангвилла замерло.
Живот беременной женщины, зажатой в объятиях Данна, внезапно опал. В воздухе раздался пронзительный детский плач, и в тот же миг сердце Клейна остановилось.
Его рот приоткрылся, и вместе с кровавой пеной наружу хлынули ошмётки разорванных внутренних органов.
Божественность, величайшая божественность снизошла в этот мир!
На этой благодатной почве, взращённой на дрожжах отчаяния и боли — идеальном ложе для пришествия злого божества, — сущность Истинного Творца перешла из призрачного небытия в материальный мир, воплотившись в реальное Божественное Дитя.
…
Система аватаров Сокрытого Мудреца была полностью поглощена, а колоссальный занавес, воздвигнутый Истинным Творцом, начал стремительно распадаться после возвращения [Ошибки].
Сияющий золотом город вновь предстал перед взорами людей. Дрожь земли была столь велика, что её отголоски ощутили даже в Бэкленде, лежавшем за тысячи миль отсюда.
Вспышка, озарившая весь небосвод, привлекла внимание всех Потусторонних и тайных фракций в округе.
В городе Тинген стряслась беда, но официальные Потусторонние и предводители тайных обществ лишь молча наблюдали за происходящим издалека, не рискуя приближаться.
Сама эта [Ошибка] являлась одним из тех могущественных Потусторонних, что ступали по земле на самой вершине иерархии сил, так что никто не желал навлекать на себя их гнев.
Лишь Церковь Богини Вечной Ночи стала исключением.
Из глубин тьмы неспешно выступила босоногая леди в простом балахоне, подпоясанном древесной корой. Вместе с [Ошибкой] она устремила взор на сияющий золотом город.
Толчки почвы вскоре прекратились, а уходящие в небо золотые столпы света погасли, возвращая округе привычное спокойствие.
С возвращением [Ошибки] золотая лава Руды Солнечного Колодца, поглотившая и растворившая в себе бесчисленное множество обычных жителей города Тинген, наконец остыла. Подчиняясь велению могущественной воли, она устремилась вспять, отступая прочь.
Когда лава схлынула, на месте некогда цветущего города остались лишь руины, в которых было невозможно узнать прежние улицы.
Николя медленно брёл по разрушенной мостовой. Арианна, глава аскетов Церкви Богини Вечной Ночи, безмолвно созерцала представшую картину разрушения.
Город Тинген лежал в руинах.
— Господин Фламель, — после долгого молчания заговорила Арианна. — Что здесь произошло на самом деле?
Николя выдержал паузу, прежде чем повернуться к предводительнице аскетов Церкви Богини Вечной Ночи.
— Истинный Творец, Амон и Сокрытый Мудрец объединили силы и нанесли удар по городу Тинген, — ровным тоном ответил он.
«Истинный Творец, Амон и Сокрытый Мудрец?»
Арианна нахмурилась, в её душе зародились сомнения, но Николя уже не обращал на неё внимания. Его фигура подернулась дымкой и растаяла в воздухе.
Тем временем в Тингенском университете.
Николя, облачённый в чёрный шёлковый цилиндр и фрак того же цвета, со спокойным лицом сошёл на землю.
Перед его взором предстали безжизненные тела. Он увидел широко распахнутые, остекленевшие глаза Старины Нила, опавший живот Мегос и уже успевший остыть труп Данна Смита.
Увидел он и распростёртого на камнях Клейна Моретти с пробитой грудной клеткой в области сердца.
Николя опустил веки, стараясь больше не смотреть на мертвецов, и вновь растворился в воздухе.
В этот раз он очутился на вершине часовой башни.
Отсюда открывался великолепный вид, позволявший обозреть практически весь город Тинген.
За исключением нескольких имевших особое значение мест, избежавших разрушения Рудой Солнечного Колодца, большая часть построек города Тинген была полностью уничтожена золотой лавой.
Мёртвые обрели свой покой, а сам город оказался практически сровнен с землёй.
Эта башня уцелела лишь благодаря тому, что хранила в себе остаточную мощь [Ошибки].
Ослепительно-золотое сияние в вышине медленно угасало, и на самом краю небосвода проступила первая робкая полоска рассвета.
Взошло солнце.
Наступил новый день.
(Конец главы)