Глава 322: «Великие Древние»
163. Повелитель Тайн Выживание начинается с Марионетки
Едва почуяв неладное, Первородная Демонесса, затянутая в неведомое пространство, инстинктивно попыталась ускользнуть отсюда через зеркало.
Но здесь не было ни зеркал, ни чего-либо иного, способного отражать.
Перед ней простирался бесконечный, бурлящий мир света, сотканный из бесчисленных осколков.
В этой обители Она лишилась связи со всеми зеркалами — даже Её мистический контакт с величайшим ужасом в глубинах особого мира зазеркалья стал прерывистым, то и дело угасая.
— Нас изолировали?
Неужели на них напал не просто высший представитель [Пути Шута], но ещё и [Пути Двери]?
— Нет, Бертель на такое не способен.
Взгляд Первородной Демонессы Чик, некогда бывшей одной из тайных правительниц династии Тюдор, дрогнул. В Её сияющих, влажных глазах проступил смутный силуэт пожилого мужчины.
То был величайший аристократ эпохи Тюдор, глава семьи Абрахам, которого даже Короли Ангелов почтительно именовали мистером [Дверь].
Будучи Королем Ангелов, ближе всех подошедшим к [Двери], Бертель мог создавать особые пространства, но даже это не позволило бы ему разорвать связь Первородной Демонессы с той сущностью, что таилась в самой глубокой пучине особого мира зазеркалья.
Ведь то было…
Вокруг громоздились причудливые, фантасмагорические образы. Странные видения проносились мимо Первородной Демонессы и Салингера бесконечной чередой вспышек. Обрывок за обрывком, сцена за сценой, они стремительно пролетали мимо Них и исчезали позади, напоминая неудержимый поток времени, мчащийся к своему устью.
В остальном же здесь царило безмолвие — гнетущая, неестественная тишина.
Поистине странное место.
Первородная Демонесса оценила своё состояние. В недавней схватке Духовный Отпечаток Первозданного Бога внутри Её тела уже начал подавать признаки пробуждения.
Сдерживать ту тварь в глубинах мира зазеркалья, бороться с волей Первозданного Бога и одновременно удерживать хрупкое внутреннее равновесие — для Первородной Демонессы, чья паства была не столь многочисленна, это бремя грозило стать непосильным.
Среди всех существ [Последовательности 0], не считая семерых праведных богов и Императора Смерти Салингера, владевшего Империей Байлань, ни Первородная Демонесса, ни Истинный Творец, ни редко являющая себя Тёмная Сторона Вселенной не могли легко совладать со своим безумием. Без достаточного количества якорей им было неимоверно трудно собственными силами противостоять Изначальному Творцу и подавлять Духовный Отпечаток, оставшийся в потусторонних характеристиках, чтобы удерживать разум в равновесии.
Отсутствие якорей оставалось их уязвимым местом. Что же касается Императора Смерти Салингера, то из-за одновременного слияния двух путей — [Пути Смерти] и [Пути Красного Жреца] — он пребывал в полубезумном состоянии даже при обилии верующих.
— Нужно убираться отсюда, и как можно скорее.
Так размышляла Чик, которая по сравнению с Салингером всё ещё сохраняла остатки «разума».
Но вскоре Её взгляд застыл.
Среди мелькающих перед глазами картин Она разглядела знакомый силуэт.
Это был…
Она сама?
Молодой юноша… Она сама, ещё в обличии мужчины?
Первородная Демонесса Чик на мгновение впала в оцепенение. Её прежний облик, о котором Она не вспоминала уже долгие века, внезапно предстал прямо перед Ней, вызвав давно забытое, чуждое Её божественной сути головокружение.
Видение промелькнуло и растворилось в стремительном потоке времени, уносящем былое назад. Однако, вглядываясь в окружающие Её безумные всполохи образов, Первородная Демонесса замечала всё новые и новые сцены из прошлого…
Вот Она совсем ребёнок; вот принимает своё первое зелье; вот совершает первое убийство; вот становится [Ведьмой]… а вот делит ложе с мужчиной…
Изображения мелькали, стремительно прокручиваясь назад, но как [Ведьмя], достигшая самой вершины своей Последовательности, Чик без труда поспевала взглядом за этим безумным бегом времени.
Большинство сцен казались размытыми, пролетая мимо мимолётными штрихами, однако среди них попадались те сокровенные, давно забытые воспоминания, о которых знали лишь Она и Тюдор…
Её лицо становилось всё более безжизненным, пока внезапно наружу не вырвалась всепоглощающая, сметающая всё на своём пути ярость, смешанная с безумием.
— Как ты смеешь! Как ты смеешь!
Пряди Её волос вздыбились, и на кончике каждого локона широко распахнулось по налитому кровью глазу.
На мгновение промелькнуло ещё несколько сцен, но они подверглись какому-то неведомому искажению, отчего казались совсем неразличимыми.
Но Она знала — там был Алиста Тюдор, там крылась их величайшая тайна.
— Убить! Стереть их в порошок! Ха-ха-ха, пусть рушится всё мироздание, этот мир и так давно заслужил гибель!
Под сокрушительным давлением [Предопределённости] и пробуждающейся воли Первозданного Бога нить, удерживавшая рассудок Первородной Демонессы, окончательно оборвалась.
Она погружалась в пучину безумия.
…
В самом центре Эвклидова пространства Тан, точно фокусник, повёл ладонью — и в его пальцах возникли две карты размером с гадальные арканы Таро.
На лицевой стороне первой карты был запечатлён объятый безумием мужчина в глухом чёрном одеянии, за спиной которого простиралось бескрайнее, неисчислимое воинство мертвецов.
— Император Смерти, Салингер, — Тан шевельнул пальцами, разделяя слипшиеся карты, чтобы открыть ту, что лежала следом.
С неё улыбалась неописуемо обольстительная женщина, чьё коварное очарование сочилось даже сквозь бумагу. Каждая прядь Её волос была прорисована с безупречной чёткостью, а лазурные глаза мерцали подобно чистейшим самоцветам. То была Первородная Демонесса.
— Первородная Демонесса, Чик, — проговорил он.
«Карта персонажа: Император Смерти Салингер (Безумное Божество, воплощение смерти и войны) добавлена в картотеку.»
«Карта персонажа: Первородная Демонесса Чик (Источник бедствий, Бедствие Разрушения, Ведьма Хаоса) добавлена в картотеку.»
Услышав сигнал Системы, Тан замер.
Его собственная Система, которая только что отреагировала на условный «поворот шестерней судьбы» и выдала оповещение без какого-либо участия своего кибер-мозга, теперь сама пребывала в полнейшем замешательстве.
Визгливый электронный голосок Системы, возопивший: «Откуда вообще вылезла эта чертовщина?!», взлетел на целую октаву, заставив Тана невольно потереть уши.
«А-а-а, хозяин, тут призраки! Что это вообще такое?! Главная Система подхватила вирус?!»
— Всё в порядке. Похоже, это изменения, вызванные силой [Всевышнего], — успокоил её Тан, подавляя желание заглушить ультразвуковой писк своей верной Системы, и устремил взгляд туда, где находились Салингер и Чик.
Трижды проверив собственные протоколы безопасности вдоль и поперёк и не обнаружив никаких сбоев, Система наконец сообразила, чем они сейчас заняты.
«Хозяин, а мы разве не собираемся их прикончить?» — Системе показалось странным, что Тан, вызвавшийся вести «основную атаку», до сих пор не предпринял никаких решительных действий.
«Хозяин, ты же уже активировал ульту! Чего мы просто стоим? Иди и размажь их к чертям собачьим!»
Тан промолчал. И почему ему кажется, что его Система с каждым разом становится всё агрессивнее? Не пора ли провести технический осмотр [Пустошей Знаний]? Во что вообще эволюционировал этот искусственный разум?
Перефразируя недавние слова Первородной Демонессы, к чему вся эта бессмысленная резня?
— Системка, напомни-ка, какова наша истинная цель?
Система ненадолго задумалась своим цифровым разумом: «Прикончить Императора Смерти, разграбить его могилу, забрать Уникальность. А ещё разобраться с Первородной Демонессой и миром зазеркалья… Хе-хе, эта Система всё помнит!»
У Тана дёрнулся уголок рта. Раз уж она всё понимает, зачем тогда толкает его на рожон против этой парочки? И вообще, что за формулировки: «прикончить Императора Смерти», «разграбить могилу»…
— Погоди, Системка, ты опять начиталась каких-то сомнительных романов?
Система мгновенно смутилась: «Ну… как сказать…»
Искин затих, оставив Тана в полном недоумении.
Он вновь перевёл серьёзный взгляд на Салингера и Чик, заточённых среди сверкающих кристаллов подвластного ему Эвклидова пространства.
Если бы дело дошло до открытого противостояния, победа далась бы нелегко. Справиться разом и с Первородной Демонессой, и с Императором Смерти — задача не из простых. Даже обладая силой, эквивалентной уровню [Последовательности 0], и имея под рукой поддержку Николя и [Отшельника], Тан не смог бы за пару минут разбить Салингера и Чик в пух и прах.
Впрочем, он пришёл сюда не ради смертельного боя, так что калечить их без нужды не планировал.
Сойтись врукопашную тоже было можно: пускай мгновенная победа исключалась, благодаря живучести [Хранителя тайн] и выносливости [Наблюдателя], подкреплённым призывом исторических проекций, Тан вполне мог бы измором взять обоих богов — при условии, что никто посторонний не вмешается в их схватку.
— Однако… — Тан вздохнул. — …Слияние завершено уже более чем на две трети. У меня нет времени возиться с Салингером и Чик.
Оценив скорость поглощения притока Реки Вечной Тьмы Эвклидовым пространством, Тан велел Системе запустить таймер обратного отсчёта.
Затем он повернулся к стоявшему неподалёку [Отшельнику]. [Отшельник] без слов понял приказ. Его сотканное из чистых знаний тело обратилось в бушующий безумный поток, который увлёк за собой Систему и устремился прямиком к Салингеру и Чик.
Николя уже подобрался вплотную к божествам, лихорадочно соображая, с какой стороны лучше нанести удар.
— Хоть я и заправляю этим нападением, но пока есть возможность не вступать в бой лично, лучше оставаться в тени, — рассудил Тан.
Дистанционно управляя Эвклидовым пространством, Тан задействовал свойства Божественного Царства, чтобы подавить волю Салингера и Чик. Тем временем [Отшельник] и Николя обеспечивали поддержку: первый наполнял разум пленников крупицами безумных знаний, превращая их в подобие марионеток в руках судьбы, а второй готовился похитить кое-что ценное у Чик.
Осторожность никогда не бывает лишней. Кто знает, на какие безумства способна эта сумасшедшая Чик, даже будучи скованной Эвклидовым пространством.
Убедившись, что [Отшельник] и Николя подобрались к Салингеру и Чик, Тан обратился к авторитету [Всевышнего], чтобы приступить к своему главному замыслу.
Ядро могущества [Всевышнего] зиждилось на двух столпах — Наблюдении и Вмешательстве. Для [Всевышнего] возможность наблюдать означала способность вмешиваться, а способность вмешиваться неизбежно вела к полному контролю.
Ведать «Будущим», влиять на прошлое и пребывать в настоящем — пред взором [Всевышнего] ни единый бог или смертный не мог сохранить свои тайны. И пусть это отсутствие секретов оставалось относительным, оно наглядно демонстрировало, насколько глубоко мастерство [Всевышнего] в сфере созерцания отличалось от возможностей [Зрителя]. Если последний черпал знания из глубин коллективного бессознательного, то первый полагался исключительно на собственную власть и свои глаза.
— Однако главное отличие [Всевышнего] от иных путей, других существ [Последовательности 0] и даже всех истинных божеств и Великих Древних этого мира кроется в том, что… — прошептал Тан, почувствовав на собственном опыте могущество уровня [Последовательности 0]. Он вновь отчётливо осознал: он действительно чужак для этой вселенной.
— Бедствие Разрушения, Корень Зла… Точнее говоря, концепт Четвертого Столпа, знаменующий собой гибель вселенной, на меня попросту не действует.
Истинный «пришелец» свободен от гнёта подобных космогонических законов. Даже если произойдёт великая перезагрузка вселенной, и Изначальный Творец вернёт себе всю полноту власти, дабы переродиться вновь и снова расколоться из-за внутренних противоречий — в этом цикле ни [Всевышний], ни сам попаданец Тан не будут стёрты из бытия. Он изначально не принадлежал к творениям Изначального Творца, так что рождение и угасание этого мира для него были не более чем парой строчек на страницах чужой книги.
— Пути, совместимые со [Всевышним], смежные с ним или те, что могут быть им поглощены для усиления собственной мощи — это [Последовательность 0] [Вечная Эпоха] из [Пути Вечной Эпохи], чей статус Великого Древнего именуется Кругом Неизбежности.
— А также [Последовательность 0] [Подлунный Глаз] из [Пути Подлунного Глаза], чей статус Велинего Древнего — Взирающий с Высоты.
— Находясь выше последовательностей, заполучив по одной характеристике [Последовательности 1] и Уникальности от путей [Всевышнего], [Вечной Эпохи] и [Подлунного Глаза], можно занять место Великого Древнего на пути Взирающего с Высоты и стать новым Взирающего с Высоты…
Ведь будучи «попаданцем», он обладал куда более глубоким сродством с авторитетом и положением Взирающего с Высоты. Почему же сошёл с ума нынешний Взирающий с Высоты? Древние боги в день пришествия нового божества неизбежно станут для него самым питательным кормом.
— С другой стороны, поскольку [Всевышний] совместим с путями Великих Древних — Взирающего с Высоты и Круга Неизбежности, то стоит мне обрести статус [Всевышнего], отыскать Взирающего с Высоты и Круг Неизбежности и поглотить Их, как я займу Их место.
— Но если вознестись до Великого Древнего путём слияния этих трёх ветвей, то, вобрав в себя суть пришельца и пронзив прошлое, настоящее и «Будущее», этот статус выйдет далеко за рамки простого созерцания. Тот, кто окажется выше последовательностей после объединения этих трёх путей, будет зваться Верхним Повествованием.
Всеведение и всемогущество, искажение материи, переписывание логики… Абсолютная вершина над последовательностями.
Именно это побуждало Тана во что бы то ни стало содействовать воцарению истинного Повелителя Тайн. Ведь стань он сам Повелителем Тайн, ему бы никогда не удалось вобрать в себя силы Взирающего с Высоты и Круга Неизбежности, дабы взойти на этот престол Великого Древнего. А среди ключевых сил Верхнего Повествования таилось именно то, в чём Тан так отчаянно нуждался…
— Нашёл, — пробормотал Тан, и его мысли прервались. Он слегка склонил голову набок, заметив промелькнувшее возле Чик зыбкое воспоминание.
Сквозь рябь помех, напоминавших неисправный телевизионный экран, Тан разглядел пару глаз. Железно-чёрные, они до пугающего походили на те очи, что ещё недавно принадлежали Императору Смерти Салингеру. В них читалось беспросветное, абсолютное безумие.
То был взор Кровавого Императора, Алисты Тюдора.
Из-за высочайшего статуса Первородной Демонессы и Алисты Тюдора, а также из-за той колоссальной беды, что они натворили, этот фрагмент, содержащий главную тайну Демонессы, оставался размытым даже под воздействием сил [Всевышнего] — невозможно было толком разобрать, что именно скрывалось внутри.
Первородная Демонесса что-то заподозрила. Её волосы хищными змеями устремились к мелькающим вокруг картинам, отчего затрепетало всё Эвклидово пространство.
Явилось предзнаменование тотального Разрушения.
Черты лица Салингера в этот миг начали неудержимо меняться, принимая облик Алисты Тюдора. Волосы древнего божества прядь за прядью окрашивались в кроваво-алый цвет.
Сущность [Красного Жреца] одерживала верх над [Смертью]. Под влиянием Эвклидова пространства и [Отшельника] Салингер всё сильнее сближался по своей природе с Кровавым Императором.
(Конец главы)