Глава 280: «Новый план»
163. Повелитель Тайн Выживание начинается с Марионетки
— Как ты вернулась?
При этом вопросе Трис невольно расширила зрачки. Словно столкнувшись с чем-то неописуемо кошмарным, она затрепетала, содрогаясь всем телом.
— Да… Как же я вернулась…
— Я ведь должна была умереть, должна была…
Трис, которая уже успела смириться с тем, что вернулась в прошлое, перед лицом Николя словно провалилась в пучину самоотрицания. Она даже не заметила, как изменилась его поза, а само пространство вокруг преобразилось самым причудливым образом.
Ясная луна на небе окрасилась в кроваво-красный цвет, а чёрное солнце вновь сделалось чистым и ярким.
Но странные строения вокруг закручивались все сильнее. Извиваясь, они росли ввысь, образуя парящие в небесах разрозненные островки. В вышине плавали косяки рыб, деревья тянули корни вверх, а ветви — глубоко под землю. Всё, что когда-то казалось нормальным, становилось немыслимым, искаженным и гротескным.
В светло-карих глазах Николя отражался силуэт стоявшей перед ним [Отчаяния].
Как Король Ангелов, владеющий властью [Ошибки], Николя отчетливо ощущал то противоречивое, неестественное и взаимоисключающее состояние, в котором находилась эта [Отчаяние].
А это место было Божественным Царством [Ошибки].
Это состояние походило на то, словно будущую Трис Чик из оригинальной истории насильно втиснули в её же тело из прошлого — в ином пространстве-времени, шедшем по совершенно другому пути. Прошлое, настоящее и будущее по ряду причин оказались разорваны. Подобное противоречие порождало [Ошибку], что позволяло Николя без труда проникнуть внутрь и вызывать разного рода ментальные, логические, физические и силовые абсурды.
— Прошлое, настоящее и будущее.
Бэкленд.
Кровавая луна над головой источала неописуемую красоту. Буйство духовности заставляло тёмную сторону этой Столицы Столиц глухо роптать и содрогаться в предвкушении.
Кровавая луна вовсе не являлась обычным астрономическим явлением, как полагали астрологи.
— Взор Порочной Матери-Богини…
Тан стоял на опустевшей пристани. Он поднял глаза на кровавую луну, а затем вновь опустил веки, переведя взгляд на раскинувшееся неподалёку Божественное Царство [Ошибки].
Он поправил монокль в правой глазнице, выравнивая его положение, чтобы передаваемая им картина оставалась четкой.
Глядя на Трис Чик, которая под влиянием слов Николя уже начала подвергаться заражению [Ошибкой], Тан пробормотал себе под нос:
— Прошлое, настоящее и будущее, причина, следствие и процесс… Отправить будущее в прошлое, чтобы прошлое стало будущим, а всё вместе проявилось в настоящем, замыкая временную, причинную и судьбоносную «петлю»… Хм, это и вправду излюбленный трюк Круга Неизбежности…
— …Момент, когда Взирающий с Высоты сошел с ума, с поразительной точностью совпадает со временем моей трансмиграции. И это не совпадение… Мой переход привел к тому, что этот древний Великий Древний лишился части своей сути, вырванной моей силой. И дело тут не только в самом переходе, но и в том, что меня засёк Взирающий с Высоты.
Отношения между тем, кто наблюдает, и тем, за кем наблюдают, никогда не бывают односторонними.
Наблюдатель способен в реальном времени фиксировать состояние объекта, однако и состояние этого объекта может точно так же повлиять на самого Наблюдателя.
Будучи одним из самых могущественных Внешних Богов в этом мире, Взирающий с Высоты владеет властью над измерениями, наблюдением, судьбой, фантазией и живописью.
[Путь Всевышнего] во многом схож с путем «Живописца» Взирающего с Высоты, обладающего полноценной сефирой и потусторонними свойствами. Поскольку оба они владеют властью в сфере «наблюдения» и обладают поразительным оккультным сходством, нет ничего удивительного в том, что среди всех Великих Древних именно Взирающий с Высоты первым почуял неладное.
— …Находясь в состоянии наблюдения, Взирающий с Высоты пассивно считал хранившиеся во мне знания о «Повелителе Тайн». Он узрел это знание и мгновенно сошел с ума. По сравнению с обычным, лишённым человечности безумием Внешних Богов, в таком состоянии Взирающий с Высоты обезумел куда глубже — полностью утратил контроль и теперь каждую секунду стремится к саморазрушению.
То, что в тот же период Взирающий с Высоты истребил всех поклонявшихся ему существ, лишь подтверждало догадку Тана.
— …Будучи ещё одним из сильнейших Внешних Богов, Круг Неизбежности обнаружил изменения в предначертанной судьбе. По этой причине он пошёл на сделку с окончательно лишившимся рассудка Взирающим с Высоты. Прежде чем этот Великий Древний успел полностью самоликвидироваться, оба Внешних Бога сумели протиснуть крупицу своей силы сквозь барьер. Так и появилась Трис Чик — эта «пробудившаяся» [Ведьма] в столь странном состоянии. Это вполне логичный исход и крайне правдоподобное предположение, основанное на фактах.
— …Единственный вопрос: чего добивается Круг Неизбежности? Пытается противостоять мне? Но этой жалкой крохи мощи — будь то сила судьбы или сила наблюдения — явно недостаточно.
Пусть Король Ангелов и не дотягивал до уровня истинного бога, внутри барьера этого величия Тану хватало с лихвой, чтобы уберечься от девяноста девяти и девяноста девяти сотых процента всех угроз этого мира.
Тем более что сейчас он находился на самой вершине пути [Провидца], славящегося своим мастерством одурачивания, и одновременно управлял Замком Сфирот.
Даже если эти две старые развалины обрушат на него неизлечимое заражение, он всё равно сможет «восстать из мертвых», возродившись в Замке Сфирот с помощью своей марионетки Николя, а затем задействовать высокий статус Замка Сфирот и влияние Небесного Достопочтенного Властелина Неба и Земли, чтобы полностью изолировать себя от скверны.
Если не можешь победить — беги, не можешь убежать — умри, разве не так?
Не хватит одной смерти — можно умереть ещё раз, а потом просто использовать потусторонние свойства [Хранителя тайн], чтобы обойти систему и провернуть баг с «воскрешением из мертвых» [Чудотворца].
В худшем случае он лишь временно лишится потусторонних свойств [Хранителя тайн]. Ему, как Наблюдателю, к этому не привыкать.
Пока в его голове роились эти мысли, Тан снова устремил прищуренный взор на Трис Чик. Та стояла на коленях перед Николя, содрогаясь от нервной дрожи под лавиной его вопросов, и уже демонстрировала первые признаки ментального распада.
— Отпустить её и понаблюдать за дальнейшим развитием событий? Или не отпускать, а поглотить часть силы судьбы и Взирающего с Высоты, укрепив тем самым власть [Всевышнего]?
Казалось бы, два очевидных пути…
Тан слегка улыбнулся.
— А может, просто прихлопнуть её? Честно говоря, мне немного любопытно. Но самую малость.
Вместо того чтобы мериться силами с этими древними ископаемыми через барьер, Тан предпочел бы лично съездить по физиономии Кругу Неизбежности.
Если начистоту, держать под самым носом столь явную ловушку казалось ему чистым безумием — рвануть могло в любой момент. Пусть убить его было не так-то просто, мир мистики таил в себе множество неизведанных тайн, о которых он мог даже не догадываться.
«Хозяин, почему с годами ты становишься всё более…»
Система тихонько заворчала.
Казалось, её хозяин с каждым прожитым днём всё глубже уходил в «режим выживания» и осторожничал пуще прежнего.
— Ты знаешь, почему мой дедушка до сих пор не умер? — Загадочно спросил Тан.
«Ну-у, разве не потому, что у него припасено несколько путей для воскрешения?»
— Конечно нет, — Тан прикрыл глаза. — …Потому что старик никогда никого не обсуждал. Понимаешь, Системка, вовремя промолчать — это целое искусство.
— Какая ещё осторожность? Это называется «помнить о безопасности в мирные времена». Благородный муж никогда не встанет под аварийной стеной, усекла?!
Система озадачилась, замялась и вдруг испытала озарение.
«А-а-а, так он влез со своими комментариями в любовь между Первородной Демонессой и Кровавым Императором, стал третьим лишним и поэтому погиб?»
Тан, собиравшийся продолжить наблюдение, резко замер, словно усомнившись в собственном слухе.
— …Чего?
— …Погоди, Системка, ты что, опять в Пустошах Знаний сырых поганцев объелась? С чего ты вообще взяла этот бред?
«Официальная история не всегда правдива, зато неофициальная всегда полна пикантных подробностей, хи-хи!»
Система довольно замурлыкала.
Жизнь сера и уныла, коли Система людей не судила!
Тем временем в Божественном Царстве, наполненном [Ошибкой].
Николя бесшумно подошел к Трис Чик, которая, обхватив голову руками, в муках билась лбом о землю.
Король Ангелов присел перед ней на корточки и заговорил тихим, но по-прежнему мягким голосом:
— Скажи, как ты думаешь, то настоящее, в которое ты вернулась, — оно реальное или фальшивое?
— …Мне доводилось слышать одну занятную теорию… Кажется, её упоминал император Розель в своих романах. Так называемое «перерождение» — не более чем сладостная иллюзия, которую перед самой кончиной сплетают [Ткачи снов], дабы унять последнее сожаление, гнев и ненависть умирающего.
— …Трис Чик, неужели ты и впрямь вернулась?
— …Ты уверена, что это явь, а не твой собственный предсмертный бред — последний прекрасный сон, навеянный алчностью угасающего разума?
— …А если нет, то ради чего ты вернулась? Чтобы спасти Эдсака Августуса? Чтобы уберечь Бэкленд?
— …Или же за этим кроется иная, куда более весомая и непреодолимая причина?
— …Кто дал тебе обещание?
— …И что именно Он пообещал?
Голос Николя, преодолев словно бы круги на воде, проник в сознание Трис Чик.
Разорванное сознание Трис Чик поддалось этому мягкому внушению. Мука в её глазах начала угасать, и она едва слышно прошептала:
— Да… Я здесь, чтобы спасти…
— …Никто… ни единый бог ничего мне не обещал. В этом мире даже те божества, что восседают на небесах, не придут к нам на выручку. Спасти себя можем лишь мы сами…
Тан мысленно усмехнулся: «Надо же, как поэтично».
— Никто вас не спасет, кроме вас самих. Что ж, истина действительно в этом, да и суровая реальность такова.
— …Я принял решение, — добавил он.
Он извлек из системного пространства совершенно новую медицинскую карту.
— …Не буду её убивать. Слегка подправлю настройки, а затем подкину эту бомбу замедленного действия Чик.
Затем Тан достал из исторического тумана самую обычную перьевую ручку.
— …Подготовлю её как следует, а затем отправлю этот «щедрый дар», который два Внешних Бога так отчаянно пытались мне всучить, прямиком в особый мир зазеркалья Четвертой эпохи.
Взяв ручку, он вписал имя «Трис Чик» в графу пациента.
Тан опустил взгляд, и уголки его губ поползли вверх.
— …А потом — ба-бах! Бомба взрывается, обращая в прах все планы Чик и Алисты Тюдора вместе со всем особым миром зазеркалья. Вот она, идеальная концовка.
Ах, какой чудесный финал… Если бы только в жизни всё было так просто.
Но этот мир вечно полон подводных камней и хитросплетений.
— …Чтобы провернуть подобное, мне для начала нужно полностью подчинить Трис Чик своей воле. Пусть [Предопределённость] и Перо Алсухорда могут сослужить хорошую службу, нельзя забывать об осторожности. Вдруг Круг Неизбежности решит без лишнего шума подорвать Трис изнутри?
— …Если ограничиться лишь базовым заражением, опутать её паутиной эмоций, окружить марионетками и создать безупречную иллюзию реальности… Хм, может, для начала превратить Эдсака Августуса в мою марионетку?
— …В конце концов, судя по всему, этот принц действительно уязвимое место Трис Чик. Пусть сейчас они даже не знакомы, а сама Трис когда-то была крайне принципиальным мужчиной.
Ему вновь стало любопытно, куда заведёт эта дорожка.
Для [Читателя] наблюдать за столь непредсказуемым развитием сюжета — всё равно что знать финал истории, но детально, шаг за шагом выстраивать весь путь к нему. Это живой, захватывающий творческий процесс, который наполнял душу [Читателя] предвкушением.
— …Ну так что, заключим сделку?
Тан перевел взгляд с царства [Ошибки] себе за спину и с улыбкой спросил:
— …Ваше Величество?
Из непроглядного мрака ночи, куда не проникал ни один луч света, в этот залитый багрянцем мир неторопливо шагнул мужчина средних лет. На нём был тяжелый чёрный плащ. Квадратный подбородок, тёмные волосы, глубокие синие глаза — весь его облик дышал непоколебимым величием.
Этот суровый господин в чёрном плаще ледяным, безучастным взглядом окинул улыбающегося ему юношу, глаза которого лучились насмешкой и любопытством. Перед ним стояла всего лишь историческая проекция.
Он отвел взор в сторону, устремив его на раскинувшееся вдали Божественное Царство [Ошибки].
— Возвращайся в свой город, — глухо произнёс основатель Династии Августусов, Защитник Вильгельм I.
— …У нас был договор, Дон Эггерс.
— Да-да, конечно, мой дорогой правитель, — Тан спокойно убрал ручку и медицинскую карту, ничуть не задетый ледяным тоном собеседника. — …Но ведь конец света уже на пороге.
Его улыбка не угасала, напротив, она становилась шире и шире, пока уголки губ не начали расползаться, разрывая плоть до самых ушей:
— …Когда алая луна рухнет с небес, сумеете ли вы — так и не ставший божеством — выжить под пристальным взглядом этих неописуемых великих сущностей? И сможете ли защитить свой народ?
Защитник Вильгельм I вновь устремил тяжелый взгляд на Тана.
— …Вы ведь прекрасно знаете, что я всегда стремился к сотрудничеству с королевской династией. В определенной степени это выгодно и мне, и вам, не правда ли?
— …Ваш потомок… ах да, нынешний король, — небрежно обронил Тан. — …Кажется, он слишком тесно сошелся с Орденом Колдуний.
— …Неужели он планирует провернуть вместе с ними дельце, от которого истинных богов гарантированно перекосит?
Защитник Вильгельм I ничем не выдал своего удивления.
Скрыть что-либо от взора двух Королей Ангелов, обосновавшихся в городе Тинген, — задача не из легких, да он и сам не планировал вечно утаивать это.
— …Впрочем, если уж вашему королю так не терпится пожертвовать собой…
— …Почему бы ему не начать сотрудничать с нами? — Тан левой рукой помассировал правое запястье.
— …Согласитесь, по сравнению с Орденом Колдуний мы кажемся куда более надежными стратегическими партнерами, разве нет?
— …К тому же, — Тан хищно улыбнулся, — …он, кажется, уничтожил немало моих марионеток.
Работорговля ради постройки мавзолеев для [Чёрного императора].
И откуда же брались эти рабы? Какая неразрешимая загадка.
(Конец главы)