Глава 238: «Оно ожило»
163. Повелитель Тайн Выживание начинается с Марионетки
Тингенский университет. Комната, отлично освещенная солнцем.
Внутри этой чисто-белой комнаты не было ничего, кроме стола и табурета. Сквозь окно, связывающее это помещение с внешним миром, не проглядывало абсолютно ничего — лишь лился яркий солнечный свет.
Вокруг царила сплошная белизна, навевающая давящее чувство тоски.
Клейн сидел на одном из двух стоявших в комнате стульев. На столе перед ним высился стакан, наполовину заполненный водой.
Вглядываясь в стакан в блеклом свете, проникающем сквозь слепое окно, Клейн ждал решения своей участи.
С тех пор как его привезли с улицы Золотой Розы, сорок семь, в Службу безопасности Тингенского университета, прошло немало времени. Если не считать нескольких человек, встретивших его в самом начале, Клейн все эти часы оставался в комнате в полном одиночестве.
«Неужели сотрудники Службы безопасности Тингенского университета сейчас разбираются с делом Велча и пытаются вернуть ту записную книжку?»
Здесь не было часов. Судя по тому, как медленно угасал резкий солнечный свет, Клейн мог лишь предположить, что провел тут не меньше двух часов.
Утомительное ожидание наводило на мысль, что это своего рода психологическая пытка. Чтобы соответствовать своей роли, он старался казаться встревоженным, но изо всех сил сдерживающим эмоции.
«Скоро совсем стемнеет. Интересно, когда Мелисса и Бенсон вернутся вечером и узнают, что меня забрала Служба безопасности Тингенского университета, не бросятся ли они сюда сломя голову…»
«Нет, если я под подозрением, то Мелисса и Бенсон наверняка тоже окажутся под надзором».
«В конце концов, они тесно со мной связаны. Та записная книжка явно таит в себе огромную опасность, а значит, любого, кто контактировал с причастными лицами, обязательно допросят».
«Только вот какими будут эти расспросы — обычными или с применением мистики…»
Пока Клейн предавался размышлениям, осушая стакан, дверь в комнату отворилась.
Уже не столь яркий солнечный свет проник внутрь. Вошедший был один — молодой человек с бледной, нездоровой на вид кожей. Черты его лица казались мягкими, лишёнными резких очертаний. Одетый в кремовую рубашку и брюки, он выглядел точь-в-точь как студент.
Это был Дон Эггерс, младший сын профессора исторического факультета Тингенского университета Азика Эггерса, а также друг и однокурсник прежнего владельца этого тела.
В отличие от прежнего Клейна, семья Дона ни в чём не нуждалась. В городе Тинген профессора Тингенского университета и Университета Хой пользовались огромным уважением.
Пусть прежний Клейн ничего не замечал, а сам Дон никак себя не выдавал, его появление вместе с сотрудниками Службы безопасности заставило Клейна заподозрить, что тот обладает сверхъестественными способностями и является самым настоящим Потусторонним.
— Не ожидал, что придёшь именно ты, — с горькой усмешкой произнёс Клейн.
— Я тоже не думал, что наша следующая встреча произойдет в таком месте и мы будем обсуждать Велча и остальных, — отозвался Дон.
— Служба безопасности пока ничего тебе не сделает… Сначала мы просто поговорим, а чуть позже они вернутся, чтобы забрать тебя в дом Велча.
Дон объяснил:
— Появились результаты обыска.
Он положил увесистую пачку документов на единственный стол в комнате, а затем пристроил рядом, поближе к Клейну, два бумажных пакета.
— Держи, перекуси, — предложил Дон. — Сегодня нам вряд ли удастся поспать. Порой я даже завидую [Бессонным]… — Его голос становился все тише, пока не перешел в шёпот.
Почувствовав аппетитный аромат еды, Клейн не стал скромничать. Развязав пакеты, он достал упакованный обед из столовой.
— Спасибо, — искренне поблагодарил он, принимая еду.
Дон неопределенно качнул головой и, держа в руках бумаги, сел напротив Клейна. Он опустил взгляд, словно о чем-то размышляя.
Клейн старательно изображал, что из-за скорби у него пропал аппетит, но, помня о предупреждении друга, все же заставил себя все съесть, чтобы восстановить силы. К тому моменту, когда он отложил приборы, солнечный свет за окном угас ещё сильнее, и в комнате вспыхнула тусклая электрическая лампа.
— Ну и как продвигается ваше расследование? — Поинтересовался Клейн.
Дон не стал прятать бумаги, и Клейн заметил, что среди разложенных на столе листов попадались невероятно детальные, почти фотографические рисунки.
На одних была изображена библиотека, на других — уборная, на третьих — забрызганная кровью стена. Но среди прочих выделялся рисунок просторной, ярко освещенной гостиной.
Посреди этой гостиной стояли два опрокинутых стула, а прямо над ними раскачивались два тела с намертво затянутыми на шеях веревками…
Клейну показалось, будто рисунок ожил. Повешенные покачивались из стороны в сторону, и в такт этому движению лениво дергались их безжизненные ступни…
— Клейн, — окликнул его Дон.
Голос Дона вернул Клейна к реальности.
— Это… Велч и Найя? — С трудом выдавил он из себя. Стоило наваждению рассеяться, как к горлу подступил тошнотворный ком.
Секунду назад он отчетливо ощутил непреодолимое желание соорудить петлю и для себя, чтобы разыграть здесь собственное самоубийство.
«Зря я всё-таки согласился поесть».
Заметив, как побледнел Клейн, Дон выудил из кармана горсть сушеных трав и щелкнул пальцами. Серовато-зеленая смесь тут же вспыхнула.
По комнате поплыл густой тёмный дым с резким, непередаваемым ароматом. Спазм в желудке Клейна утих, хотя лицо его по-прежнему оставалось серым.
— Да, — наконец кивнул Дон, подтверждая его догадку.
Он продолжил:
— Судя по твоим словам, Велч сначала вынес ту древнюю записную книжку Четвертой эпохи из закрытой секции библиотеки, а уже потом показал её тебе и Найе?
— Да, — Клейну не имело смысла это отрицать.
Он с горечью добавил:
— Мне следовало сразу же сообщить обо всём администрации университета, чтобы они сами во всём разобрались. Тогда Велч и Найя…
— Это было неизбежно, — очень спокойно произнёс Дон.
Клейн растерялся от такой реакции. Это совершенно не вязалось с его ожиданиями.
«Такое ощущение, будто этот друг прежнего Клейна повидал немало подобных трагедий».
Клейн едва заметно нахмурился.
Велч и Найя тоже были его близкими товарищами, поэтому Клейн уставился на Дона, словно не веря в его поразительное хладнокровие.
Подобное поведение идеально укладывалось в рамки характера прежнего владельца тела. Когда погибают общие друзья, а твой знакомый проявляет лишь равнодушие и привычную скуку, любой нормальный человек отреагирует шоком. И для Клейна Моретти, чьи познания в мистике были весьма поверхностными, такое недоумение выглядело естественно.
Ещё пока его держали взаперти, Клейн детально продумал своё поведение — ему нужно было сыграть роль так, чтобы ни родственники, ни друзья не заподозрили подмену.
Заметив изумление на лице Клейна, Дон грустно усмехнулся, и уголки его губ тут же опустились. — Есть вещи, к которым лучше никогда не прикасаться. Стоит сделать это однажды, и смерть покажется тебе самым милосердным исходом…
— …В тот миг, когда Велч открыл эту книгу, его судьба, как и ваши с Найей судьбы, была предрешена, — тихо произнёс Дон. — Университет тоже виноват, не уследил за документами. Студентам категорически запрещено приближаться к вещам из закрытой секции.
— Да, действительно… — Клейн ошеломленно замолчал, пораженный внезапной догадкой.
«В Тингенском университете наверняка как-то обезвреживают опасные предметы. Даже если их оставляют в библиотеке, охрана должна быть на высшем уровне… Тогда почему Велчу удалось завладеть хрониками Четвертой эпохи? Неужели защитные печати дали сбой именно тогда, когда он там находился, позволив ему беспрепятственно забрать эту смертоносную рукопись?»
«Слишком уж неправдоподобное совпадение».
— Дон, ты не знаешь, как именно Велч ухитрился утащить эти документы из закрытой секции? — Спросил Клейн.
Дон покачал головой:
— Понятия не имею. Служба безопасности все ещё ведет расследование. Но из того, что мне известно: по какому-то нелепому совпадению именно в день визита Велча некоторые вспомогательные предметы для ритуальной магии пришли в негодность из-за старости. Обходчики не успели вовремя заменить их, из-за чего в печати библиотеки образовалась брешь буквально на пару минут.
— …Кроме того, хроники Четвертой эпохи бесследно исчезли. Их не нашли ни у Велча, ни у Найи. В твоем доме, к слову, тоже ничего нет.
— …Руководство университета сейчас проверяет все зацепки, да и вышестоящие чины Службы безопасности, кажется, собираются вмешаться.
— …Похоже, они не верят, что это была простая случайность…
…
Вскоре Клейн уже ехал в наемном экипаже в сопровождении сотрудников Службы безопасности Тингенского университета и того самого полицейского офицера, которого видел ранее. Направление было прежним — улица Красной Розы, дом Велча.
В этот час небольшой особняк с садом сиял огнями. Внутри не осталось ни единого тёмного угла — казалось, там зажгли мощнейший источник света, разогнавший даже самые блеклые тени.
Однако перед тем, как экипаж заехал за ограду, у Клейна возникло странное чувство: этот дом словно выпадал из реальности. Мимо него можно было пройти десятки раз и ни разу не обратить внимания, будто сама его подлинность была скрыта от посторонних глаз.
Жители соседних таунхаусов не выказывали ни малейшего любопытства к происходящему, а прохожие инстинктивно обходили стороной все, что имело хоть какое-то отношение к этому особняку.
«Этого добились с помощью ритуальной магии или задействовали какую-то иную сверхъестественную силу?»
Так терялся в догадках Клейн, чьи познания в подобных материях пока оставались весьма скудными.
— Зайдем внутрь, — кивнул Клейну Педигрю Нил, офицер Главного управления полиции Тингена, поправляя очки с толстыми стеклами.
Но не успели они переступить порог, как навстречу им из дома Велча вышла женщина.
Она выглядела поразительно молодой и прекрасной: кружевное платье, изящная мягкая шляпка, платиновая шаль, наброшенная на завитые локоны того же оттенка. С первой же секунды Клейн ощутил мощнейший укол восхищения. Её совершенная, притягательная красота казалась неземной.
Даже повидавший виды в свою прошлую информационную эпоху Клейн невольно застыл от изумления. Он не мог — просто не контролировал себя — отвести от этой дамы взгляд.
Клейн отчетливо услышал, как сглотнул слюну, а вокруг раздались судорожные вздохи и такие же сухие глотки остальных сопровождающих.
Из того, как к ней обращались окружающие, он понял, что эта женщина занимала пост заместителя начальника Службы безопасности Тингенского университета.
— Это и есть Клейн Моретти? — Вышедшая заместитель начальника Службы безопасности смерила юношу взглядом и с легкой полуулыбкой направилась к нему.
Она просто улыбалась, но в Клейне вдруг вспыхнуло дикое, первобытное желание — рвануться вперёд, сжать её в объятиях и повалить на кровать…
— Госпожа заместитель начальника Перль, пожалуйста, воздержитесь от подобных штучек в отношении нашего свидетеля, — подал голос Педигрю Нил, поправив свои очки в крупной оправе. — Тем более что он совсем недавно окончил университет.
Госпожа Перль тут же повернулась к невзрачному Педигрю Нилу и игриво подмигнула ему.
— Ладно-ладно, кажется, наш маленький господин Нил приревновал…
— Если госпожа заместитель начальника не против, мой дедушка тоже может составить вам компанию за ужином, — с самым серьёзным видом произнёс Педигрю Нил.
Заместитель начальника Перль развела руками:
— Вполне рабочий вариант.
— … — Педигрю Нил ответил ей лишь многозначительным молчанием.
— Да ладно тебе, я же просто шучу, — рассмеялась она.
— …Это тоже было совсем не смешно, — отозвался Педигрю Нил.
— Ну чего ты сразу ворчишь!
Клейн лишь мысленно вздохнул, решив не вмешиваться.
Он наконец окончательно пришёл в себя после того странного наваждения. Сердце его болезненно сжалось. Теперь Клейн ясно понимал: эта госпожа Перль без сомнения тоже была Потусторонней, обладающей сверхъестественными силами.
В сопровождении нескольких сотрудников Службы безопасности Клейн последовал за ними внутрь.
Заместитель начальника Перль и офицер Педигрю Нил также переступили порог этого залитого ярким светом дома, где не осталось места даже для самой крохотной тени.
— Мы уже испробовали и гадание на волшебном зеркале, и обычные предсказания, — рассказывала на ходу госпожа Перль, направляясь в сторону гостиной. — Мы даже привлекали к расследованию Потусторонних из [Сборщиков трупов], однако в доме не осталось и следа духовной энергии Велча и Найи. Узнать что-либо конкретное с помощью медиумизма или гадания теперь попросту невозможно. Вот здесь эти двое оскверненных бедолаг и повесились уже после своей смерти.
Проследив за направлением её изящного пальца, Клейн увидел лишь две веревочные петли, свисающие с люстры. Тела Велча и Найи к этому моменту уже убрали.
— И ещё те хроники Четвертой эпохи… — напомнил стоявший рядом Педигрю Нил.
— Ах да, их так и не нашли, — тут же согласилась госпожа Перль. — Мы перерыли здесь каждый угол и даже провели несколько особых ритуалов гадания, но книга словно сквозь землю провалилась.
Она повернулась к Клейну и в упор посмотрела на него:
— У нас есть серьёзные подозрения, что эта записная книжка… ожила.
— …И вы, господин Клейн Моретти, на данный момент единственный известный нам человек, который держал её в руках, заглядывал внутрь и остался при этом в живых. Единственный уцелевший.
«Вообще-то я тоже умер», — мысленно сыронизировал Клейн.