Глава 178: «Чудо»
163. Повелитель Тайн Выживание начинается с Марионетки
Под ударами потусторонней силы официальных Потусторонних, обрушившейся на него подобно урагану, тело монстра, сплошь покрытого чёрными призрачными нитями, распалось на множество кусков плоти, которые усеяли всю землю.
Жителей окрестных домов правительство спешно эвакуировало ещё до появления аномалии. Старинное здание давно рухнуло и превратилось в груду строительного мусора, в которой невозможно было узнать прежнее мрачное вековое строение.
На разрозненных кусках плоти все ещё проступали и подергивались бесчисленные призрачные прозрачные нити. Они отчаянно пытались что-то сшить, словно стремясь вновь соединить куски воедино. Однако под воздействием запечатанного артефакта эти ошметки быстро подверглись очищению, и сокрытое в них загрязнение бесследно исчезло.
Когда плоть окончательно обратилась в прах, призрачные прозрачные чёрные нити тоже пропали без следа. Казалось, все они порождались той самой причудливой и жуткой силой загрязнения.
Но даже когда куски плоти исчезли, потусторонняя характеристика не выделилась наружу и не слилась с окружающими предметами, чтобы превратиться в причудливый запечатанный артефакт.
Отсутствие потусторонней характеристики означало лишь одно: этот художник не был Потусторонним.
Официальные Потусторонние, знакомые с Законом сохранения потусторонних характеристик, смотрели на усеянную обрубками землю и негромко переговаривались.
— Это не похоже на бесчинства потерявшего контроль дикого Потустороннего, — негромко произнёс один из них. — Скорее обычный человек при невыясненных обстоятельствах подвергся загрязнению со стороны неведомой сущности и, потеряв контроль, превратился в монстра.
Крайне странное загрязнение, совсем не похожее на почерк тех немногих тайных сущностей, о которых они знали.
— Действительно, — согласился капитан отряда Потусторонних Церкви Бури и призвал порыв яростного ветра, сдувший строительный мусор с руин здания.
Среди обломков дома, разрушенного неистовой бурей, лежала картина маслом, на которой была изображена жуткая монахиня.
Выдержав удары бесчисленных потусторонних способностей низких и средних Последовательностей и очищение священной силой, принадлежащей области [Солнца], эта картина маслом не получила ни единого повреждения. Более того, вокруг неё продолжали клубиться тени, словно монстр мог в любой момент соткаться из них и возродиться.
Это явно выходило за рамки обычных вещей и относилось к разряду волшебных предметов, наделенных потусторонней силой.
— Серьёзно загрязненный, крайне опасный предмет, требующий запечатывания… — пробормотал кто-то.
Вдруг лицо заместителя капитана Церкви Богини Вечной Ночи, Вовена Тейлора, Потустороннего [Последовательности 7], мгновенно помрачнело.
— Постойте… — нахмурился он. — …здесь только одна картина?
У капитана из Церкви Бури слегка расширились зрачки, и его голос, подхваченный яростным ветром, разнесся над головами окруживших руины официальных Потусторонних:
— Есть и другие картины! Живо найдите их!
Проклятье, все их внимание было приковано к тем двум тварям, что вырвались в самом начале!
Когда копошащаяся груда плоти выломала дверь и выбралась наружу, следом за этим бесформенным монстром тянулась вереница леденящих душу, зловещих картин. Один только взгляд на каждую из них вызывал физическое отвращение. Если скрытое в них загрязнение вырвется наружу, последствия окажутся катастрофическими!
Последовала суматоха. Все руины перевернули вверх дном, но так и не обнаружили ни единого холста из тех, что они видели ранее. Уцелела лишь картина с изображением монахини.
Дело принимало скверный оборот.
Потусторонний из Церкви Бури, державший запечатанный артефакт области [Солнца] и очищавший зловещее полотно, внезапно вскрикнул:
— Портрет изменился!
Монахиня, изуродованная скверной до полной потери человеческого облика, вновь разинула пасть, обнажив чёрные зубы. В следующее мгновение прямо из тени стоявшего рядом Потустороннего Церкви Бури что-то с силой швырнуло наружу.
Выброшенные люди покатились по земле. Один из них, в плаще, густо залитом кровью, успел перехватить упавшую рядом насквозь промокшую женщину, уберегая её от серьёзных увечий после столь грубого приземления.
Эти измученные, потрепанные бедолаги оказались теми самыми Потусторонними Церкви Богини Вечной Ночи, что незадолго до этого бесследно исчезли!
Едва картина выплюнула пленников, как её саму словно ухватило нечто невидимое. Сила натяжения оказалась столь велика, что заметивший неладное Потусторонний Церкви Бури, который попытался удержать холст, вскрикнул от боли и разжал пальцы.
Запечатанный артефакт области [Солнца] замерцал под порывами внезапно налетевшего ледяного ветра, а его очищающее сияние поглотила ещё более глубокая мгла, превратив свет в едва различимые зыбкие тени.
Небо заволокла непроглядная темень, тяжелые грозовые тучи скрыли багряную луну, и дождь полил с новой, ещё более яростной силой.
Внезапно картина устремилась вертикально вверх, словно бесчисленные невидимые чёрные нити подхватили холст и поволокли его в вышину, затягивая в самые облака.
Казалось, там, за плотной пеленой опускающихся грозовых туч, скрывалось нечто невообразимое, пристально взиравшее на расстилающуюся внизу землю.
От этой жуткой картины лица нескольких Потусторонних средних Последовательностей перекосило от ужаса, но никто из них не посмел сделать и шага, чтобы попытаться вернуть улетающий холст.
На них обратил свой взор кто-то поистине ужасающий. Леденящий холод, мрак, первобытный страх и безумие, исходившие от этого взгляда, превосходили все, что могли выдержать Потусторонние средних Последовательностей.
И в этот самый миг среди них бесшумно возник молодой человек.
— Что здесь происходит? — Спросил он.
Это был неприметный юноша в чёрном плаще до колен. Излишне бледный, худощавого телосложения, цветом кожи он походил на вампира, только что восставшего из гроба, — на его лице не было ни единой капли румянца.
Его тёмные глаза скользнули по руинам здания, которое буквально сравняли с землей, а затем остановились на троих официальных Потусторонних Церкви Богини Вечной Ночи, которых только что изрыгнула картина.
— Господин Грегор, — обратился он к одному из них.
Это был тот самый полубог… или, вернее, Ангел, который сотрудничал с Церковью Богини Вечной Ночи и тайно пребывал в Тингене.
Прежде чем [Заверитель душ] успел что-либо ответить, Николя Фламель поднял голову, провожая взглядом улетающую картину и всматриваясь в затянутый тяжелыми грозовыми тучами небосвод.
Остальные Потусторонние все ещё пребывали в замешательстве, настороженно разглядывая внезапно появившегося незнакомца.
— Кто вы такой?! — Выкрикнул один из них.
Потусторонние из Церкви Бури всегда отличались вспыльчивым нравом. Увидев человека, который столь внезапно возник перед ними, они хоть и не почуяли от него враждебности, но, раздосадованные тщетными поисками остальных картин, эти последователи [Пути Тирана] не удержались от резкого вопроса.
Николя Фламель повернул голову и снисходительно цокнул:
— Верующие [Тирана]… когда же вы наконец научитесь держать себя в руках?
— И вообще, разве вам сейчас не стоит побеспокоиться о том, что творится над вашими головами? — Добавил он.
Эта штука вот-вот скроется из виду. И кто знает, к каким бедствиям приведет сокрытое в ней загрязнение?
Официальные Потусторонние Церкви Богини Вечной Ночи и Церкви Бури, у вас вообще есть хоть немного здравого смысла?
[Заверитель душ] Грегор уже пришёл в себя. Хотя он все ещё испытывал слабость, он все же оставался Потусторонним [Последовательности 6]. Увидев союзного Церкви Ангела, он отбросил все колебания, сразу изложил суть дела и искренне взмолился о помощи:
— Это предмет, несущий в себе жуткое загрязнение, господин Фламель! — Воскликнул он. — Ни в коем случае нельзя позволить ему покинуть город!
Иначе одному Богу известно, что принесёт нам будущее, да и то, что скрывается за грозовыми тучами…
— Хорошо, — согласился Николя.
Грегор уже приготовился к отказу. В конце концов, перед ним стоял Ангел, и даже учитывая их сотрудничество с Церковью, этот могущественный Потусторонний вовсе не обязан был ради спасения Тингена идти на шаг, который можно расценить как прямой вызов тайным сущностям.
Однако Николя Фламелю только эти слова и были нужны.
Исполнение чужих желаний также являлось неотъемлемой частью Чуда.
Он вновь устремил взор на затянутый тучами небосвод и щелкнул пальцами.
— Твое желание будет исполнено.
В тот миг, когда раздался щелчок, где-то в незримом пространстве завертелись шестеренки великого механизма, имя которому было «Чудо».
— Не… небо! Смотрите на небо! — Раздались ошеломленные возгласы.
— О Господи!
Глаза Потусторонних округлились от шока, и они принялись неосознанно шептать имена богов, в которых веровали.
Перед ними предстало зрелище поистине величественное, не поддающееся никакому описанию на человеческом языке.
Дождь прекратился в одно мгновение, а тяжелые грозовые тучи над Тингеном рассеялись под воздействием неодолимой силы.
В небе образовался идеально ровный, исполинский круг. За его пределами все ещё бушевала ненастная буря, но внутри него взору открылся усыпанный яркими звездами бархатный купол неба с сияющей в самом центре багряной луной.
Это было Чудо — истинное Чудо изменения погоды.
Николя Фламель щелкнул пальцами во второй раз, и картина, привязанная к небесам бесчисленными призрачными чёрными нитями, замерла в воздухе.
Призрачные чёрные нити принялись лопаться одна за другой, и когда они больше не смогли удерживать вес холста, картина с изображением призрачной монахини полетела вниз.
Рухнув прямо на обломки разрушенного здания, картина соприкоснулась с землей. Лишившись очищающего воздействия потусторонней силы области [Солнца], тени среди руин вновь зашевелились и поползли в стороны, готовясь ожить, однако на сей раз чёрные призрачные нити не спешили увлекать полотно обратно в небо.
Вернув картину, Николя Фламель ещё раз окинул взглядом небосвод и, не обнаружив ничего подозрительного, неспешно подошел к холсту.
Он неторопливо присел перед изображением призрачной монахини, извлек из кармана жилета хрустальный монокль и вставил его в правый глаз.
В то же мгновение из стекла монокля хлынул ослепительный свет. Казалось, он разом изгнал всю тьму, порочность и страх из душ живых существ поблизости, мгновенно испепелив злых духов, призраков и прочую нежить.
Даже официальные Потусторонние ощутили, как эта теплая, подобная истинному солнцу сила бережно очистила их тела и астральные проекции.
Покончив с этим, Ангел Тингена некоторое время разглядывал полотно, затем аккуратно поправил монокль костяшкой пальца и, обернувшись к замершим позади официальным Потусторонним, небрежно произнёс:
— Весьма опасная безделушка, напрямую связанная с одной тайной сущностью… Судя по вашим лицам, такая картина здесь далеко не одна?
Епископа Церкви Бури в Тингене звали Кони Флетчер, и он был Потусторонним [Последовательности 6], а именно [Благославленным ветром].
Кони только что услышал от Грегора Ричардса из Церкви Богини Вечной Ночи о присутствии в городе столь могущественной фигуры. Переполненный благоговейным трепетом, епископ твёрдо решил немедленно доложить о случившемся в собор Церкви Бури.
«Церковь Богини Вечной Ночи никогда не упоминала об этом! Что они затевают?» — недоумевал он про себя.
На самом деле все Церкви истинных богов имели примерное представление о количестве Запечатанных артефактов 0-го уровня и силах уровня Ангела, которыми располагали их соседи. Однако о присутствии этого Ангела в Тингене Церковь Бури до сего дня не имела ни малейшего понятия.
А в эпоху, когда боги больше не сходили на землю, сущности уровня Ангела по праву считались величайшими существами, занимавшими вершину пирамиды этого мира.
Подавив привычную вспыльчивость и выказывая глубочайческое почтение к ходящему по земле Ангелу, епископ Церкви Бури произнёс:
— Да, вы правы, таких картин несколько, — почтительно ответил он. — Позвольте спросить, что вы думаете по этому поводу?
Взглянув на выражение лица епископа Церкви Бури, Николя Фламель едва сдержал улыбку — на лбу священника читалось явное: «Из-за этой пакости в Тингене никто спать спокойно не может, раз уж вы здесь, помогите прибраться».
Да уж, верующие [Тирана] воистину неподражаемы.
Николя Фламель мысленно вздохнул и с легкой улыбкой произнёс:
— Совсем недавно я слушал одну историю в таверне «Красная Роза». Хм, кажется, тот рассказ имеет непосредственное отношение к этой картине.
— Возможно, вам стоит проверить местных рассказчиков?
Заставить других расследовать дело против самого себя — презабавное занятие.
Николя Фламелю на миг показалось, будто он одурачил саму судьбу. Внезапное озарение вспыхнуло в его разуме, и он без колебаний передал эту мысль через нити духовного тела Тану, который в этот момент находился в Забытой Богом Земле.
Быть может, позже этот метод позволит ему усвоить Уникальность [Пути Шута] и стать Королем Ангелов формата «2+1»?
— Ну а эту картину я, пожалуй, заберу с собой, — добавил Николя. — Уж больно она опасна…
С этими словами Николя Фламель поднял картину и, лукаво взглянув на следовавших за ним Потусторонних, предложил:
— Быть может, вы хотите загадать желание?
В это время большинство официальных Потусторонних уже спешно расходились, чтобы устранить последствия раскрытия сверхъестественного. Разгон грозового фронта в столь огромных масштабах, возвращение картины и весь поднятый здесь шум гарантировали, что в ближайшие дни официальные Потусторонние Тингена будут трудиться не покладая рук.
— Например, — продолжил он, — попросить меня: «Пусть все обычные люди забудут о том, что произошло сегодня ночью» или «Пусть все последствия сегодняшних событий улягутся сами собой».
«Богиня и Господь строго-настрого запрещают нам взывать к неведомым сущностям!» — одновременно пронеслось в головах Грегора и Кони.
Николя Фламель разочарованно пожал плечами:
— Что ж, ладно. Сведения о сегодняшнем происшествии не просочатся наружу. А если это и случится, то затронет лишь обывателей с высокой духовной интуицией или самих Потусторонних.
— Ну, мне пора, — подвел он итог.
Будучи зрелым псевдо-Ангелом, он не собирался давить на этих несчастных Потусторонних [Последовательности 6] своим авторитетом.
С этими словами Ангел, который, казалось, действительно владел силой творить Чудеса, вместе с картиной плавно растворился в воздухе на глазах у потрясенных людей.
Перед уходом Он окинул взглядом Кони Флетчера из Церкви Бури. То, что Он сквозь пальцы посмотрел на откровения Грегора, поведавшего епископу о Его истинной личности, и явил себя во всём величии, совершив Чудо без малейшей утайки…
Он слегка поправил монокль и загадочно улыбнулся.
— Сладких вам снов, — тихо прошептал Он напоследок.
Украсть все или утащить лишь крупицу… В этом плане крылось немало лазеек, которыми можно было воспользоваться.
(Конец главы)