Глава 168: «Вопрос личности»
163. Повелитель Тайн Выживание начинается с Марионетки
Похоже, заполучить потустороннюю характеристику Последовательности 1 через Замок Сфирот никак не выйдет.
Повыращивав какое-то время в углу червей духа, Тан вздохнул, поднялся на ноги и стряхнул с себя несуществующую пыль.
— Ладно, придётся искать другие способы, — вздохнул он. — Я ведь испробовал даже метод с четырьмя шагами назад и призывом Небесного Достопочтенного Властелина Неба и Земли. Но без метки Замка Сфирот, даже если ритуал провести безупречно, внутрь не пробиться…
Иначе Амон давно бы пробрался туда, воспользовавшись какими-нибудь уцелевшими ритуалами, связанными с Повелителем Тайн. Ведь наследие Повелителя Тайн не ограничивалось одним лишь почетным именем «Небесный Достопочтенный Властелин Неба и Земли» или парой диковинных именных табличек.
В распоряжении Амона наверняка имелись связанные с этим предметы — кое-что из подобного Тан и сам раздобыл во время своего путешествия по морю.
Самой важной причиной, по которой Клейн Моретти сумел подняться в Замок Сфирот, был вовсе не эффект Ритуальной магии, а то, что он пробудился прямиком из Замка Сфирот. Его собственная, изначально присущая ему метка Замка сыграла ключевую роль.
Чжоу Минжуй был выходцем из былых времен. Он висел в коконе над Замком Сфирот — запасной план Достопочтенного, соседствовавший с Богиней Вечной Ночи словно на соседних полках двухъярусной кровати.
Именно этот статус позволил ему с первой же попытки, будучи самым обычным человеком, успешно провести ритуал и подняться в Замок Сфирот.
А что до самого Тана… ладно уж метка Замка Сфирот, но если Замок почует запах безумных знаний, которыми насквозь пропиталось его естество, не всадит ли он в него целую очередь из молний?
Хм… ладно. Молнии — это всё-таки власть Повелителя Бурь.
— Почему вы… так на меня смотрите? — Очнувшись от состояния хаотичного шевеления, Тан недоуменно перевел взгляд на стоявших неподалёку мужчин.
Ему казалось, что эти двое смотрят на него как-то очень уж странно.
[Епископ войны] отвел взгляд, а вот [Учёный из прошлого] с мягкой улыбкой произнёс:
— Я тут подумал… Если ты станешь [Чудотворцем] и сможешь подчинить себе больше власти того высшего измерения, а затем объединишь её с полномочиями [Ошибки], получится ли у тебя проникнуть внутрь?
Тан задумался, но в итоге лишь удрученно покачал головой:
— Шанс есть, но он ничтожно мал.
Судя по его ощущениям, это станет возможным только в том случае, если Замок Сфирот полностью разорвет связь с Небесным Достопочтенным Властелином Неба и Земли, а сам Тан сумеет раздобыть приглашение из будущего. В противном случае только личный визит будущего Повелителя Тайн в настоящее помог бы ему заполучить потустороннюю характеристику [Хранителя тайн].
— И это не говоря уже о том, реально ли вообще изолировать Замок Сфирот от влияния Властелина, — продолжил Тан. — Попытка призвать будущего Повелителя Тайн завязана на три Уникальности Последовательности 1. По закону абсолютной единственности Уникальности, даже если Эвклидово пространство вывернется наизнанку со своими искрами и молниями, провернуть такое не удастся.
«Это мы ещё посмотрим…» — тихонько пробормотала Система, не решаясь говорить вслух, чтобы хозяин её не услышал.
Она ведь своими глазами видела ту битву между будущим хозяином и Амоном, которую вполне можно было назвать настоящей войной богов!
Среди одних только исторических проекций, которые призывал её будущий хозяин, числилось сразу несколько сущностей, изначально обладавших собственной Уникальностью.
«Латунная книга Тренсоста», несущая в себе Уникальность [Пути Верховного Судьи], и Последовательность 0 [Пути Отшельника] — собственно, сам [Отшельник], владеющий Уникальностью своего Пути. Оба этих великих существа имели прямую и прочнейшую связь со своими Уникальностями.
Что уж говорить о хозяине серовато-белого тумана, о Великом Существе над Миром Духов, чей взор опускался на поле боя…
И пусть сама Система уже давно отправила эти записи в корзину и стерла их безвозвратно, смутное воспоминание о том, что «хозяин призывал историческую проекцию Уникальности», все ещё теплилось в её файлах, пусть она и не знала точных подробностей.
Но она ни за что не осмелилась бы рассказать об этом своему нынешнему хозяину, иначе его будущая версия разберет её на винтики своими руками QAQ…
Так неужели будущего Повелителя Тайн действительно нельзя призвать в качестве исторической проекции?
Система покопалась в базах данных, но так и не пришла к однозначному выводу. Программа лишь упрямо твердила: «Уникальность по своей сути единственна».
«И всё-таки неужели нельзя?»
— Системка, о чём ты там бормочешь? — Спросил Тан.
«А-ха-ха, пустяки, пустяки! Ваша Система просто размышляет, как бы побольнее ударить кого-нибудь током!~»
Тан с подозрением покосился на свою Систему, но решил отмахнуться. Собравшись с мыслями, он решил для начала вернуться и как следует выспаться.
— Хм, теперь, пожалуй, стоит устроить «свою» смерть, — рассудил он вслух. — Пускай эта личность сойдет с исторической сцены.
— Конечно, придётся провести тщательную зачистку и навести оккультные помехи. Иначе, если эту личность в будущем перехватит Адам и наделит человечностью…
Этот старый хрыч Адам будет похлеще и поназойливее Амона.
[Зрители] просто отвратительны, давайте лучше понерфим [Воинов].
Что касается смены личности, Тан не испытывал по этому поводу никаких душевных терзаний. В этом мире у него практически не было друзей вне мистического круга. Молодые господа и леди из благородных семей оставались для него лишь шапочными знакомыми, а в мире магии и тайн частая смена личин — обычное дело.
К тому же, мама прекрасно знала о потустороннем мире, Оуэн сам был полубогом Последовательности 4, а уж отцу в будущем предстояло сменить ещё бог весть сколько масок. Все важные люди оставались рядом и знали, кто он на самом деле, так что Тан мог без лишних сомнений инсценировать кончину этого своего обличия.
В конце концов, умирает ведь не он сам.
— К тому же, нужно всего лишь заставить марионеток разыграть спектакль и объявить о смерти этого человека, — рассуждал Тан. — Ничего сложного.
Это также являлось частью ритуала Последовательности 3. В противном случае, даже если роль «Тан Эгис Ламд» продолжит исполнять его марионетка, из-за мистических законов все отпечатки, оставленные в историческом тумане, по-прежнему будут привязываться к нему лично.
А если позволить этой личности дожить до глубокой старости и умереть естественной смертью, это непомерно затянет завершение ритуала [Учёного из прошлого].
«Ты можешь украсть собственную судьбу, а затем передать её кому-то другому».
Будучи Богом Обмана, Амон передал это предложение через Систему.
Обман законов — как естественных, так и мистических, — для Ангела [Пути Ошибки] был делом совершенно обыденным.
«Это позволит напрямую обойти ритуал [Учёного из прошлого]. Тебе нужно лишь отыскать кого-то, кто умер триста лет назад, и украсть его судьбу — тогда ритуал завершится сам собой».
«А как только ритуал будет завершён, в момент приёма зелья ты снова украдешь собственную судьбу обратно. Это не позволит тебе потерять контроль, да и звучит весьма захватывающе, не находишь?»
Хе-хе.
Тан мысленно закатил глаза. Даже если не брать в расчет колоссальные риски подобной авантюры, где ему найти нормального человека, почившего триста лет назад, чью судьбу все ещё можно украсть? Разве что искать какого-нибудь злого духа — но кто в здравом уме пойдёт на такое чудачество?
К тому же судьбы злых духов ведут лишь к смерти. Какой прок воровать чужую судьбу, если вместе с ней ты утащишь и гибель?
Ради острых ощущений?
Поэтому Тан прямо велел Системе:
— Ударь Его током.
«Слушаюсь!»
Система заработала на полную мощность. Направив разряды на лежащий в хранилище монокль, она заговорила на удивление зловещим электронным голосом.
…
Церковь Богини Вечной Ночи действовала оперативно. Обещали, что отряд Потусторонних прибудет со дня на день, и действительно, не прошло и недели, как архиепископ Чанис представил Тану команду, присланную прямиком из Собора Безмолвия — генеральной резиденции Церкви.
— Это Грегор Ричардс, — представил архиепископ. — [Заверитель душ] Последовательности 6.
— А это господин Николя Фламель, — отрекомендовал он Тана.
Тан выбрал для своей новой личины именно это имя.
Разумеется, общалась с представителями Церкви Богини Вечной Ночи его марионетка.
— Здравствуйте, господин Фламель, — Грегор Ричардс отвесил поклон, выказывая должное уважение полубогу.
Тан лишь вежливо улыбнулся в ответ.
И пусть он не принадлежал к пути [Зрителя], духовное чутье полубога отчетливо подсказывало: этот [Заверитель душ] относится к нему с крайней настороженностью.
— Впрочем, оно и понятно, — мысленно хмыкнул Тан. — Для них я всего лишь дикий полубог. Большинство церковных Потусторонних — люди истово верующие. И то, что при виде такого «еретика», как я, они не кинулись в бой в ту же секунду, уже можно считать верхом самообладания.
После этой встречи с Потусторонним, которому в будущем предстояло нести службу в Тингене, местная Церковь Богини Вечной Ночи заметно оживилась.
Архиепископ Чанис от лица Церкви вел переговоры с местными властями. Он заново собирал разрозненные отряды муниципальной стражи, перераспределял обязанности и добивался того, чтобы каждый пост выполнял свои функции, безжалостно отсеивая бездельников и тунеядцев. Разумеется, в районах, где испокон веков царил хаос управления, подобные жесткие меры сразу же натолкнулись на яростное сопротивление.
С одной стороны, Церковь забирала под своё крыло часть административных полномочий, тем самым урезая влияние местных чиновников.
С другой стороны, появление церковных Потусторонних, потеснивших местных служащих на их теплых местах, больно ударило по чужим финансовым интересам.
В подобных обстоятельствах, когда на кону стояла личная выгода, местная знать не собиралась идти на попятную перед Церковью — даже несмотря на официальные указы королевской Династии Августусов из Бэкленда.
— Даже если перед ними Церковь и королевский дом Августусов, без солидного куша этих любителей падали не расшевелить, — Тан, облокотившись на подоконник, лениво лузгал семечки.
— В Лоэне границы судебной и исполнительной власти всегда были размыты, — рассуждал он дальше. — Да и как иначе? Людей мало, быстрой связи с Бэклендом нет. Попробуй сломай здешние устои, когда местные привыкли подчиняться своим лордам, а не столичным чиновникам. До столицы далеко, а власть на местах держится лишь на праве сильного.
По этой же причине переговоры вел лично архиепископ Чанис, а не тот [Заверитель душ] Последовательности 6.
Ведь весомым аргументом в таком споре мог быть только полубог.
— Скоро здесь сформируют полноценную полицию, а вдобавок развернут структуру Ночных Ястребов для надзора за мистической сферой, — пробормотал Тан. — Тинген надолго погрузится в бесконечный цикл реформ: планирование, внедрение, доработка и новое внедрение.
Если эксперимент окажется удачным, его масштабируют на всю страну. И тогда Церкви Повелителя Бурь и Бога Пара и Машин тоже будут вынуждены зашевелиться.
— Любопытно только, какими козырями Церковь Богини Вечной Ночи сумела прижать Династию Августусов на переговорах.
По его мнению, королевский дом не пошёл бы так легко на уступки, отдавая Церкви часть государственной монополии на насилие, пусть даже ради борьбы с оккультными инцидентами.
Щелкнув пальцами, Тан заставил призванную из исторического тумана шелуху исчезнуть и вновь уставился в окно.
— Хм, а Мискатоникский университет после официального утверждения структуры Ночных Ястребов вполне можно будет перенести непосредственно в Тинген.
Всё-таки поместье барона Ламда находилось в слишком глухом месте.
Теперь Тан собирался спланировать для своей нынешней личности идеальный «несчастный случай».
В этом поместье замок, где он прожил добрых десять лет, снизу доверху кишел его марионетками. Они усердно отыгрывали свои роли, изображая бурную жизнь обитателей и слуг, так что со стороны замок казался абсолютно нормальным.
Барон Ламд, мадам Боянка и сам Тан вели привычный образ жизни. Они регулярно показывались на людях. Мадам Боянка изредка наведывалась в Тинген поболтать с местными светскими дамами, демонстрируя всем абсолютную обыденность их дворянского быта.
— Впрочем, ищейки из Ордена Духа, кажется, тоже напали на след, — пробормотал Тан.
Ранее ему довелось пленить одного из Потусторонних Ордена Духа, благодаря чему Тан сумел раздобыть немало сведений о внутренних делах организации и ситуации на Южном Континенте.
— И пусть та марионетка была на побегушках и не пользовалась доверием в Ордене, — размышлял он, — сопоставив множество мелких деталей, я все же сумел восстановить нужную картину.
В последнее время Орден Духа активно собирал кровь потомков [Смерти]. Похоже, это как-то связано с планами, которые Салингер, бог [Смерти], оставил на случай своей гибели.
Эти поиски велись в обход Азика Эггерса, прямейшего потомка [Смерти], а руководил ими верховный жрец Церкви Смерти по имени Хайтер. Поговаривали, что он действовал на основании божественного откровения.
— Возможно, дело в подготовленном [Смертью] пути к возрождению, — рассуждал Тан. — Либо же Хайтер, будучи [Консулом Смерти], сфабриковал божественное откровение Салингера, пытась вернуть господина к жизни своими силами.
Оба варианта казались жизнеспособными. Но Тан вдруг вспомнил об одной важной детали.
— Если бы я не появился на свет, Оуэн остался бы единственным ребёнком отца под личиной барона Ламда, — прошептал он.
В изначальном будущем Оуэна отравили. Его тело заколотили в гроб и спрятали в подвале замка. Более того, убийцы так панически боялись, что покойник обратится в злого духа, что наложили на гроб особое проклятие, подавляющее посмертные изменения.
Будучи потомком [Смерти], Оуэн нес в себе особую кровь — даже не выбрав стезю Потустороннего, он все равно обладал врожденными мистическими свойствами.
Кому понадобилось устранять Оуэна, да ещё и с такими предосторожностями после его отравления?
Очевидно, что убийцы прекрасно ориентировались в сверхъестественном. Но почему обычный сын провинциального барона подвергся столь целенаправленной атаке?
Тан на мгновение задумался и подбросил в воздух золотую монетку.
Он даже не взглянул, какой стороной легла золотая монета. Поймав её на лету, Тан покинул театр и мгновенно поменялся местами со своей марионеткой, изображавшей его в замке.
— Возможно, мне удастся использовать эту личину как наживку, — хмыкнул Тан, — чтобы выманить того самого [Консула Смерти] из Ордена Духа.
Станет ли Орден Духа, веками базирующийся на Южном Континенте, и сам верховный жрец Хайтер рисковать и отправляться на Северный Континент ради поимки потомка [Смерти]?
— Пусть я и не знаю истинных целей Ордена Духа, — резюмировал он, — но этот сбор крови потомков [Смерти] определенно не сулит ничего хорошего ни мне, ни Оуэну.
То, что Орден не решается выйти на прямой контакт с отцом — лишь полбеды. Но сам факт того, почему Искусственная Смерть вообще откликается на призывы и проявляет признаки жизни… Обладая глубокими познаниями в мистицизме, Тан чувствовал, что за этим кроется какая-то фундаментальная и очень опасная тайна.
(Конец главы)